- Ну, а ты? – атаковала девушка. – Может, это ты ее убила?
- Собственно, это так, - ответила я, садясь на стул, на который указал мне Гэвин уже некоторое время тому назад. - Но не сомневайтесь, не стала бы этого делать, если бы предвидела всю эту суматоху. - Эта попытка развеять атмосферу оказалась безуспешной. Гэвин скривился, а красивое застывшее лицо Дженис выглядело точно, как лицо Грейс Келли, когда в “Окне во двор” Джеймс Стюарт убедил ее, в конце концов, что напротив совершено убийство.
- Я пошутила. Ха-ха, - сказала я, спасая ситуацию. - Я в действительности очень остроумна. Могу вам как-нибудь рассказать всю серию анекдотов о блондинках. В конечном счете, нет, я не убивала Линду. У меня алиби. Даже полиция меня не подозревает. И если бы ее убила, то не искала бы настоящего убийцу. Вы, что, считаете меня полной кретинкой? Я держалась бы от всего этого подальше, может, даже поехала бы на Мадагаскар.
Мои шутки, по крайней мере, смягчили гнев Джен. Со щек медленно сползал румянец. Дженис обычно имела цвет лица, который в Делюкс определили бы как кремовый с примесью розового цвета. Сейчас, однако, ее лицо казалось лишенным какого-либо цвета. Дженис производила впечатление очень измученной.
- Тогда, зачем ты ищешь убийцу? - спросила она впервые нормальным тоном.
Я пожала плечами.
- Потому что сначала меня попросили об этом Лоу и Рэйчел. А если уж я за что-то взялась, то не отпущу. Это один из моих недостатков.
С минуту я вспоминала, сколько времени потратила на переделку Вещи, прежде чем, в конечном итоге, до меня дошло, что она должна быть подвижной. Была не в состоянии заняться чем-либо другим, пока не закончила. А относительно потребности доискиваться до правды - это можно назвать метафизическими поисками, если вы вообще употребляете эту разновидность лексического набора слов. Для меня это эвфемизм для обозначения излишнего любопытства.
- А собственно, что ты здесь делаешь? - Любопытство снова подхлестнуло меня. А может, я очень дотошная?
- Я работаю, - ответила нетерпеливо Дженис. – Я - юрист. Ты не помнишь, я тебе уже это говорила, когда ты начала вынюхивать про мою частную жизнь.
- Это был совсем лишний комментарий, - процедила я надменно. - Я так понимаю, что ты порекомендовала Дереку Гэвина, когда понадобился адвокат?
- Да. Сама я занимаюсь преимущественно дарственными. Гэвин - наш специалист по уголовным делам.
Я взглянула на Гэвина, жующего галстук. Благодаря этому он оставил, по крайней мере, в покое козью бородку. Я собиралась ему рассказать, что кто-то мог зайти в офис через пожарную дверь, но сейчас это не входило в мои расчеты. Дженис заставила бы его, без сомнения, после моего ухода повторить ей в точности наш разговор. Гэвин почувствовал на себе мой взгляд и поднял глаза. Он смотрел на меня как зверек, который впервые вышел из норки и убедился, что не справится с требованиями окружающего мира. Я надеялась, что в зале суда он сохраняет немного больше самообладания.
- Хм! А по вашему мнению, кто убил Линду Филлман? – спросил он, вынимая галстук изо рта.
- По совести сказать, не имею понятия, - ответила я.
Глава 19
Вечером я собиралась встретиться с Томом в китайском ресторане, и меня беспокоило, что придется ему исповедоваться. Вообще-то, я та еще лгунья, но от Тома не могу ничего скрыть. Я пришла пораньше и, чтобы поднять дух, заказала женьшеневое пиво.
- Как дела? – спросил Том, только взглянув на меня. - Вижу, что-то не так.
- Сначала сядь.
- Господи, что случилось? – спросил он, явно обеспокоенный, падая на стул.
Я молча таращилась на него.
- Сэмми, если ты мне не скажешь...
Я сделала глубокий вздох.
- Ты должен знать, я целовалась с полицейским.
Том зашелся от смеха.
- Боже, – выдавил он, в конце концов. – Тебе почти удалось. Ты хороша в этих розыгрышах. Помнишь, как ты хотела мне когда-то впарить ту чушь ...
- Нет, Том. Я не шучу. Я, в самом деле, целовалась с полицейским. - Во второй раз пошло легче.
Наступила минута ужасающей тишины.
- Я не верю.
- Это правда.
- У тебя стыда нет, женщина? – загремел мой друг. - Ты не знаешь границ? Боже, если бы это еще был священник... я бы понял... Но полицейский... - Сменил тон. - А шлем не мешал? - спросил он с простодушным любопытством.
- Он был не в форме. За кого ты меня принимаешь? Одет был в гражданское. Буквально. Носит ужасные шмотки. - А сейчас лакомый кусочек. - У него девушка по имени Дафна.
- Нет!
- Именно так.
- Дафна, - сказал Том, задумавшись. - Это подходит капитану женской хоккейной команды.
- Заставляет называть ее партнершей. Дафна не признает выражения “моя девушка”, потому что считает, что это унизительно для женщины.
- Ужасны эти бабы, - ответил друг сочувственно. – У меня когда-то была такая, заставляла меня читать все свое собрание романов, а затем их обсуждать.
- Убожество.
- Даже ты не представляешь, что я пережил. Не столько книжки, сколько дискуссии, хоть и то, и другое черта стоило. - Вздрогнул. – Не желаю об этом думать. Ну и как? Хорошо целуется?
- Даже очень. Но у меня сложилось впечатление, что не делал этого много лет. Могу побиться об заклад, что Дафна не признает секс, связанный с проникновениями, потому что это посягательство. Поэтому вряд ли позволяет вложить язык себе в рот.
- Но моя читательница была точно такая же. Никогда тебе об этом не говорил, потому что боялся, что ты меня высмеешь.
- Не разрешала тебе засовывать язык в рот?
- Нет, моя сладкая. Не только в рот. Вообще никуда.
- Черт. - Я подумала с минуту. - Но на что таким вообще мужчины, раз не хотят проникновения?
- Меня о том не спрашивай.
- Это уже не феминизм, - установила я решительно. - Я сама феминистка.
- Такие девушки как ты - идеал для парня, - отозвался Том приветливо. - Выделывают свинства в постели, но не заставляют платить за ужин.
Это было уж слишком.
- Довольно, - сказала я резко. - Сегодня ты платишь.
Том фыркнул негодующе.
- Пусть тебя тот коп снабжает. В финансовом отношении он представителен?
- Сомневаюсь. Он только детектив в звании сержанта.
- Но хорош в этих играх?
- Что ты такой любопытный? В твоей жизни не происходит ничего, достойного внимания? Ничего, чем бы ты хотел со мной поделиться?
Покачал сочувственно головой.
- Только у тебя веселье. Да, кстати, кое-что мне вчера пришло в голову. – Том склонился над столом. – У тебя не мелькала мысль, что мистер Мускул может в самом деле быть виновным? Такая ирония судьбы, не так ли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
