домов, и летом их нужно было строить заново. Да и вода подтачивала деревянные сваи, они загнивали, разрушались и уже были неспособны удерживать вес дома. Постройки заваливались, и требовался серьезный ремонт.
Показав Муклу стальной инструмент, который я привез с секретного склада, я долго объяснял правила обращения с топорами, ножами и пилами. Это заняло больше часа. Казалось бы, все понятно, но, чтобы объяснить, да еще и на галактическом-17, нужно было потратить массу времени. Но все же оснастил бригаду всем необходимым после того, как каждый строитель сдал экзамен по технике безопасности.
Пообедал я вместе со строителями репой с небольшой запеченной рыбешкой типа селедки. В принципе, съедобно, но, если бы с солью, то было бы вкусно. После обеда ко мне пришел Рум, глава гончаров. Это был немолодой мужчина за сорок, коренастый, с атлетической фигурой, абсолютно лысый, но с кустистыми бровями. Крупные грубые черты лица гармонировали с густым басом, которым он сообщил мне о доставке образцов глины. У него был умный взгляд, я чувствовал в нем грамотного специалиста: одень его сейчас в современную одежду, и он сойдет за инженера. Еще вчера я понял, что начинать технологическую революцию в поселке нужно именно с ним. Рум вчера очень подробно расспрашивал, какая именно глина нужна. Несмотря на то, что в их языке не было терминов «жирность» и «соли», мне показалось, что он меня понял.
Он принес двенадцать образцов, и я с помощью химического анализатора и «эксперта по всему на свете» Алисы определил пригодные месторождения для производства кирпича. Также отличным составом без вредных примесей обладала одна из проб, пригодная для производства клинкера, сырья для производства цемента.
Для опытов мне нужна была небольшая партия обоих сортов глины, и Рум мне пообещал, что завтра все будет.
– Алиса, где подходящий для цемента известняк?
– Придется слетать, я его фиксировала между Магнитными горами и Донбасом.
– Полетели!
Нуму опять оставили в деревне, а вот Ив Тар напросился с нами. Когда я подходил к дельтаплану, то там уже маячила неразлучная четверка, три пацана и девочка с корзинкой. Она опять принесла мне ягод.
Неожиданностью стало то, что малины, которую я высыпал в пластиковые контейнеры, в моем инвентаре уже не было. Ну понятно, сладкую малину слопали искины. Кислый крыжовник великодушно оставили мне.
Ив напросился лететь с нами. Когда ребенок говорит, что «ты обещал», то очень тяжело отказать. Остальные дети тоже хотели, но я сказал, что взлетно-посадочную площадку бросать нельзя. Временным командиром аэродромной команды назначил Тета из рода Кит, как самого старшего. Он должен был встречать нас вечером.
Ив вздрогнул, наверное, напугался, но вида не показал, когда внутри «Дельты» появилась в голубом мундире Алиса. Внутри корабля была голографическая установка, и Алиса «нарисовалась», чтобы поболтать с мальчиком.
Они так и болтали всю дорогу о жизни в деревне, о быте, его друзьях. Алисе все было интересно, особенно, что касалось дружбы и взаимоотношений с другими людьми. Она на мини-дроне два дня летала по всему поселку и уже свободно ориентировалась в именах и занятиях его жителей. Я их подслушивал в пол-уха, сосредоточившись на полете и осмотре местности.
Сильно удивился, когда узнал, что Лула, девочка, которая приносила мне ягоды, дочка Каты.
– А где отец Лулы? – вмешался я в их болтовню.
– Он погиб при пожаре три зимы назад, – ответил Ив, – чужой дом спасал, но он рухнул и его завалило. Ката – хорошая женщина, её все слушаются.
Прибыв в нужный район, мы с Алисой быстро нашли удобное место, где известняк был не сплошной породой, а накрошен в камни небольшого размера. Быстро наполнил примерно два десятка прочных мешков из синтетической нити, которые прихватил со склада Саида, и забил весь свой инвентарь по максимуму. Для опытов хватит, а вот для нормального производства нужно искать карьер поближе к деревне. Я не смогу летать туда-сюда постоянно.
Ив крутился рядом, расспрашивая меня обо всем, я рассказал ему о технологиях производства кирпича и цемента. Смышлёный пацан сразу спросил меня, где я собираюсь взять доски для формовки кирпича. Ну да, он же Тар, значит, про обработку дерева все знает. К сожалению, доски в деревне делать не умели. Чтобы получить ровный пол в доме, просто раскалывали бревно пополам и ровной стороной клали вверх. Хмм, а это проблема. Нужны ровные доски. В кирпичном производстве главное – неизменная форма, все кирпичи должны быть одинаковые. По-другому это не работает.
Алиса проблемы не видела: лазер разрежет все, ну и не важно, что доски будут чуть подпаленные, черного цвета, функцию-то свою они выполнят. Я вспомнил, как резал скалу, и мне поплохело – ровных линий у меня не получилось ни одной. Изумительно, сколько задач приходится решать, чтобы сделать обычный цемент и кирпич. И это мы еще печь для обжига не начали делать…
На обратном пути мы заскочили на нашу высокогорную базу. РВАД, нарезав несколько сотен каменных блоков весом в полторы тонны, теперь сидел на краю площадки и отдыхал – «грелся» на солнышке.
– Алиса, что это с ним?
– Ему мешает твоя палатка, нужно убрать все лишнее с места стройки, – ответили она, прочитав его отчеты, – и еще у него почти закончился заряд батарей.
Точно! РВАД не имеет своего источника энергии, эту проблему нужно было решать радикально. Энергомосты от звезды нам не подходили, это и слишком заметно, и делает нас уязвимыми для любого возможного врага, способного их отключать.
– Алиса, ты можешь изменить схему энергоснабжения?
Реактор с «Геоманта» я хотел оставить нашему строителю, а девчонок перевести на энергоснабжение «Дельты», у которой было аж четыре реактора, правда, менее мощных, если брать их по отдельности. В итоге мы оставили самому истребителю только два реактора, для двигателя и оружия, а два – перевели на питание искинов.
Довольный РВАД, получив свой персональный реактор, сразу спрятал его в пещере и приступил к зарядке. Сложилось впечатление, что он тоже стал разумней. Если в будущем еще и ремонтный дрон будет умничать, то я и не знаю, куда мне будет деться от этих акселератов. Этот вывод я сделал, обнаружив серьезные правки РВАДа в первоначальный план крепости, подготовленный Алисой. Я даже видел, как они общались на «повышенных» тонах, эта ругань выглядела как скоростной обмен информационными пакетами. В итоге Алиса прекратила бомбардировать его запросами и успокоилась. «Лишь бы не подрались!» – подумал я, а потом рассмеялся, представив этот процесс,
