недавних пор владелец галереи, а организаторы часто приглашают в качестве независимого жюри кого-то из видных представителей общества.
— Из незавидных представителей общества, ты имеешь в виду? — едко поправлю я. — Как будто никто не знает, кто он такой!
— Именно потому, что все знают, кто он такой, он там и сидит. Думаешь много людей может отказать такому человеку, как он? А Топор любит соваться в культурные мероприятия города.
— Ну, предположим, — соглашаюсь я. — Но не настолько же он влиятелен, чтобы заставить городской совет делать ему «фейское наслаждение»⁈
— Так он никого и не заставлял, я думаю.
— в смысле?
— В смысле подмазал, кого надо, и на конкурс определили то, что он пропихнул.
— Кого надо, это кого?
— Не знаю, основного алхимика? — пожимает плечами Тони. — Это же он определяет, какие именно конкурсы будут проводить на соревновании.
— Я что-то ничего не понимаю! Вот так возьмут и просто скажут создать «Фейское наслаждение»? Так что ли?
— Разумеется нет. Они дадут вам какую-то субстанцию в качестве образца, не объясняя какую, и заставят создать похожую из имеющихся у вас ингредиентов.
— Они хотят, чтобы мы за полчаса сделали то, что у Артаниса Ангрэма не вышло за столько времени?
— Вот именно, что не вышло! Оттого Уозлигас и решил прибегнуть к подобной хитрости. Похоже, на мага он уже не рассчитывает, и подумал, что толпа алхимиков лучше, чем один…
— Какой-то бред!
— Ну, есть у меня еще кое какая теория… — таинственно говорит Тони.
Я смотрю на него заинтересовано и напряженно.
— Топор знает, что кристалл превращений не мог оказаться далеко. А кому он нужен? — волк приподнимает бровь. — Правильно — алхимикам. А все более-менее стоящие алхимики должны быть тут, так что…
— Ты хочешь сказать, он специально решил дать такое невыполнимое задание, чтобы вынудить владельца артефакта использовать кристалл?
Тони кивает.
— Но не рассчитывает же он на то, что тот, у кого есть кристалл окажется таким дураком, чтобы пользоваться им у всех на виду, да еще и когда в жюри сидит Уозлигас?
— Вообще-то именно это ты и собиралась делать, — напоминает оборотень.
Я знаю, что он прав, но все-таки делаю суровое лицо.
— Тогда я же не знала, что Топор будет тут, а теперь не собираюсь использовать его перед самым носом главного злодея города!
— Ну так задумка была в том, что ты и не должна была знать ничего про него.
— В смысле?
— Он будет присутствовать на соревновании, но, разумеется, не открыто…
— Ты сам только что сказал, что он член жюри! — злюсь я.
— Он член независимого жюри, — говорит Тони таким голосом, словно это все объясняет.
— И что?
— Ты вообще хоть что-нибудь знаешь про ежегодное алхимическое соревнование? — спрашивает он.
— Нет, — фыркаю я. — Я же вообще не собиралась тут находиться!
— Независимое жюри не участвует в основном действии мероприятия. Они даже не имеют особого веса при учете голосов. Это скорее дань уважения каким-нибудь шишкам, которые, как и Топор хотят почувствовать себя значимыми. То есть они как бы и участвуют в соревновании, но очень отдаленно, и даже могут лично не присутствовать на нем.
— Какой-то бред, — устало вздыхаю я.
Но это скорее уже от невозможности что-то сделать. В Кэлэрдайне много законов и традиций, которые не вписываются в логику нормального человека. Тут можно только смириться.
— Так значит, Топор хочет и на елку влезть, и рыбку съесть?.. — деловито говорю я.
— М? — Тони удивленно приподнимает бровь.
— Не обращай внимания, — отмахиваюсь, понимая, что объяснять смысл привычной для меня фразы слишком долго. — Он решил, что если не удастся вычислить владельца кристалла, то хоть будет шанс, что кто-то из участников сможет найти тот самый ингредиент, которого ему так не хватает.
— Видимо так.
— Хитро.
— Топор не был бы тем, кто он есть, если бы не умел делать подобные вещи.
— Логично, — соглашаюсь я. — Но теперь это сильно усложняет мне задачу. Как мне выиграть соревнование, если я не только не могу пользоваться кристаллом, но и вообще должна максимально не привлекать к себе лишнего внимания?
Тони снова пожимает плечами и говорит.
— Поэтому я и сказал, что у нас большие проблемы.
Глава 59
— Интересно, знает ли о нахождении Топора на соревновании Артанис Ангрэм? — задумываюсь я.
— Это на что-то влияет? — уточняет Тони.
— Ну вообще-то вряд ли маг был бы в восторге, если бы узнал, что его работодатель пытается передать его работу другим людям. Зная Ангрэма, даже если бы он понимал, что этот ингредиент ему ни за что не получить, он все равно ни за что не согласился бы с этим фактом и не признал поражения. То есть я не могу представить, что волшебник может быть в курсе этого конкурса.
— Ну а что, если он все-таки знает? И знает, что кристалл у тебя?
— Ты думаешь, что Артанис своей раздражающей манерой общения пытается загнать меня в ловушку? — хмыкаю я.
— Ну ты ведь сама рассказывала, что проговорилась ему про артефакт, — пожимает плечами волк.
— Тони! — фыркаю я. — Да если бы эта расфуфыренная морда знала бы, что его променяли на каких-то оборванцев, она бы приняла такой вид, что за десять метров было бы видно, что что-то не так.
— Ты слишком полагаешься на его эго.
— Слишком? — я делаю резкое движение рукой, указывая на огромный расписной шатер, высившийся над неприметными белыми палатками. — Поверь мне, его эго не знает границ.
Оборотень согласно кивает, принимая поражение, однако добавляет.
— Но только что это меняет?
— Ну, как минимум то, что Ангрэм не в курсе деталей конкурса, а значит не имеет еще одного преимущества. Что прекрасно, потому что у него их итак многовато.
— А как максимум?
— Как максимум, он не знает, что Топор тут, — я выразительно поднимаю одну бровь.
— То есть ты предлагаешь… — спрашивает Тони, быстро подхватывая мою мысль.
— Именно, — коварно улыбаюсь я. — Нужно, чтобы кто-нибудь просветил нашего светоча магических искусств, путь понервничает.
— Понял, — кивает тот и кидается исполнять задуманное.
