Седаар смотрел на его старания с некоторым уважением: немногим удавалось противиться артефактам подчинения. Этого оруэнца стоило запомнить: по-настоящему сильный дух встречался редко.
— Так пляшет пламя, — усмехнулся Седаар. — Думай о просьбе Сина.
— Я не могу, — замотал головой Ирафзал, а потом вдруг положил ладонь себе на горло, словно желая задушить самого себя.
— Нет, — отрезал Седаар. — Просьба Сина и разговор с князем о ней.
И погрузился в воспоминания.
.
«Син обратился ко мне. Мы не имеем права ему отказывать. Наша задача — укрыть девочку и сделать все, чтобы ее не нашли. Никто не должен узнать, кто она и откуда. Только тебе я могу доверить встретить ее наверху».
«Я все сделаю».
Пронесся быстрый образ брата — высокого седовласого и широкоплечего мужчины в багряной одежде, а за ним — сосредоточенное лицо согласившейся помочь врачевательницы Юдаллы. И Арно, и укутанная Лаора без сознания, и…
«Следи за ней, — новый приказ Инзала, переданный через гонца. — То, что она пришла не одна — плохой знак. Мы должны знать все о том, кого прячем».
И Ирафзал следил.
Череда сменяющих друг друга картинок, которые Ирафзал считал важными. Вот Лаора впервые пробует исцелять обморожение и поднимает на врачевательницу Юдаллу светящиеся триумфом и детской радостью глаза, а та тепло хлопает ее по плечу. И Лаора подскакивает, чуть ли не танцуя, и все ее лицо выражает такую радость, что сердце замирает.
«Она очень сильная врачевательница, — говорит Ирафзалу Юдалла. — Я не видела таких. Интуитивно она ловит мой пример. На то, освоению чего я посвятила годы, у нее ушло не больше часа. Почти не устает. И мне кажется, черпает силу откуда-то еще».
«Ты думаешь, это опасно? — уточняет Ирафзал, надеясь, что Юдалла объяснит это как-то иначе. — Альвиарцы обычно слабее нас. И в ней нет крови юе».
«Она точно не совсем человек, — качает головой врачевательница. — Но я не считаю ее опасной. Добрая и действительно горящая врачеванием девочка. Только очень потерянная, что и неудивительно».
И следующая картина: Лаора машет рукой, приветствуя Ирафзала и Арно. Ее светлое платье в крови, но на лице — широкая и абсолютно счастливая улыбка. «У меня получилось! — смеется она. — И теперь я могу сама лечить, без Юдаллы!»
«Продолжай следить. Докладывай мне».
«Спасибо, что привели меня сюда! — признательно берет Ирафзала за руку Лаора. — И Арно. Вы спасли нас».
И сразу после — Лаора обнимает молодую женщину, только что вылеченную ею, а та счастлива избежать смерти…
.
— Хватит.
Седаар усилием выдернул себя из воспоминаний плачущего от осознания собственного предательства оруэнца.
Чье сердце наполнялось теплом, когда такая — счастливая, свободная, не испытывающая страха, находящая в помощи свое предназначение — Лаора радостно пританцовывала?
Ведь это был не Ирафзал — он глядел на девочку лишь как на милую племянницу, его душа давно была отдана другой женщине. И знатоком разума строитель не был, так что не мог иметь представление о чувствах Лаоры. Получалось, эта разливающаяся внутри радость принадлежала Седаару?
Информация, полученная от Ирафзала, ушла на второй план. Лорд Арнелиасеайе никогда не видел воспитанницу Сина такой — при нем она такой и не была. И отчего-то это показалось ему неправильным.
«Она боится меня. Пока боится».
— Ты ничего не помнишь с момента, как принес напиток, — сказал Седаар Ирафзалу, и тот осел на пол с неосмысленным взглядом, а затем глаза его закатились, и мужчина рухнул и захрапел.
Металл выскользнул из кожи, снова оформляясь в иглу.
Глава 28. Следы (Лаора)
— Ты серьезно предлагаешь не делать ничего? — шепотом поинтересовался Арно.
Как и Лаора, за герцогом Седааром он следил с сильнейшим беспокойством. Тот о чем-то говорил с гонцами князя Инзала — двумя высокими, длинноногими, похожими на богомолов подростками — самыми быстрыми ходоками в этой системе пещер.
Одно использование их живых голосов вместо передающих послания артефактов уже свидетельствовало: князь всерьез принял слова герцога Седаара о том, кто он и зачем пришел в Глубину. Это не давало Лаоре покоя. Все было так логично, так связно, так правильно. И так… не по-демонически.
— Не верю я, что он хочет договориться о мире, — шепнул ей Арно, словно читая ее мысли. — Сам же запретил нам раскрывать, кто он. Может, это месть демонов народу юе. Убьет князя — и все.
— Хотел бы убить, просто переместился бы отсюда, — возразила Лаора. — Но я понимаю, о чем ты. И попробую предупредить князя Инзала. Он точно захочет поговорить со мной без посторонних ушей, чтобы узнать, как там Син.
Они сидели на каменных скамьях на краю большого грота — одной из главных площадей шестого уровня Глубины. Как и обычно, тут было не слишком много народу — хоть подобные гроты и использовались как перекрестки, в самих них нечего было делать. Лаоре они напоминали площади в каменных городах, вот только на площадях всегда царила жизнь: чем-то торговали, ели, встречались. А здесь было пусто.
По привычному Лаоре и Арно времени сейчас стояла глубокая ночь, но не это было причиной: за десятки лет в темноте руэнцы перестали зависеть от восхода или заката. Каждый самостоятельно определял свой график сна и бодрствования так, чтобы пересекаться с важными ему людьми и выполнять свою часть общей и личной работы. Уровни Глубины никогда не засыпали.
И сейчас, не замечая герцога Седаара и Лаоры с Арно, мимо периодически проходили занятые своими делами руэнцы. За каждого из них у Лаоры сжималось сердце, но ни один не увидел за измененной внешностью Кариона страшнейшего врага и не поднял тревоги. Даже самой Лаоре приходилось немного сосредотачиваться, чтобы удерживать на нем внимание и напоминать себе, что за искусной иллюзией обычного человека кроется громадный темноволосый
