табуированную, информацию. Вот простейший пример - известна милая фраза "выхожу вчера из пивной - какая-то свинья на руку наступила". Ее можно переделать так: "встречались вчера со старыми друзьями, давно не виделись, поговорили о жизни... выхожу на улицу покурить - бац, какая-то свинья на руку наступает". Такой вариант сложнее расшифровать; особенно, если бы он был дан без предисловия. В данном случае очевидна зависимость понятности намека от традиций и социума вообще, и социальной группы. Кстати, в интернете, эту фразу чаще цитируют не с "пивной", а с "рестораном", но в 70-годы в среде научной и инженерной интеллигенции говорили именно "пивной". Во-первых, ресторан воспринимался диаметрально иначе, во-вторых, "пивная" указывала на социальное дистанционирование. А если бы кто-то сказал "выхожу из бара"?
В большинстве случаев для носителя культуры и языка не составляет труда, для любого конкретного намека, указать способы варьирования. В быту это часто делается совершенно автоматически, в ходе применения, как адаптация к конкретной аудитории и конкретному моменту. Один и тот же, по сути дела, намек, по-разному реализуется в начале приятного знакомства, после первого бокала и после второго. Если после него он вообще потребуется. Бокал, намек...
Отдельный экзотический вопрос - неоднозначный намек, когда мы понимаем, что намек есть, не на что именно? - мы видим два (или более) варианта. Пример - анекдот: мэн является в публичный дом, уединяется с девушкой, она прибегает к старшей с криком "ужас-ужас-ужас". Старшая посылает более опытную, результат тот же. Идет сама, отсутствует большее время, возвращается и говорит "да, девочки, это ужас... но не "ужас-ужас-ужас"". Я вижу три трактовки, а вы?
Социальные условия возникновения и расцвета
Тут два гносеологические проблемы, о которых некоторые добрые люди (цитата, но не намек) могут трындеть бесконечно. Первая - возникновение и расцвет, и вторая - что сначала, психологические или социальные.
Про курицу и яйцо не надо, динозавр на данный вопрос уже ответил. Лично я штурмовал эту интеллектуальную вершину по директриссиме, и спросил у великого All"а (это фидошное выражение, но оно дожило до нашего времени - 1,3 kGl), что было раньше - учителя или ученики. Правильный ответ - чиновники от образования. Между прочим, как мудр язык! Чиновники от образования, ремень от плохих оценок, таблетки от головы... гильотина от перхоти... Кстати, в отличие от кур, яиц и динозавров, они были не только "до", но и будут "после". Правда, в отличие от Бориса Виана, они не придут на наши могилы (намек). Что, опять же, странно - ибо им явно на нас как раз это. Не подумайте чего лишнего - только наплевать!
Реплика вбок:
Проблема возникновения из ничего существует в философии, потому, что философы не знают математики, физики и биологии. Математик покажет вам функцию, у которой не просто N первых производных в нуле равны нулю, это школьная задачка, а такую, у которой в нуле все, ну то есть совсем все - если мы принимаем пятую аксиому Пеано, - производные равны нулю. Это - "е" в степени (-1/x2). И ничего ей не делается, она не становится тождественным нулем, хотя в нуле нарастает "бесконечно медленно". Физик на это улыбнется, скажет, что математика - штука обалденно красивая, но всегда есть флуктуации, и карандаш на острие стоит не до бесконечности, а максимум до вечера субботы, точнее - до захода солнца и появления трех звезд. А если абсолютный ноль и флуктуаций нет? - спросите вы - и услышите, что этот ноль в отличие от математического, недостижим, а если что квантуемо, как магнитный поток или атомы, то именно поэтому ток в сверхпроводящем кольце не затухает, а карандаш падает не с заходом солнца, а с появлением трех звезд. Что же касается биологии, то обсуждатели проблемы возникновения нового никогда не бывали в колхозе. А у меня есть опыт работы помощником ветеринара, и, смею вас заверить, я знаю, как из коровы возникает новая корова.
Это про возникновение, а для расцвета нужны условия социальные и психологические. Обсуждать, что раньше, важнее, существеннее, главнее и далее синонимический ряд, можно до бесконечности, хоть физической, хоть математической, хоть химической. Некоторые так и делают, а мы не будем - хотя бы потому, что химической бесконечности наступил конец 4 августа 2020 года, и мы даже знаем, где - в Бейруте (это ссылка, но не намек).
Социальные и психологические условия связаны; в историческом плане - потому, что психология людей и социальная жизнь формировались одновременно, а в личном плане - потому, что психологию каждого из нас частично формирует общество, в котором мы живем. Можно сказать, что психология человека формируется в четыре этапа, первый - это вся эволюция через общую биологию мозга, второй этап - частью социум, а частью случайность, - через биологию родителей, третий - опять же частью социум, а частью случайность - но уже через психологию родителей, а потом четвертый этап - социум напрямую влияет на нашу личную психологию.
Поэтому начнем с социальных причин для расцвета искусства намека. Кому, как ни нам, дорогим россиянам, это знать! Искусство чтения между строк и, кстати, писания предназначенных для именно такого чтения текстов, цвело и как же оно пахло... Отчасти это способствовало развитию удобных для этого жанров, например, фантастики. Царица Цензура, она формально существовала не по субботам, а всю неделю и всю дорогу, на какое-то небольшое время при Ельцине отступила, а ныне под радостное хрюканье "бешеного принтера" (29 kGl, также - "взбесившийся принтер", 12 kGl) наверстывает упущенное. Попутно: данные о современной деятельности цензуры приведены в отчете "Россия: преступления против истории", он есть в интернете.
Об истории цензуры есть обширная и интересная литература, хотя мы и десятой доли не знаем, и никогда не узнаем. Цензура вечна, как вечно стремление людей ограничивать, запрещать, вершить судьбы и т. д. Разница между обществами состоит в том, что одни помогают людям держать внутреннюю обезьяну в рамках, а иные - пестуют ее, холят, лелеют, приближают к трону, делают опорой власти. Общество, которое пошло по этому пути, то есть создало власть, опирающуюся на внутреннюю обезьяну людей, никогда не станет нормальным.
Потому, что общество делается лояльно к обезьяне, то есть большая часть общества существование этой системы искренне поддерживает. Этих людей не вчера оболванил зомбоящик, ситуация фундаментальнее и безнадежнее - история общества с какого-то момента формировала людей, готовых быть рабами. И, в гармонии с ними - тех, кто стрелял в безоружных и стоял на вышках концлагерей,
