никогда не прикасался к ней подобным образом. Ее ноги так дрожали, что она знала, что вот-вот упадет, но он не останавливался. По правде говоря, она не хотела, чтобы он останавливался.
— Я сейчас разобьюсь вдребезги, Гален…
— Нет, это не так… Я не позволю тебе…
Эстер вздрогнула, когда его пальцы задвигались в медленном, ленивом ритме, таком мощном, что ее бедра начали покачиваться.
— У тебя очень хорошо получается… — услышала она свой голос.
— Я знал, что тебе это понравится. — Он ухмыльнулся.
Закрыв глаза, она прошептала:
— Дерзкий мужчина, ооо…
Он нежно прикусил ее грудь, затем нежно пососал, не переставая двигать пальцами.
— У меня есть для тебя кое-что…
Он снова проложил дорожку поцелуев к ее губам, после чего она почувствовала, как он легко поднял ее на руки и отнес на ее маленькую кровать с балдахином. Когда он укладывал ее на тонкий матрас, тихий голос в голове Эстер пробудил ее рассудок и заставил задуматься об опасности того, что она делает.
— Гален, я…
Он сидел на краю кровати.
— Не волнуйся, малышка, в этом нет ничего плохого. Ты останешься такой же целомудренной, как и сейчас. После того, как мы поженимся, все будет по-другому.
Эстер выпрямилась и моргнула.
— Гален, я не выйду за тебя замуж!
— Нет, — сказал он, — скорее всего выйдешь.
— Нет, не выйду.
— Ты хочешь получить свой подарок или нет?
— Я не выйду за тебя. Почему ты хочешь жениться на мне?
— Ну уж точно не из-за твоего послушания, мое сердце. А теперь ложись на спину.
— Гален?
Он наклонился и поцеловал ее с такой восхитительной страстью, что она чуть не упала в обморок. Он медленно отстранился. Пока она сидела с закрытыми глазами, он еще больше усложнил ситуацию, нежно поглаживая ее грудь, пока она тихо не застонала.
— Теперь ложись на спину… — скомандовал он.
Эстер снова опустилась на матрас, не сказав больше ни слова.
Она по-прежнему не находила слов, когда он в очередной раз воспламенил ее от корней волос до кончиков пальцев ног цвета индиго. Когда он наклонился, чтобы обвести языком округлость ее пупка, Эстер застонала в ответ на это и на то, что его рука лениво скользнула по ее бедрам. Ночная рубашка была в вопиющем беспорядке, она не прикрывала большую часть ее тела, а открывала его рукам нежный доступ ко всему, что делало ее женщиной.
Он скользнул поцелуями вниз по ее пупку и заигрывал с волосами, покрывавших средоточие ее женственности. Она инстинктивно напряглась. Она уже собиралась возразить, когда его пальцы раздвинули ее, его поцелуй словно оставил на ней клеймо, а затем единственным словом, которое она смогла произнести, было «Боже…».
Это был самый шокирующий и восхитительный опыт в жизни Эстер. Его рот вызвал жар, усилившийся под интимный аккомпанемент его ласкающих пальцев. Вызванное страстью слабоумие охватило ее, подбросило ввысь. Ее бедра раздвинулись в страстном приглашении, и он вознаградил ее эротической благодарностью, от которой она приподнялась над кроватью. Это крещендо поразило ее с силой удара молнии, заставив содрогнуться, когда она выкрикнула его имя.
Глава 13
Гален с нежностью вернул ее на землю. Когда она, наконец, открыла глаза, то посмотрела на него с таким удивлением, что он самодовольно улыбнулся.
— Ну? — спросил он.
— Это одна из причин, по которой женщины редко говорят тебе «нет»? — спросила она голосом, который отражал ее полубессознательное состояние.
— Частично. Тебе понравилось?
— Частично? Ты хочешь сказать, что есть что-то еще?
Он тихо усмехнулся.
— Гораздо больше.
Эстер покачала головой. Она не могла себе представить, что подразумевалось под «гораздо большим», но, будучи женщиной 1850-х годов, она знала, что воспитанным женщинам это не должно было нравиться, и все же ей это нравилось. Настолько, что, просто взглянув на него, она захотела, чтобы он ей показал это «гораздо больше».
— Что ж, но я все равно за тебя не выйду.
Гален сел рядом с ней, на мгновение проигнорировав ее заявление, сосредоточившись на матрасе. Он надавил на него ладонью. Матрас был твердым, как дерево. Он спал на открытой земле, которая была мягче.
— Я попрошу Рэймонда заказать тебе новый матрас. Этот матрас как будто набит камнями.
Эстер села.
— Ты не будшь покупать мне матрас или что-нибудь еще. Ты что, не слушал меня последние несколько недель? Больше никаких подарков. Никаких.
Ее лицо было совсем близко от его собственного. Он скользнул взглядом по соблазнительному изгибу ее губ и великолепной полуобнаженной фигуре.
— Удивительно, что ты не просыпаешься каждое утро в синяках. На то, чтобы купить новый, не должно уйти много времени.
Эстер, насколько могла, натянула ночную рубашку, чтобы прикрыть свою наготу. Ей захотелось встряхнуть его, и в то же время она чувствовала жар, исходящий от его глаз.
— Это из-за богатства или ты родился таким высокомерным?
Он пожал своими великолепными плечами.
— Я полагаю, и то, и другое, но это не имеет значения, малышка. Еще до того, как листья поменяют цвет, ты будешь моей.
Эстер покачала головой в ответ на его самонадеянность.
Гален не сомневался, что она будет принадлежать ему. Да, его манеры были обусловлены годами богатства и привилегий, но его желание было искренним. Он получит ее или умрет, пытаясь это сделать. Он тихо сказал ей:
— Я уйду, чтобы ты могла поспать. Поцелуй меня.
Эстер захотелось надрать ему уши. Неужели он думал, что она сможет заснуть?
Он удивленно приподнял бровь, заметив ее бунтарскую манеру поведения.
— Ах, эта упрямая женщина вернулась.
Губы Эстер растянулись в легкой улыбке. Она поняла, что больше не может сердиться на него. Он был обаятельным негодяем, и у нее не было никакой защиты от него.
— Если я тебя поцелую, ты пообещаешь уйти?
— Поцелуй меня, и мы посмотрим…
Он ушел час спустя.
Эбигейл вернулась позже утром, когда Эстер сидела за завтраком.
— У тебя такой вид, как будто ты плохо спала, — заметила Эбигейл.
— Я… рано встала, чтобы сделать кое-какие дела.
Гейл всмотрелась в лицо Эстер и заметила легкие круги у нее под глазами. Эстер попыталась отвлечь ее, спросив:
— Я думала, вы с Расин собирались провести несколько дней вместе.
Гейл улыбнулась.
— Да. Я приехала, чтобы взять кое-что из одежды. На улице ждет карета. Мы тоже почти не спали.
Эстер отхлебнула чаю.
После ухода Гейл Эстер задумалась о своей жизни. Она ни на минуту не поверила в искренность желания Галена сделать ее своей женой. То, что она жила в деревне, еще не означало, что у нее вместо мозгов была репа. Не
