— Вот это да! Если ты можешь это обосновать, то расскажешь об этом полковнику Рэчел, а не мне. Я ожидаю ее примерно в тринадцать. — Почти бессознательно она протянула руку, чтобы забрать деньги.
Я взяла купюры, сложила их в аккуратную стопку, снова положила их перед ней, но ближе ко мне. — Тогда давайте немного побеседуем, прежде чем она здесь появится. Все воинские части в городе вербуют сейчас людей; должна быть какая-то хорошая причина завербоваться в одну из них. Пойдем мы вверх по реке или нет? И как далеко? Нам будут противостоять настоящие профессионалы? Или деревенские придурки? Или городские? Заранее подготовленный бой? Или налет вслепую? Или и то, и другое? Побеседуем, сержант.
Она не ответила и не пошевелилась. Она не отрывала взгляд от денег.
Через некоторое время я вытащила еще одну десятку, аккуратно положила ее на пятьдесят — и стала ждать.
Ее ноздри затрепетали, но к деньгам она руки не протянула. Через несколько секунд я добавила еще одну десятку.
Она хрипло сказала:
— Спрячь их куда-нибудь или дай мне; сюда могут войти.
Я взяла их и подала ей. Она сказала:
— Спасибо, мисс, — и они исчезли. — Я думаю, мы пойдем вверх по течению по крайней мере до Сент-Луиса.
— Против кого мы будем воевать?
— Гм… ты это повторишь, и я не только буду это отрицать, я вырежу твое сердце и скормлю его рыбам. Мы не должны воевать. Скорее всего, мы будем, но не в подготовленном заранее сражении. Все мы, скорее всего, станем охраной нового Председателя. Точнее, наверное, самого нового; его только что назначили.
(Лучше не придумаешь!)
— Интересно. А почему другие воинские части охотятся на рекрутов? Что, новый Председатель нанимает всех? Всего лишь для дворцовой охраны?
— Мисс, если бы я знала. Если бы я только знала.
— Может быть, мне стоит попытаться это выяснить. Сколько у меня времени? Когда мы отплываем? — я быстро исправила это на:
— Или мы не отплываем? Может быть, у полковника Рэчел есть машины?
— Э… черт возьми, сколько секретов ты хочешь узнать за несчастные семьдесят звезд?
Я это обдумала. Мне не жалко денег, но я должна быть уверена в справедливости сделки. Из-за передвижения войск вверх по реке контрабандисты, по меньшей мере на этой неделе, действовать не будут. Так что мне нужно было пользоваться доступными средствами передвижения.
Но не в роли офицера! Я слишком много говорила. Я вытащила еще две десятки, покрутила их в руках. — Сержант, а вы лично тоже собираетесь туда?
Ее взгляд застыл на банкнотах; я бросила одну из них перед ней. Банкнота исчезла. — Непременно, дорогая. Как только я закрою эту контору, я стану взводным сержантом.
Я уронила еще одну банкноту; она присоединилась к своей паре. Я сказала:
— Сержант, если я подожду и поговорю с вашей полковником, если она возьмет меня, то на должность личного адъютанта, или начальником тыла, или еще на какую-нибудь такую же скучную работу. Мне не нужны деньги и не нужны заботы; я хочу отдохнуть. Вам не пригодится тренированная рядовая? Которую можно назначить капралом или даже младшим сержантом, когда дойдет время до распределения новобранцев и заполнения вакансий?
Она помрачнела. — Этого мне только не хватало. Миллионер у меня во взводе.
Мне стало ее жалко; ни один сержант не хочет иметь в своем подразделении богатого офицера. — Я не собираюсь изображать из себя миллионершу. Я хочу быть простым солдатом. Если вы мне не доверяете, направьте меня в другой взвод.
Она вздохнула. — У меня, наверное, голова не в порядке. Нет, я направлю тебя туда, где смогу за тобой присматривать. — Она засунула руку в ящик стола, вытащила бланк, озаглавленный: «Временный контракт». — Прочти. Распишись. Потом я приму у тебя присягу. Вопросы?
Я просмотрела его. Большей частью это были обычные мелочи о казенном обмундировании, деньгах на мелкие расходы, пособии по болезни, профсоюзных расценках и авансе — но там было вписано условие, по которому выплата аванса откладывалась на десятый день после вербовки. Разумно. Для меня это была гарантия того, что они действительно отправляются на опасное дело и немедленно, то есть вверх по реке. Кошмар, который не дает спать каждому кассиру военных наемников — это мысль о нарушителях контракта. Сегодня, когда работают все вербовщики, ветеран мог бы подписать контракт в пяти или шести местах, в каждом получить аванс, а потом отправиться в какое-нибудь банановое государство — если только контракты не формулировались так, чтобы предотвратить это.
Контракт заключался лично с полковником Рэчел Дэнверс или с ее законным наследником в случае ее смерти или недееспособности, и он требовал выполнения ее приказов и приказов офицеров, которых она поставит надо мной. Я соглашалась верно служить и не просить пощады, в соответствии с международными законами и военными традициями.
Все было сформулировано так неопределенно, что мне понадобился бы отряд адвокатов из Филадельфии, чтобы убрать неясности… но это не имело никакого значения, потому что при расхождении во мнениях лицо, подписывавшее контракт, обычно получает пулю в спину.
Срок контракта был, как и сказала сержант, девяносто дней с правом полковника продлить его еще на девяносто дней с выплатой дополнительных премиальных. Об еще одном продлении срока ничего не говорилось, и это заставило меня помедлить. Что это за контракт телохранителя, который продолжается шесть месяцев, а потом заканчивается?
Или лгала сержант-вербовщица, или кто-то солгал ей, а она была недостаточно сообразительна, чтобы заметить нелогичность. Ну да ладно, расспрашивать ее не было смысла. Я протянула руку за ручкой. — Мне сейчас идти к врачу?
— Ты смеешься?
— А как же. — Я расписалась, потом сказала: «Клянусь», — когда она быстро прочитала присягу, которая более или менее соответствовала контракту.
Она уставилась на мою подпись. — Джонс, а что означает «Ф»?
— Фрайдэй.
— Это глупое имя. На службе ты Джонс. В свободное время ты Джонси.
— Как скажет сержант. А сейчас я на службе или нет?
— Через секунду будешь свободна. Слушайте приказ: в нижней части Шримп-элли есть склад. На нем вывеска: «Ву Фонг и братья Леви, инк.» Быть там к четырнадцати часам, готовой к отбытию. Входить через заднюю дверь. Вы свободны до этого времени, чтобы утрясти свои личные дела. Вы можете говорить о своем поступлении на службу, но вам не разрешается под угрозой дисциплинарного наказания высказывать предположения относительно сущности задания, которое вы получите. — Она быстро прочла последнюю часть, как будто это была запись. — Тебе нужны деньги на обед? Нет, уверена, не нужны. Это все, Джонси. Я рада, что ты будешь с нами. Нас ждет приятное путешествие. — Она поманила меня к себе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
