— Ты уверена? — глухо спросил Фадеев.
— Вы думаете, — Даша испугалась собственной догадки, — они могли кого-то попросить? Чтобы, ну, вы понимаете, пока они съездят за паспортами…
— Ничего я не думаю, — Михаил Вячеславович тряхнул головой, — даже думать не хочу. Кто с ними общался?
— VIP-менеджер наш, — Даша едва шевелила губами, — Георгий Жук.
Она молча вынула из кармана телефон и отыскала в нем номер Георгия. Фадеев торопливо ввел номер в свой мобильный. Пальцы его едва заметно дрожали.
С каждой минутой потенциальных преступников становилось все больше, но ясно было одно — нельзя терять ни минуты. Если вдруг выяснится, что господа Шпак снова прибыли в аэропорт и вторично пытаются зарегистрироваться на рейс, это и будет доказательством их вины.
Фадеев отыскал взглядом Михалыча и Антонова. Обнаружил, что оба общаются с пассажирами, что-то объясняют перепуганным людям. С удивлением покачал головой, поражаясь педагогическим талантам Михалыча, и торопливо направился в сторону VIP-зала.
Глава 2
Георгий бежал из аэропорта. Несся, не разбирая дороги, и радовался только одному: наконец-то эта безумная смена закончилась!
Ближе к долгожданному финалу вышло совсем уж нелепо — великий Фадеев в компании Сергея Романовича, руководителя департамента безопасности, явился по его душу в VIP-зал с намерением выяснить, куда подевались господа Шпак с рейса 777. Как Жора ни отпирался, пытаясь втолковать великому начальству, что звонить в шесть утра и без того недовольным VIP-клиентам с известными особенностями характера не стоит, Михаил Вячеславович не отступал. Пришлось вынести еще одну психологическую атаку со стороны мадам Шпак, которую он, естественно, разбудил. Как ни извинялся Жук за все то зло, что ей причинил, как ни пытался втолковать, что его звонок продиктован исключительно светлыми побуждениями — предложить им перебронировать билеты на рейс тридцатого числа в Бангкок, на котором словно по волшебству освободились два места первого класса, он все равно был многократно уволен. Притом с угрозой порчи всей дальнейшей жизни, не говоря уже о карьере. Крикнув напоследок, что они с мужем и без его сопливой заботы решили вопрос — летят двадцать девятого вечером в Пхукет, — мадам Шпак бросила трубку. Георгий только и успел заверить разгневанную клиентку в том, что «мы будем рады вас видеть на нашем рейсе».
Михаил Вячеславович, слышавший речи госпожи Шпак в силу их чрезмерной интенсивности, почувствовал, что уши его — давно уже избавившиеся от подобной юношеской особенности — покраснели.
— Это что, — поинтересовался он у Георгия, — всегда так?
— Примерно, — Жора вздохнул, — они у нас часто летают.
Ценная информация, полученная от госпожи Шпак, была тут же проверена по системе. Действительно, у клиентов были забронированы места на рейс в Пхукет, а билеты в Бангкок были аннулированы. Начальники ушли, озадаченные. Георгий остался на рабочем месте, зараженный бациллой расследования. Теперь и ему казалось жизненно важным выяснить, кто и зачем таким варварским способом вернул рейс в Москву.
В девять утра, когда пришло время сдавать смену, Жора чувствовал себя так, словно его мозг долго и упорно жевали какие-то внутричерепные животные: голова от боли раскалывалась. Ладно, господь с ней. Самое страшное теперь позади. Рейс 777 невредим, прочие самолеты и пассажиры отправлены вовремя, смена закончилась. Преступников пусть ищет Сергей Романович с помощью милиции — у Георгия уже ни на что не осталось сил. Пора бы выкинуть мысли о работе из головы и поехать домой.
Только вот господь его знает, что теперь там его ждет и как быть с Катей. Делать вид, что ничего не происходит? Пытаться еще раз все обсудить? Ни в том, ни в другом случае нет ни малейших гарантий того, что на душе станет легче. Везде засада, не спасешься даже партизанскими тропами.
Проносясь мимо эскалатора в центре зала, Жора машинально бросил взгляд на окна, выходившие на летное поле. Бледное утро освещало величественные самолеты, готовящиеся в рейс. Жук невольно застыл перед окном, наслаждаясь картиной — все-таки любовь к авиации неизлечима.
— Извините, а вы пилот? — услышал он голос рядом.
— Нет, — Георгий перевел взгляд на светловолосого мальчугана лет десяти, который тоже стоял и рассматривал самолеты на летном поле, — я VIP-менеджер.
— М-м-м, — сказал мальчик и улыбнулся, притворившись, что понял, — круто.
— А ты сам, — Георгий внимательно посмотрел на парнишку. Светлые волосы, прямая осанка и недетская серьезность в глазах. Кажется, где-то он его уже видел, — куда-то летишь?
— Нет, — мальчуган тяжело вздохнул, — жду, когда мамхен очнется.
Он мотнул соломенной головой в сторону ближайших кресел. На одном из них, закрыв глаза и практически съехав на пол, полулежала бледная светловолосая женщина.
— Ей что, плохо? — Жора забеспокоился.
— Ей хорошо, — горько усмехнувшись, ответил мальчуган и в качестве объяснений быстро и выразительно щелкнул указательным пальцем по горлу.
— Не понял, — Георгию стало не по себе.
— Ну, пьет она иногда, — объяснил мальчуган, — а когда выпьет хорошенько, на полдня вырубается. Отец говорит, у нее наступает нирвана.
— А где твой отец? — От рассказа ребенка у Георгия мурашки по спине пробежали. Бывают же на свете такие мамаши! Куда только в небесной канцелярии смотрят?!
— В милицию забрали за драку. Потом, правда, отпустили, но он сказал, что не поедет домой.
— Подожди, — Жора поморщился, про себя окрестив отца мальчугана грязным животным, — он что, бросил тебя прямо в аэропорту? Одного?
— Почему одного, — не согласился тот, — с Катькой и с мамхен.
— А кто у нас Катька? — вздрогнул Георгий, услышав это имя.
— Катька — младшая сестра, — доложил юноша, — ей пять лет. Сейчас из туалета вернется.
— Она одна ушла? — Жора испугался за девочку, даже ладони вспотели.
— Нет, а я что, — резонно возразил мальчуган, — в девчачий туалет ее должен водить?!
Они замолчали. Георгий судорожно размышлял над тем, что делать с внезапно свалившейся на него проблемой. В голове пронеслась мысль, насколько беззащитны дети против безответственности взрослых. Он даже собрался высказать обвинения этим так называемым родителям вслух, но вовремя прикусил язык. А сам-то он лучше?
— Ты такси не пробовал взять? — виновато поинтересовался Жук.
— Пробовал, — мальчик кивнул, — но мне сказали, что никто мою мамашу в машину на руках не потащит.
— В авиакомпанию за помощью не обращался? — строго спросил он.
