— Уайлдер, в чем дело? — забеспокоилась Сьюзен, когда он внезапно отошел, усадив ее на кровать.
— Видишь ли, я не ожидал, что мы с тобой будем заниматься любовью, и мне нечем предохранить тебя. Вот ведь незадача! — прорычал он. Взъерошив волосы, Фрэнк в сердцах махнул рукой и отвернулся. — Выходит, мы не можем…
— А что, разве презервативы в шкафчике у раковины не твои? — лукаво спросила Сьюзен.
— Что-о? — уставился на нее Фрэнк.
— Посмотри сам. — Она озорно подмигнула и указала рукой в сторону туалетной комнаты. — Там целая коллекция.
Он все нашел на месте, как и сказала Сьюзен. Хмыкнув про себя, Фрэнк набрал пригоршню пакетиков и дал себе обещание непременно поблагодарить Тэда Коллинза, когда они увидятся с ним в следующий раз. Лучший друг приезжал в гости со своей невестой почти год назад, и Фрэнк предложил им пожить у него на яхте. Тэд и оставил после себя это «наследство».
— Нашел? — спросила Сьюзен, когда Фрэнк вернулся.
— Да-да.
Фрэнк приблизился. За те минуты, что он отсутствовал, Сьюзен разделась до трусиков и футболки. Она сидела неподвижно, сложив по-индейски ноги, но в ее глазах играл веселый огонек.
Фрэнк посчитал нужным оправдаться:
— Один из моих друзей в прошлом году жил на яхте как в отеле. Должно быть, он и оставил…
— А я-то думала, что это ты такой любвеобильный, — призналась Сьюзен, когда он положил пакетики на ночной столик.
— А что ты думаешь теперь? — приблизившись к ней так, что их тела почти соприкасались, спросил он.
Глядя ему прямо в глаза, Сьюзен после некоторого колебания ответила, ничего не тая:
— Думаю, я ошибалась относительно тебя. Ты — совсем другой человек, не такой, каким я тебя представляла.
Хотя Фрэнк похитил ее, тайком увез на эту яхту, теперь она твердо знала, что судит о нем правильно. Не раз Уайлдер доказывал ей, что он — добрый и благородный, а не тот бандит, за которого пытался выдавать себя. А главное, его любовь к ней так очевидна, каждый день приносит все новые подтверждения. Постепенно, выказывая при этом редкостное терпение и такт, Фрэнк заново приучал ее радоваться жизни. И — совсем уж неожиданно — вселил в нее надежду, она поверила и в него и в себя.
— Ты так чертовски уверенно говоришь, — заметил Фрэнк, погладив ее щеку тыльной стороной ладони.
— Это потому, что я… уверена в себе.
— Великолепно. Иди ко мне, я тебя поцелую.
Сьюзен бросилась в его объятия. Губы ее раскрылись, впуская его горячий, бархатно-мягкий язык. Фрэнк уложил ее на подушки, лег рядом. Тут же его руки проникли к ней под футболку, и снова ее груди оказались в его ладонях, опять соски испытали жгучую ласку под легким нажимом большого пальца. Сьюзен чуть застонала, выгибаясь ему навстречу. Горячая волна блаженства, поднимаясь из глубины ее существа, охватила все тело.
Сьюзен запустила руки под свитер Фрэнка, стремясь насладиться ощущением теплой и шелковистой кожи. Она ласково поглаживала пальцами мускулы на его груди. Однако ей было слишком мало касаться тела Фрэнка руками, и она хотела, чтобы он знал об этом.
— Сними свою одежду, Уайлдер, — пробормотала она, с трудом отрывая свои губы от ненасытных губ Фрэнка.
С протяжным вздохом он поднял голову и посмотрел на нее с такой любовью и восхищением, что Сьюзен задрожала от восторга.
— Ты тоже, дорогая, — едва сумел произнести Фрэнк. Руки его разжались, выпуская груди Сьюзен, и плавно переместились на бедра, трепетные пальцы поддели резинку трусиков и потянули вниз. — Ты тоже.
— Как скажешь, — промурлыкала она, соблазнительно улыбаясь.
Фрэнк яростно поцеловал ее в губы, затем откатился в сторону, чтобы стянуть с себя свитер.
Когда Фрэнк бросил его на ночной столик, Сьюзен заметила, что пистолета на поясе Уайлдера не было. Она удивилась, необъяснимая радость охватила ее. Сьюзен медленно приподнялась и села. Сердце забилось сильнее. Кто знает, почему Фрэнк не прихватил с собой оружия, да это и неважно. Важнее всего другое — последние сомнения, так долго не дававшие ей покоя, враз улетучились, словно дым.
Она мгновенно скинула трусики, схватила футболку за ворот и одним движением стянула ее с себя, а Фрэнк, стоя спиной к Сьюзен, расстегнул пряжку на поясе, спустил молнию на джинсах и стремительно сбросил их на пол вместе с синими матросскими трусами. Он повернулся к ней лицом, и у Сьюзен перехватило дыхание. Она с самого начала находила его привлекательным мужчиной, но теперь, впервые увидев Фрэнка обнаженным, Сьюзен была поражена его мужественной красотой: широкая грудь, плоский живот, узкие бедра. Она не могла отвести восхищенного взгляда от его фигуры. Кровь застучала в висках у Сьюзен, она задрожала в предвкушении неизбежного, зная, что его желание так же могуче и естественно, как и ее собственное.
Она медленно перевела глаза на его лицо и наткнулась на напряженный, неистовый взгляд. Инстинктивно схватив свою футболку, Сьюзен прижала ее к груди, словно нуждалась в какой-то защите. Однако неукротимое пламя желания, бушевавшее во всем теле, сжигало последние островки страха.
— Ты не раздумала? — Фрэнк уселся рядом, но даже не попытался дотронуться до нее.
— Нет-нет, — скороговоркой прошептала Сьюзен.
— Хочешь, выключу свет?
— Не надо. — Сьюзен все еще судорожно цеплялась за футболку, будто от этого зависело, жить ей или умереть. — Я… я хочу тебя видеть.
Фрэнк не спеша протянул руку и взял у нее одежду. Сьюзен не противилась.
— Вот и хорошо, потому что я тоже хочу видеть тебя, — сказал он. Затем, не спуская с нее глаз, Фрэнк взял ее за плечи и уложил на подушки. — Все в порядке? — Улыбаясь, он склонился над ней и прикоснулся мягкими губами к ее щеке.
— О да, — тихо ответила она.
Его руки прошлись по обнаженной спине Сьюзен, и она вся подалась вперед, припала к его сильному телу. Обжигая ее своим дыханием, Фрэнк поцеловал ее в шею, скользнул языком по уху и слегка прикусил мочку. Губами он снова нашарил ее рот и принялся неторопливо, словно растягивая удовольствие, целовать раз за разом, вызывая в ней мучительно-сладкую истому. Одной рукой обнимая Сьюзен, другой Фрэнк гладил ее по груди, по животу, потом рука его опустилась ниже, и пальцы нежно углубились в ее влажное лоно.
Сьюзен слегка вскрикнула от наслаждения и выгнулась навстречу ему, трепеща от ожидания его новых пылких ласк. И снова раздался блаженный стон, когда Фрэнк приник губами к ее соску, слегка тронул его зубами и языком. Сьюзен все сильнее льнула к нему, наслаждаясь бившейся в нем страстью. Много раз с ее запекшихся губ срывалось его имя. Как бы предугадывая желание Сьюзен, Фрэнк втянул в рот бутон ее соска и слегка куснул. Потом указательным пальцем проник в глубину ее тела. Сдавленно застонав, Сьюзен забилась в руках Фрэнка, почти теряя сознание от жгучей интимности ласк. Прикосновения его нежных рук и губ становились все мучительнее для Сьюзен, ее страсть искала и не находила утоления.
