Стоит ему признаться, что он работает по поручению Джералда Фэллоуза, и Сьюзен увидит в нем подлого предателя. Зная ее темперамент, можно с уверенностью предположить, что Сьюзен придет в полное неистовство, и тогда ему придется-таки проделать то, чего он все это время так тщательно избегал, — посадить Сьюзен под замок. Он будет вынужден прибегнуть к тюремному режиму, чтобы она не совершила чего-нибудь из ряда вон выходящего, какого-нибудь безумного поступка, смертельно опасного для них обоих.
И как же он себе представляет их дальнейшее существование? Он будет преспокойно заниматься с ней любовью, а Сьюзен будет по-прежнему думать, будто он уголовник? Оставить все как есть для Фрэнка — сущий ад. К тому же он гордился своей профессией и хотел, чтобы Сьюзен знала об этом. С другой стороны, рассказать правду — значит наверняка потерять ее. В общем, не желая рисковать, Фрэнк решил положиться на волю случая. Если она спросит, действительно ли Фрэнк служит у гангстера Трейдера, лгать он не станет. Но, если не спросит, сам он на рожон не полезет, по крайней мере в ближайшие дни.
К четвергу надо вернуться на остров Оркас, чтобы, как было заранее условлено, Фрэнк мог связаться в пятницу с шефом Максвеллом. Вроде неплохая мысль — отложить разговор со Сьюзен до того, как они вновь окажутся в коттедже. Там, если она взбунтуется и пойдет все крушить, в ее распоряжении будут все-таки несколько комнат, а не одна крошечная каюта. При необходимости в коттедже можно задержаться на некоторое время, пока Сьюзен не успокоится, не попытается понять его, а потом вернуться на «Утреннюю звезду».
К тому же Фрэнк собирался на полную катушку использовать те дни, что им предстояло еще провести вместе. Он хочет быть со Сьюзен. Вернее, он должен быть с нею постоянно, потому что только время способно сделать их настолько необходимыми друг другу, что его невольный обман не сможет помешать их любви.
Еще не до конца проснувшись, Сьюзен поняла, что находится одна в кровати. Уайлдера не было, хотя всю ночь он провел рядом с ней. Сьюзен захотелось плакать — так недоставало ей в эту минуту его спокойного тепла, основательности, мужской силы. Гадая, куда и почему ушел Фрэнк, она пошевелилась, и легкая боль в мышцах напомнила о ночном неистовстве.
Сьюзен бросилось в глаза, что нигде нет и его одежды. Значит, он не вернется к ней в постель. Но ведь она может сама пойти к нему. Фрэнк оставил дверь каюты открытой, как бы в знак того, что ждет ее. Надо лишь собраться с духом, чтобы не смутиться при встрече. Сьюзен знала, что лучше не медлить. Вчера она говорила Уайлдеру, что абсолютно уверена в себе, и не солгала. Тогда она действительно ни о чем не жалела и не собирается убиваться теперь. Разумеется, если не будет мешкать до тех пор, пока не появятся сомнения и она не начнет раскаиваться.
Решительно отбросив плед, Сьюзен встала и поспешно оделась. Спустя несколько минут, умывшись и приведя себя в порядок, она уже направлялась к кухне. Ей еще многое предстоит выяснить, но это не главное, это может и подождать. Сейчас ей хочется просто быть с ним рядом, как ночью.
Выглянув из открытого люка, Сьюзен увидела, что Фрэнк неподвижно сидит в рубке и словно силится разглядеть что-то в тумане, окутавшем яхту.
Схватив куртку, она торопливо накинула ее на плечи и вскарабкалась вверх по трапу.
— Уайлдер, — робко окликнула его Сьюзен, входя в рубку, и замерла, внезапно усомнившись в реальности всего, что произошло между ней и Фрэнком.
Быть может, это он теперь раскаивается. Вероятно, из-за этого и поспешил убраться из ее постели. Или же, получив, что хотел, подумывает, как от нее побыстрее избавиться.
Фрэнк поднялся, оборачиваясь на голос. В глазах застыла настороженность.
— Все в порядке? — продолжая думать о чем-то своем, спросил он.
— Да. — В его вопросе прозвучала забота о ней, но все же встреча не развеяла ее опасений. — Я проснулась и не могла понять, где ты, — смущенно призналась Сьюзен.
— Я подумал, не захочется ли тебе побыть немного одной. — Он несмело шагнул к ней. — Если ты сожалеешь о случившемся…
— Нет, — поспешила заверить его Сьюзен, преодолев остающееся между ними пространство. — Вовсе нет.
— Я рад. — Облегченно вздохнув, Фрэнк обнял ее за плечи, нежно поцеловал в щеку. — Потому что и я ни в чем не раскаиваюсь.
Сьюзен еще раз убедилась, каким тактичным может быть Фрэнк. Он не стал донимать ее душеспасительными беседами, не давил на нее — он просто ушел, предоставив ей самой во всем разобраться. Или она действительно дорога ему, или… Фрэнк — прожженный мошенник, способный прикинуться кем угодно, лишь бы добиться удовлетворения своих желаний, пока не придет время приставить пистолет к ее глупой голове и выстрелить.
Ведь Уайлдер похитил ее, верно? И хоть утверждает, будто «Утренняя звезда» куплена не на грязные деньги, однако ни разу открыто не опроверг подозрений Сьюзен в том, что связан с бандитом Трейдером.
Увы, сколько бы она ни рассуждала подобным образом, стоило ей посмотреть в сияющие глаза Фрэнка, как от всех сомнений не оставалось и следа: это добрый и честный человек, — таким она его узнала и полюбила.
— О чем ты задумалась? — Его губы растянулись в приветливую улыбку.
— Да так, ерунда, не о чем и говорить, — откликнулась Сьюзен и положила голову ему на плечо. Она не способна считать его исчадием ада по одной простой причине: все в ее душе восстает против такой оценки Фрэнка. Особенно теперь, когда ее тело начало согреваться под его нежными, но властными прикосновениями. Однако ему об этом — ни слова.
— Плохо дело, да? Погода дрянь. — Фрэнк наклонился к ней, и его губы нежно скользнули по лицу Сьюзен, пока не прильнули к ее губам.
— Собственно говоря, нам было совсем не плохо, — возразила она, прижимаясь к нему всем телом. Сырость и холод давали о себе знать, несмотря на исходящее от Фрэнка тепло, и Сьюзен вздрогнула. — Как долго ты собирался оставаться здесь?
— В общем-то я не рассчитывал на такой вариант… — Его теплые настойчивые губы, вновь отыскав губы Сьюзен, долго не отпускали их, и внезапно она перестала чувствовать холод.
Чуть не задохнувшись, Сьюзен с трудом прервала его безумный поцелуй, но из стального кольца его рук выскользнуть ей не удалось.
— Ты не рассчитывал? — тихо переспросила она, чувствуя, что слабеет под его взглядом.
— Не знаю, как ты, но мне известны лучшие способы времяпрепровождения в дождливый день, чем сидеть на палубе, рискуя заработать воспаление легких.
— Неужто? А что прикажешь делать — наращивать тросы, чинить паруса или смазывать детали из тикового дерева?
