местного моря. Я подошел ближе и, рассмотрев извилистые берега и острова, понял, что Кондо было вершиной разностороннего треугольника, где Трехбережье было дальше от него, а Приморье ближе. – Вам там опасно…
Я на мгновение заколебался. В Приморье меня могли сразу узнать, но… Не оставлять же всё на милость природы?
– Я могу просто передать список Хван Цзи. Он купит всё необходимое. Мне совсем не обязательно сходить на берег.
– Хорошо, – согласился господин Чан. – Позовите Хван Цзи.
Я позвал и, пока родственники общались, сидел и думал. Думы были безрадостными. Чтобы доплыть до порта, кораблю наверняка понадобится несколько дней. Чем все это время лечить ожог? Как не допустить заражения?
Корабль скрипнул, качнулся, за стенами плеснули волны. Волны! Кипяченая морская вода! Ну не идиот ли я? Это же отличное, проверенное временем средство при самых разных ранах!
Господин Чан, конечно, чуть не полез на стенку, когда на живот опустилась тряпка с морской солью.
Пару дней его трясло в лихорадке. Я бледнел, зеленел, пичкал пациента невероятной смесью всех природных антибиотиков, которые только нашлись на корабле, но рану всё равно пришлось чистить – отек не оставил другого выхода. К моему великому облегчению, сделать это потребовалось лишь единожды. Чан оказался достаточно крепким. На третий день воспаление всё-таки остановилось, и Хван Цзи, окончательно осознав мою правоту в лечении его дядюшки, плакал, целовал мне руки и долго расспрашивал об антисептике и микробах. Я не скрывал своих методов и даже надиктовал ему несколько лекций.
Но вся моя работа, как оказалось, прошла мимо тех умников, которые прижгли рану.
– Вот! Я же говорил! – обрадовался самый главный прижигатель, когда господин Чан с моей и Хван Цзи помощью выполз на палубу. – Прижигание-то помогло! Ну что, мужики, кто за то, чтобы я стал корабельным доктором?
Мы чуть не споткнулись, когда матросы одобрительно загудели.
– Почему они не знать? – выразил господин Чан нашу с ним общую мысль и посмотрел на племянника.
Тот смутился.
– Да как-то… не до того было…
– Потому что мы занимались вами, – ответил я.
– Ну так что, господа, назначите меня доктором? – радостно спросил прижигатель.
Хван Цзи глянул на него, развернул плечи настолько, насколько это было возможно с дядюшкой на плече, и с достоинством ответил:
– Я не могу посоветовать человека, который вмешался в чужую работу и едва её не испортил.
Улыбки у матросов мгновенно исчезли. Прижигатель растерянно уставился на нас, и в его голосе зазвенела обида:
– Господин Чан, но я же вам помог! Моё лечение сработало! Я сделал основную работу, а ему оставалось только…
– Что-то я не видел тебя у постели всё это время, – перебил Хван Цзи. – Доктор Лим же не отходил от раненого ни днем, ни ночью, менял повязки и сбивал жар. Кого можно назвать корабельным доктором, так это его.
– Нет. Ты не стать нашим доктором, – припечатал Чан и величественно побрел дальше, не обращая внимания на шепотки и оставив обиженного прижигателя позади. Я посочувствовал мужику и выкинул это из головы. Должность корабельного доктора всё равно освободится с моим уходом, так что у матросов еще появится шанс проявить себя.
Но тяжелый взгляд всё равно сверлил мне спину. Нехорошо сверлил. Многообещающе.
Глава 17
Когда мы подошли к Приморью, я снимал с господина Чана повязку.
– Вроде всё чисто, – я осмотрел ожог и задумчиво ощупал края раны. На коже никаких подозрительных вздутий не наблюдалось. – Жара больше не было?
– Нет. Я пью ваш отвар – и жара нет, – ответил он.
– Хорошо. Хван Цзи, я написал список нужных снадобий и трав. Там не только лекарства от ожогов. Вы всё смогли прочитать?
Тот оторвался от каких-то бумаг и улыбнулся:
– Да, дайфу Лим. Вы очень хорошо всё написали, и мне даже несколько стыдно, что во время закупки провизии мы не взяли ничего для лечения. Я лично всё куплю.
– Не буду скрывать, господин Чан, вам очень повезло, что лихорадка остановилась.
Чан сверкнул улыбкой.
– Да, нам очень везти с вами, дайфу Лим. Я не подозревать, что гноя может не быть!
Я невесело усмехнулся.
– На самом деле даже в стерильных условиях рана может загноиться. Убить всех микробов очень сложно, особенно когда их уже много. А вас еще лапали немытыми руками и потом прижгли. В следующий раз лучше сразу промывайте рану мылом. Люди могут умереть даже от царапины.
– Наша благодарность безмерна! – заверил меня пациент. – Я уже поручить Хван Цзи переписать ваши записи.
– Да, все обязательно должны узнать об этом! Скольких тогда можно спасти! – тот бросил мечтательный взгляд на пухлую тетрадь, лежавшую рядом на столике. В неё он записал все мои лекции.
Я даже не стал говорить, что открытия принадлежали вовсе не мне. Какая разница? Я закончил перевязку, накрыл голову широкополой шляпой и прошмыгнул к себе, по пути метнув взгляд на причал.
Приморье за пару недель изменилось невероятно. С домов окончательно исчезли красные тряпки. Все оконные ставни были распахнуты, и их яркие узоры очень украсили улицы. Народ толпился на рынке так, что яблоку было негде упасть. Слышалась музыка, громко вопил зазывала, расхваливая пирожки, бродячие артисты что-то задорно пели на свободном пятачке. Словом, жизнь стряхнула с себя последки мора и вошла в привычный ритм.
Подавив желание спуститься вниз, я закрыл дверь и, сладко потянувшись, улегся на постель с очередной книжкой из коллекции господина Чана. Море тихо шелестело за бортом и переливалось под солнцем. Дышалось на редкость легко и свободно. Постель была в меру мягкой и радовала свежим бельем и отсутствием вшей. Я закинул ногу на ногу и откинулся на подушку, подставив страницы под свет. Книжка оказалась очень веселым сборником сатирических историй про весьма остроумного авантюриста турецких кровей. Я давился хохотом и мотал ногой. Для полного счастья не хватало чашечки капучино.
Вечером, когда я уже поменял повязки, а Хван Цзи вовсю бегал по Приморью в поисках хороших припасов, в дверь постучали.
– Это… здрасьте, – буркнул прижигатель. – Вы звиняйте, доктор, но у нас тут небольшая неприятность. Ну, как небольшая… Пожалуй, все-таки большая.
Я насторожился и отложил книжку.
– Что случилось?
– Там господин Хван Цзи ногу сломал. Спускался по лестнице, в ваш список смотрел – и тут кошка ему под ноги как кинется! Мы его в ближайший дом – а я за вами.
Я вскочил.
– Сильно сломал?
– Сустав выпирает. Наверное, это всё-таки вывих, – сказал матрос и, сложив руки на груди, исподлобья уставился на меня. –
