«Волга 24», и он, сидя за рулем, управлял транспортным средством – пока машину на прицепе (веревке) таскал верблюд с погонщиком, а отец смотрел и улыбался.
Также имелись мотоциклы «Харлей» и «Ява», импортный мотоциклетный шлем, куртка из буйволовой кожи, забугорная суперобувь, щитки, наколенники и очки.
Через какое-то время папаша попросил – узнав про хобби Николая – обучить малыша пользоваться фотоаппаратом «Пентагон-практика», тот оказался талантливым ребенком, все схватывал на лету. Как-то при случае (массовое гулянье по случаю окончания строительства очередного объекта), не называя имен, Николай рассказал коллегам строителям о восхитительном отце, который, зная, что может не дожить до совершеннолетия сына, по максиму исполнил родительский долг. Мнения, конечно, сильно разделились, пожилые и серьезные – отозвались уважительно, молодые и бесшабашные смеялись над пожилым отцом.
Когда Николай спросил коллектив: «А самим хотелось бы иметь такого родителя?», долго стояла тишина, затем самые уважаемые высказались. Такой отец может быть только у любимцев Бога – не каждому роду, не каждой семье выпадает Благодать и покровительство. Многие – неразумным поведением, грехами, нарушением Божественных заповедей – лишаются заботы и покровительства Всевышнего.
Река времени и забвения унесла многих и многих, сложно сказать, остались ли в живых те строители, однако есть надежда, что потомки восхитительного отца-узбека по-прежнему чтут родовые традиции, уважают и всемерно поддерживают порядок семейных правил.
Отче наш, Великий и всемогущий, – не оставь заботами матушку Россию и нас, твоих верных послушников – несущих вахту трудов и жизни.
Альберт Кайков
Родился 8 мая 1932 года в г. Аше Челябинской области в семье служащих. Перед Отечественной войной семья проживала в Анапе Краснодарского края. Началась война, отец ушел на фронт, мать с тремя детьми и бабушкой оказалась на оккупированной территории.
В 1948 году семья приехала на жительство в Новосибирск. После окончания школы в 1951 году уехал во Владивосток и поступил учиться в Высшее военно-морское училище им. С. О. Макарова, окончив которое служил на кораблях Камчатской флотилии. После окончания службы получил второе высшее образование в Новосибирском инженерно-строительном институте. Работал на стройках заполярного города Игарка и Новосибирска.
Литературным творчеством увлекся, выйдя на пенсию. Опубликовал пять стихотворных сборников и 17 книг прозы: «Потерянное детство», «Встреча через полвека», «На заполярной широте», «Под северным небом», «В Туруханской тайге», «Черная пурга», «Наши студенты в Америке» и другие.
Публиковался в журналах: «Сибирский парнас», «Российский колокол», «СовременникЪ», «Охотничьи просторы», «В мире животных», «Охота и охотничье хозяйство», «Юный натуралист» и других.
Сухой закон
Был в истории нашей страны период активной борьбы с пьянством. Вырубались виноградники, сокращали производство алкогольных напитков, в магазинах водку продавали по талонам. Запрет вызывал протест у студентов НИИЖТа, и они регулярно привозили водку на геодезическую практику. По вечерам собирались на берегу реки Ини и веселились в свое удовольствие. Чтобы пресечь зло, преподаватели встречали утром студентов на станции Геодезической и изымали спиртные напитки. Особенно зверствовал преподаватель с кафедры геодезии. Студенты прозвали его Рыжим.
В очередной понедельник студент Никита Вялов ехал на практику с большим портфелем. На станции его остановил Рыжий:
– Откройте портфель.
– Не открою.
– Покажите, что в портфеле.
– Не покажу.
– Почему?
– Не имеете права обыскивать без санкции прокурора.
В душе Рыжего закипела злость на студента, он готов был разорвать его на части. С трудом сдерживая эмоции, произнес:
– Пойдемте со мной.
– Зачем?
– Сейчас соберется Совет, и мы примем решение рекомендовать ректору исключить вас из института.
Никита с унылым видом следовал за Рыжим.
В небольшом помещении преподавательской собрались преподаватели производственной практики студентов. Рыжий доложил, по какой причине привел студента. Проректор института доктор технических наук М. X. Ахметзянов обратился к Никите:
– Что у вас в портфеле?
– Бутылки.
– Покажите.
Взоры всех преподавателей устремились на портфель, который медленно открывал Никита. Рыжий торжествовал – он добьется исключения Вялова из института. Портфель оказался заполненным пустыми бутылками.
– Что это такое? – спросил Ахметзянов.
– Бутылки, – ответил Никита, – мне не хватает стипендии для проживания в городе, приходится по дороге на практику собирать бутылки.
– Почему не открыли портфель на вокзале?
– Мне было стыдно признаться, что я занимаюсь сбором бутылок.
На лицах преподавателей появились улыбки, они повернулись к Рыжему. Многие из них недолюбливали его и были рады розыгрышу, который устроил ему студент.
– Можете идти, Вялов, – произнес проректор и повернул голову в сторону Рыжего.
Валюта
В семидесятых годах прошлого века Московский тракт от Новосибирска на запад был после дождя труднопроходимым для автотранспорта. Грузовые машины на высокой грунтовой насыпи скользили как по льду, прижимались к обочине и ждали, когда дорога просохнет под ярким весенним солнцем. Я с приятелем Толей Лещинским ехал на машине ГАЗ-67. Объезжая одну за другой «Колхиды», радовался, что машине, прошедшей войну, не страшна грязь. Мы торопились на весеннюю охоту в Колыванский район. Проехав по мосту через речку Чик, свернули на север к селу Прокудскому.
В разгар посевных работ дорогу разбили трактора. Чем ближе подъезжали к селу, тем дорога становилась хуже. Глубокую колею, заполненную жидкой грязью, приходилось держать между колес. Перед выездом из села машину снесло в колею, и она села на мосты. Попытки вызволить ее успеха не имели. Все четыре колеса свободно крутились в жиже.
– Что будем делать? – спросил Толя.
– Пойду в село искать трактор, – ответил я и зашагал по обочине дороги.
Вязкая грязь облепила болотные сапоги, ноги с трудом переставлялись. На одной из улиц увидел трактор, стоящий у ворот дома, подошел к нему и постучал в калитку. Меня встретила лаем собака. На мой крик вышел мужчина средних лет, пошатываясь, подошел к калитке и удивленно затуманенными глазами посмотрел на незнакомого человека.
– Здравствуйте, – приветствовал я его.
– И тебе не хворать, – ответил он.
– Моя машина застряла на окраине села, помогите отбуксировать ее за село.
– Валюта есть?
Вопрос меня озадачил. Я никогда не держал в руках иностранные деньги.
– У меня только рубли.
– Ты откуда приехал?
– Из Новосибирска.
– А я подумал, что с Луны свалился.
– Почему?
Он не стал отвечать на мой вопрос, а откровенно спросил:
– Водка есть?
– Есть! Есть! – обрадовался я.
– Садись в трактор, поедем.
Тракторист отбуксировал машину за село на ровный участок дороги и, получив вожделенную бутылку, укатил в село.
С замиранием сердца осматривал я днище автомашины. Тормозные шланги оказались на месте. С облегчением вздохнул и продолжил путь.
Палец
Владимир Иванович Попов преподавал в НЭТИ. В свободное от лекций время собирал различные электронные схемы.
