неба, сам ведь обещал, но не прошу. Из-за одной козы столько шума. Привет, Андрий, а ты когда найдешь себе местную красавицу?
Ада присоединилась к нам — приход Андрия дал мне повод устроить несанкционированный перекур.
— Чумазые они все, стремные, да и я им особо не нравлюсь, — украинец пожал плечами, дескать, такова жизнь, ничего не попишешь. Андрию, как и мне, трудно давался язык Халов. Это не было связано с какими-то трудностями, просто научившись говорить с десяток основных фраз, мы оба на этом застопорились. О чем говорить с этими людьми? Хвастаться размером вчерашнего улова рыбы или поделиться секретом выслеживания оленей? Это в нашем мире было о чем болтать часами, хотя и там я не отличался многословием. А общение в эпоху энеолита, как назвал его Саленко, сводилось к паре десятков фраз.
Мы чувствовали некую скованность Халов перед нами, мы все же являлись пришлыми и невероятно светлыми на их фоне. Местные имели смуглый оттенок кожи, что-то переходное от африканцев к белому типу кожи. Андрий все же сошелся с представителем сардов. В этом году должность принадлежала еще относительно молодому мужчине по имени Тард. Это был один из трех получивших увечья во время нападения конного отряда, что увез Наик.
— Андрий, спроси у своего друга, когда из племени пойдут на меновую торговлю?
— Он мне не друг, — беззлобно проворчал украинец, задавая встречный вопрос:
— Что ты хотела, Ада?
— Ткани, любой, любых цветов. Надо немного обновить гардероб, у женщин свои секреты, — улыбнулась девушка, уходя в дом.
Халы, при всей своей относительной цивильной продвинутости, не обладали секретом ткачества. Ткань привозили во время мена. В четырех днях пути на восток располагалось крупное поселение, возможно, даже городок. Примерно раз в квартал туда шел отряд из нескольких человек, неся с собой кувшины и шкуры животных для обмена. Обратно несли соль, ткани и бронзовые наконечники для стрел и копий.
Халы владели луками, но это были простые луки. Конники, что напали на поселение больше года назад, применяли составные луки. Один из таких сложных луков, получивший серьезное повреждение, стал трофеем поселения после ухода врагов. Долгое время сарды, имея много свободного времени, пытались его починить, но попытки оказались бесплодны.
— Ада, — позвал я девушку, — А что мы можем дать для обмена на ткани? У нас нет выделанных шкур, кувшины делать мы не умеем.
— У нас есть колышки, — откликнулась на мои слова девушка.
— Они, как и патроны, неприкосновенны, и если найдем кузнеца, переплавим их и сделаем ножи, это важнее, — сама мысль отдать колышки казалась кощунственной.
— У тебя же есть нож, — Ада показалась в проеме двери, — Мне нужны ткани, Арт.
— Будут тебе ткани, потерпи немного, — поймав меня на слове и призвав Андрия в свидетели, Ада оставила нас вдвоем. Украинца что-то тяготило, видно, что хочет сказать и не решается.
— Говори, зачем пришел, вижу тяготит что-то.
— Понимаешь, командир, — Андрий сжал кулаки, — Я с ума схожу здесь. Раньше была цель — дойти до людей. Сейчас я просто тупо провожу время в безделье — Ару всегда делится с нами добычей, да и ловить в этом озере рыбу сможет даже младенец. Вот мы с тобой пару раз сходили на охоту, сушенного мяса запас на пару недель. Скучно мне здесь, словно в тюрьме нахожусь.
— Понимаю, Андрей, но я ведь тоже в таком положении.
— Не в таком, — горячо возразил Осадчий, — У тебя есть жена, вы вон козу заводите, строите планы. Нарожает она детей, будешь детей воспитывать. А меня такая перспектива угнетает, мне нужно движение, так вся жизнь пройдет, пока буду пялиться в озеро.
— А ты поставь себе цель, Андрей, найди себе бабу, наконец, — рассмеялся я, видя, как нервничает украинец.
— Да где ее найдешь? Здесь на каждую по три кандидата из местных, да и не красотки они, — сплюнул под ноги Осадчий.
— Давай мы тебе украдем невесту из соседнего племени? — я просто пытался поднять настроение парню, но Андрий ухватился за эти слова.
— Так-то идея хорошая, но выберу я сам, — после его слов я чуть не упал, а парень-то реально истосковался по женскому вниманию. Посидев еще немного, поболтали обо всем, вспомнили прежний мир и все блага, что он давал. Очутившись в диких условиях, начинаешь ценить, насколько облегчена жизнь человека в современном мире.
— Арт, ему нужна женщина, иначе он просто уйдет в один день, — Ада все слышала и высказала свое мнение.
— Попрошу Вика поговорить с Тардом, он сейчас из сардов главный. Пусть, так сказать, санкционирует поход за невестами. Женщина нужна не одному Андрию. Треть молодых мужчин племени ждут, пока появится новая вдова. Странно, что у них такая смертность в родах, вроде в эти времена женщины должны были рожать без проблем.
Саленко замахал руками, категорически отвергая нашу идею.
— Мы не должны вмешиваться в ход истории, это может ее изменить, и в итоге есть риск, что тот мир, который мы знали, будет совершенно другим.
— Как может женщина-трофей из другого племени изменить ход истории, Вик? Тебя случайно ничем не опоила Наик?
— Был такой фильм, — начал вспоминать Саленко, — Про путешествия в прошлое. Бабочка, раздавленная одним из путешественников, вызвала необратимые изменения, и эволюция пошла по другому пути.
— И грянул гром, — подсказала название Ада, внимательно слушавшая наш разговор.
— Это фильм-фантастика? — получив утвердительный ответ, закончил свою мысль: — То была фантастика, Вик, а здесь реальность. Я понимаю, что ты там тайком встречаешься с Наик, это твои дела. Но посмотри на Андрия — здоровый бугай, умирающий от тоски. Ты вот что сделай — поговори с Тардом, а еще лучше пойдем вместе. Я-то язык практически не знаю, но ты сносно понимаешь Халов.
На том и порешили, поинтересовавшись его успехами в вопросах изучения культурных групп энеолита и получив в ответ массу информации. Саленко буквально выуживал информацию из Халов, побывавших в Кулише, так назывался городок, куда съезжались для торговли. Сопоставляя услышанное со своими знаниями по древним цивилизациям, он пришел к выводу, что сейчас идет расцвет хеттской империи, нашего ближайшего соседа с востока.
— За ними, восточнее и южнее вплоть до бухты в Анталье, располагалось несколько государств хурритов, доходя границами до Ирака и Сирии.
— Это все
