бинокль осматривал местность, бойцы открыли десантный люк и слили воду, которая набралась за время переправы, из-за дефекта уплотнителя люка, в который било течение реки.
Еще перед тем как убыть в штаб дивизиона, я лично поставил задачу водителю нашего БТР-70 № 306 младшему сержанту Фархаду Файзулину, которого все в группе, включая меня, звали просто Федя, подготовить машину к возможной переправе: проверить герметичность люков, а места прилегания боковых десантных люков промазать техническим вазелином во избежание протечки воды.
— Тебе что было, приказано перед выходом, мной лично, а шайтан?
— Товарищ лейтенант, еще перед отправкой, я подходил к нашему зампотеху, он сказал что нет у него вазелина!
— А если бы речка шире была, а если бы брода не было? Да я тебя ишака во всех позах без вазелина…
Тут заметив, что генерал практически не таясь греет уши, пришлось свернуть проводимое мной внушение, чтобы не выносить, как говориться сор из избы, я тихонько пообещал Феде, когда вернемся в расположение, он лично оборудует два капонира для БТР: основной и запасной.
В районе обеда, показались окраины города. Сверившись с картой, приказал достать из большого ящика зенитную командирскую трубу, и установить ее прямо на БТРе. Отрегулировав окуляр под себя, навел трубу на город. Десятикратное увеличение позволило великолепно все рассмотреть. Первое, что бросалось в глаза, это многочисленные костелы и небольшие магазинчики, лавки, какие-то палатки, судя по чистоте вокруг них явно не государственные. Высокая, стройная, ажурная конструкция совершенно не гармонировала с общим видом городка.
«Интересно, интересно… Телевидения еще нет, на хера такая высокая нужна? Для местного радиовещания и вдвое ниже достаточно...» А я за свою жизнь насмотрелся на всякие телевизионные антенны.
— Ого! — И повернувшись к генералу спросил: — Товарищ генерал, что это за вышка такая красивая?
— А это лейтенант антенна луцкой радиовещательной станции.
— Высокая. Если передатчик мощный, то далеко достанет…
— Для этого и строится, что бы всем порабощенным польским людям донести наше правдивое слово.
Вон оно что! Да-а… А ведь неплохо задумано! И я опять приник к трубе.
Была отлично видна, замощенная булыжником какая-то центральная улица, сплошь застроенная двух — и трехэтажными домами с непривычной для нас архитектурой, с остроконечными черепичными крышами, и выглядела совсем по-иноземному в отличие от извилистых улиц окраин с одноэтажными домиками, стоящими в зелени небольших садиков.
Транспорта, в современном понимании, там не было. По улицам тащились волы, впряженные в дроги, першероны и битюги тянули высоко нагруженные возы, проносились открытые пролетки с седоками. Но больше всего было велосипедистов различных возрастов — от мальчишек до мужчин и женщин почтенного возраста. Особенно меня поразили грузовые велосипеды с толстыми покрышками и проволочными багажными сетками у руля, в которых перевозились различные пакеты. Велосипед по моему был сейчас наиболее распространенным средством передвижения по городу.
Штаб авиадивизии находился на окраине Луцка, к нему можно было незаметно подъехать вдоль болотистой поймы рек Стырь и Стырец. Уже почти доехали до здания штаба, когда вдруг сзади услышал гудок автомобиля, и тут же обернувшись увидел, что черная легковая машина требует уступить дорогу. Наклонившись в люк, обратился к Лакееву:
— Товарищ генерал! Гляньте, может машина знакомая?
Генерал вылез через десантный люк, глянул на машину и обернувшись сказал:
— Это наша штабная машина, все нормально.
Из машины вышел представительный военный, в форме сшитой явно на заказ, хотел что-то сказать, но увидев генерала, снял фуражку и удивленно спросил:
— Иван Алексеевич! Какими судьбами? Я сейчас возвращаюсь из Млынува, мне Молодов доложил, что Вы вылетели на задание и не вернулись. Летчики видели как Вас и Вашего ведомого сбили!
— Вот! Живой! И ведомый мой живой и здоровый! Архипенко! Выходи! А то полковник Герасимов не верит генералу! И предваряя вопрос полковника, продолжил: — Вот, разведчики — молодцы, рядом оказались, и как видишь помогли до места добраться. Архипенко! Чего копаешься!
Давай в машину! Времени нет!
Пока майор Архипенко выбирался из БТРа, который был похож на передвижную оранжерею из-за своей маскировки, полковник внимательным взглядом изучал нашу машину.
— Товарищ генерал! Негромко полковник обратился к Лакееву. — Это что, новый танк, типа БТ? Первый раз такой вижу! А какая скорость?
— Николай Семенович! Поехали в штаб скорее! Я в машине тебе расскажу! Новая техника, специально для разведчиков, сам мало знаю! Генерал ювелирно уводил неудобный и не ко времени разговор в сторону.
Наконец летчики уселись в свою машину и тронулись. Мы пропустив их легковушку, в несколько приемов развернулись и медленно покатили назад. Наша задача по сопровождению и доставке в Луцк генерала Лакеева и его ведомого выполнена, о чем уже доложено в дивизион. Какие договоренности у Нечволодова с генералом — то нам не ведомо. Так что назад в родную гавань.
Проезжая мимо старого, заброшенного сада мы неожиданно услышали перезвон курантов и такие знакомые позывные Москвы. Приказав водителю остановится, я с одним из бойцов прошел через сад и выйдя к забору, через густые кусты сирени увидел небольшую площадь, в центре которой стоял столб с тарелкой громкоговорителя. Перед репродуктором толпились люди, они с нетерпением смотрели на его черную тарелку. Началась передача последних известий, собравшиеся люди ловили каждое слово. Слушали о трудовых успехах страны, о зреющем урожае, о досрочном выполнении планов, о торжествах в Марийской АССР, и ждали вот сейчас, сейчас...
— Германское информационное агентство сообщает... — начал диктор. Нигде, никогда позже я не слышал такой тишины, как сейчас на этой площади. Но диктор говорил о потоплении английских судов. О бомбардировке немецкой авиацией шотландских городов, о войне в Сирии — еще о чем-то, но только не о начале войны.
От всей этой обстановки — от ясного неба над головой, от голоса диктора рассказывающего о мирных делах, от запаха зеленых еще яблок, которые еще только начали наливаться, я подумал, что может все мне приснилось? И тут, как специально, подбежал солдат и шепотом доложил:
— Товарищ лейтенант, "Овод" сообщил, что к городу с северо-запада приближаются три девятки самолетов, скорее всего бомбардировщики! Может людей как-то предупредить?
— Действительно как предупредить людей? Как там генерал спрашивал? ВНОС? — Точно! ВНОС!
Сделав рожу кирпичом, я вышел из за кустов сирени и громко сказал:
— Товарищи! Приказываю всем разойтись по домам! На границе сложилась чрезвычайно серьезная обстановка, возможны крупные провокации в виде воздушных налетов, поэтому всем
