Я подошлю к вам насчет узконаправленных антенн нашего радиокулибина, пусть изучит и нам в дивизион это не помешает.
Через двадцать минут, мы имели уже несколько засечек очагов боев и подключение к линии. Выйдя на телефонистку междугородней станции Луцка, я попросил дать «Черепаху». Когда меня соединили с «Черепахой», я назвал личный позывной Лакеева и практически мгновенно услышал его голос. Обменявшись приветствиями, я сообщил ему данные о воздушной обстановке и основные очаги боев, где идет интенсивная артиллерийская стрельба. Горячо поблагодарил за эти сведения, спросил, чем может помочь. Я ему напомнил о вагонах с двадцатитрехмилиметровыми снарядами, и предложил выделить несколько самолетов для уничтожения разведывательной авиации противника. Лакеев мою мысль понял с полуслова и обещал прислать два звена во главе с майором Архипенко, а также наземных специалистов. Договорились, что сначала подъедет майор вместе со снарядами и согласует, где будут размещены точки подскока. Удивившись как он без проволочек решает эти вопросы, в ответ услышал, что при налете на штаб дивизии командир тяжело ранен, эвакуирован в тыл и он сейчас исполняет его обязанности.
У меня возникло чувство, что дело пошло, в отличии от первых минут, когда только, только осознал, что мы оказались в 41-м.
Уже необходимо было думать над тем, как правильно организовать наше сборное воинство. Пока Едрихин распоряжался насчет стрелкового оружия, я позвал телефониста и приказал собрать медиков всех подразделений: самоходчиков, зенитчиков и курсантов, на полянке недалеко от штаба.
Через несколько минут перед мной стоял строй из тех человек. Первым был молодой парень — кровь с молоком. За ним стояли два мужика лет тридцати пяти. Одному точно, потому что это был фельдшер нашего дивизиона. Привычно кинув руку к пилотке, принял доклад:
— Товарищ подполковник! Начальники медицинских пунктов по вашему приказанию прибыли! Доложил, лейтенант Соболевский.
— Здравствуйте товарищи!
— Здравия желаем, товарищ подполковник. Негромко, но четко ответил строй.
— Лейтенант Соболевский, почему командуете медицинским пунктом, ведь это фельдшерская должность?
— В отпуске наш фельдшер, вот начальник санчасти училища и приказал мне отправиться на полигон, товарищ подполковник.
— Понятно, что заканчивали товарищ лейтенант?
— Ленинградскую военно-медицинскую академию, товарищ подполковник!
— Как я понимаю, вы старший по званию?
— Так точно, остальные прапорщики.
— Я долго говорить не буду, поэтому приказываю на базе трех медицинских пунктов, сформировать медвзвод под командой лейтенанта Соболевского, и быть готовым к оказанию медицинской помощи. Все предложения по организации медицинской службы через час в штаб. Вольно!
Распустив строй медиков, я с Едрихиным присели на раскладные брезентовые стульчики. Мой начштаба выглядел крайне подавленным.
— Саша, что с тобой, опять своих вспомнил?
— Да нет Коля… Вот все думаю, как и почему нас сюда занесло?
— А толку над этим голову ломать сейчас? Нам надо выжить и людей побольше сохранить…
— Я тут вспомнил одну фразу Симонова… Неужели… — он ткнул указательным пальцем вверх — Там на верху есть кто-то, кто по своей прихоти, не спросив никого из нас, поделил на живых и мертвых?
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ
Привет, читатель!
На этом фрагменте закончился первый том истории о подполковнике Нечволодове и его подчиненных. Но это не значит, что закончилась сама история.
Второй том будет опубликован в этом же файле, так что не спеши добавлять книгу в ”Прочитано".
Спасибо за твою поддержку! Именно благодаря ей история попала в топ сайта.
Том 2 Фрагмент 20
Глава 9
Капитан Элькин
22 июня 6-45 МСК
год пока непонятен
р-н местечка ЛОКАЧИ
Направление поиска — запад
После построения, сразу же подошел к капитану Аграновичу. Тот протянул руку и просто сказал: — Борис.
— Константин. Можно Костя. — И тут же продолжил. — Что у тебя за ребята, спортсмены есть?
— А как же, какой вид нужен?
— Боксеры, борцы, легкоатлеты, стрелки…
— Найдем. Ребята со всех четырех курсов.
— Первый и четвертый отпадает…
— Согласен. Сначала поищем из второго и третьего курсов.
И действительно восемь человек нашлось без особых проблем. Правда восьмого добрали с последнего курса, зато чемпиона училища по офицерскому многоборью. Почему искал в первую очередь боксеров?
Мне нужны были люди с высокой степенью эмоциональной устойчивости, способных держать удар и терпеть боль. Служа за «речкой» в ДШБ, пришлось несколько раз принимать новобранцев и проводить с ними КМБ. Обычно брал по три-четыре человека, надевал им боксерские перчатки и ставил в спарринг со старослужащими нашей бригады.
Большинство солдат стойко переносили удары и не теряли самообладания, с первых секунд проявляли бойцовский характер и, не теряя рассудка, отчаянно дрались до конца поединка. Таких и брал на заметку, чтобы передать их фамилии в первую очередь командиру нашей разведроты.
Но были и такие, кто пасовал, начинал злиться или плакать — вот они как раз и шли служить в подразделения обеспечения бригады.
