Привратник достал серебряную рупию, посмотрел на нее, пожал плечами. За такие деньги англичанка может вести себя как угодно. Потом он сел на табуретку и прикрыл глаза. В это время дня наплыв гостей не предвиделся. Вполне можно подремать.
Резиденция мистера Каррадина находилась в большом особняке индийской архитектуры, разделенном на основную часть и многочисленные хозяйственные пристройки. Как и предвидела Люси, дверь черного хода в это время дня была нараспашку. Слуги смотрели на посетительницу с явным удивлением, но остановить ее не пытались. Миновав задний двор, Люси проникла в главное здание. «Иногда быть английской леди очень полезно», — подумала она.
Войдя в кухню, Люси обратилась к поварам тем непререкаемо-авторитетным тоном, которым обычно разговаривала со слугами достойная миссис Разерспун:
— Добрый день. Мне нужно поговорить с мистером Каррадином. Вы занимайтесь своими делами, я найду его сама.
Повара взволнованно переглянулись, но задержать англичанку не осмелились, и Люси беспрепятственно направилась к кабинету мистера Каррадина. Изнутри доносились приглушенные голоса. Люси хотела было постучать, но передумала и открыла дверь без предупреждения.
Мужчины, сидевшие около стола, замерли.
— Счастлива снова видеть вас, мистер Каррадин, — ледяным тоном сказала Люси. — Как, и ты здесь, Эдуард? Какой приятный сюрприз! — При этих словах она приторно улыбнулась. — Ты уже вернулся из Дели?
Мужчины переглянулись, и мистер Каррадин густо покраснел, что такому опытному дипломату было совсем не к лицу. Зато Эдуард проявил активность — вскочил, подбежал к жене и взял ее за руку. Люси высвободилась и демонстративно посмотрела в сторону.
Не обращая внимания на ее реакцию, Эдуард снова взял ее за локоть и усадил на стул.
— Люси, у тебя усталый вид. Я попрошу, чтобы тебе принесли попить чего-нибудь холодного.
Люси села, но на мужа по-прежнему смотрела неприязненно.
— Неудивительно, что я устала. Я гоняюсь за тобой по городу весь день.
— Я же объяснил в записке, что меня вызывают в Дели.
— А горничная сказала мне, что ты у мистера Каррадина. Почему ты не вышел, когда я сюда заходила?
Мистер Каррадин из пунцового стал багровым. Потом откашлялся и ретировался к двери.
— Пойду прикажу слугам, чтобы принесли леди Риджхолм сока. Я скоро вернусь, миледи. Вот именно…
Люси смотрела только на Эдуарда:
— Ты отправляешься в Афганистан, — сказала она, как только за дипломатом закрылась дверь.
Эдуард отвел взгляд.
— В Афганистан? С чего ты взяла? — Он отошел к столу, взял перо и сделал вид, что внимательно его рассматривает. — Кстати, где твой экипаж? Мы не слышали, как ты приехала. Ты что, отправила коляску домой?
— Да.
— Но, дорогая, тебе нельзя разгуливать по улице в такую жару. В твоем состоянии это вредно.
— Я сейчас гораздо крепче и сильнее, чем во время бегства из Кувара. Пятнадцатиминутная прогулка по городу мне не повредит.
— Но у тебя может случиться солнечный удар. Дорогая, позволь, я отправлю тебя домой в экипаже Джона Каррадина.
— Ты не ответил на мой вопрос. Ты едешь в Афганистан?
Эдуард отшвырнул перо и воскликнул:
— Ни в какой Афганистан я не еду! Откуда у тебя появилась такая странная мысль?
— Ведь ты ушел из дома, не попрощавшись…
Эдуард медленно обернулся к ней и, насупившись, сказал:
— После вчерашнего я решил, что будет лучше, если я выражу свои сожаления в письменном виде.
— Ты знаешь, что я предпочитаю общаться с тобой при помощи слов, а не бумаги. Всю последнюю неделю я надеялась, что мы сможем откровенно поговорить. А что касается минувшей ночи… Она ничего не меняет.
Эдуард глубоко вздохнул.
— Что ж, в таком случае приношу тебе свои извинения словесно. Мое непозволительное, варварское поведение объяснялось тем, что я все это время знал — мне придется покинуть Пешавар.
— И надолго ты отправляешься… в Дели?
— На несколько недель. Как я написал в письме, лорд Литтон хочет проконсультироваться со мной по поводу истинных намерений афганского эмира. Понимаешь, никто в афганской делегации не знает, что я говорю по-пуштунски. Этот язык из британских дипломатов знаем только я и Джон Каррадин. Мне удалось подслушать немало интересного, и я должен рассказать об этом вице-королю. Например, нам известно, что эмир заключил союз с русскими, но мы никак не могли уразуметь, зачем это ему понадобилось. Теперь же я знаю, что эмир не доверяет русским и не любит их, но у него не было другого выхода. Русские нужны ему для защиты от мятежных афганских племен.
— Разве нельзя сообщить обо всем этом вице-королю в письменном докладе?
— Можно. Но лорд Литтон нуждается в советнике, который помог бы ему разобраться, кому из афганских князьков можно доверять, а кому нет. Я лично знаком со многими ханами, одни из которых просят у нас помощи, а другие угрожают войной. Неудивительно, что я понадобился вице-королю.
Все это звучало вполне правдоподобно. Пожалуй, даже слишком правдоподобно. Люси знала, как ловко умеет Эдуард морочить голову. Молодая женщина встала, подошла к столу и почувствовала, что у нее кружится голова — но вовсе не от усталости.
— Хорошо. Зачем тогда мистер Каррадин обманул меня?
— Он тебя не обманывал. Он сказал, что я уже уехал. А на самом деле я задержался, вот и все.
— Насколько мне известно, ты должен был остаться здесь на обед. Кроме того, я видела вас обоих в окне, когда уезжала. Все это довольно странно, не находишь?
— Дорогая, мы с Джоном уже пообедали и расстались. Но мне пришлось вернуться, потому что я узнал кое-какую важную информацию. Из-за этого отъезд был отложен на несколько часов. Я вошел к Каррадину как раз, когда твоя коляска отъезжала от дома.
Можно ли ему верить? Вряд ли.
— Эдуард, поклянись, что ты не отправляешься в Афганистан.
Он крепко сжал ее руки и тихо сказал:
— Клянусь. Клянусь, что ни в какой Афганистан я не еду. — Потом поднес ее пальцы к губам и стал покрывать поцелуями. — Люси, милая, я так тебя люблю.
Раздалось вежливое покашливание и звон стаканов о медный поднос.
— Свежайший сок гуавы, леди Риджхолм, — объявил мистер Каррадин, сопровождаемый молодым слугой в тюрбане. — Повар разбавил сок минеральной водой, этот напиток вас освежит.
— Спасибо, — поблагодарила Люси, хотя в обычное время сок из гуавы пить бы не стала. Однако сейчас ее почему-то одолевала лютая жажда. Впрочем, неудивительно — ведь со вчерашнего вечера она ничего не ела и не пила.
Эдуард от напитка отказался.
— Прошу прощения, сэр, я должен отвезти жену домой. Могу ли я воспользоваться одним из ваших экипажей?
— Разумеется, мой мальчик. Чандар, распорядись, чтобы приготовили коляску, — сказал Каррадин слуге и вновь обратился к Эдуарду: — Нужно ли нам еще что-то обсудить, прежде чем вы отправитесь в Лахор?
— Нет, сэр. Сегодня же покину Пешавар. Только уложу Люси в постель и сразу в путь. Бедняжка выглядит такой усталой.
— Еще бы. — Каррадин крепко пожал Эдуарду руку. — Вам нечего бояться, мой мальчик. Мы за ней приглядим.
— Уверен, сэр, что у вас и без того хватит дел, — усмехнулся Эдуард.
— Ерунда. Приглядывать за дамами — мое давнее хобби. Желаю удачи, мой мальчик. Буду ждать от вас известий. Я имею в виду, с дипломатической почтой.
Услышав эти слова, Люси вновь насторожилась. За время, проведенное в плену, она научилась отмечать малейшие нюансы человеческого голоса, ибо от подобных пустяков часто зависела ее жизнь. Слова о дипломатической почте были произнесены как-то странно. В тот самый миг Люси окончательно убедилась, что ни в какой Дели Эдуард не едет.
Однако она оставила свои подозрения при себе. Было совершенно ясно, что эти двое правды ей не скажут. Поэтому Люси вежливо улыбнулась мистеру Каррадину и позволила Эдуарду отвезти себя домой. Не стала она спорить и когда Эдуард велел ей лечь в постель.
— Отдыхай, дорогая, — прошептал он, сидя рядом.
