она с легкостью могла отыскать дорогу назад, а если она знала путь, значит, Лощина ее так и не отпустила. И побег окажется скоротечным.
Однако, как бы сильно ей ни нравилось рисковать заблудиться, в душе девушка не держала зла. Она не собиралась исчезать, как ее родители, хотя бы для того, чтобы лишить жителей деревни такого удовольствия. От нечего делать Кали задумала сорвать несколько ивовых прутьев и сплести новую корзину для своих находок.
Девушка с легкостью пробиралась через густой лес. Осмотревшись, она решила испытать свои силы и направилась к холму, обхватила рукой ствол осины и подтянулась вверх по склону. Одной рукой придерживая подол малиновой юбки, другой Кали уперлась для равновесия в землю и принялась карабкаться, как ребенок, спешащий за наградой. Добравшись до вершины, девушка обнаружила, что деревня давно скрылась из виду.
Кали спустилась с противоположной стороны холма и наткнулась на прозрачный ручей, каскадом струящийся вниз по каменному ложу. Она проследила, как он прокладывает себе путь, огибая камни и кочки. Сквозь кустарники и подлесок Кали заметила очертания белого дуба, окруженного небольшой рощицей белоствольных берез. Листья дуба, столь же красные, как локоны Милены, трепетали, подобно языкам пламени на ветру. Кали задумалась, не здесь ли обрел покой ее дух. Возможно, это дверь в ее дом в Безмолвном Месте.
Вдоволь налюбовавшись яркой листвой, она двинулась дальше. Лес снова стал гуще, а затем расступился, и девушка вышла на поляну, где дневной свет едва пробивался сквозь полумрак. Длинные ветви с изумрудной листвой мягко покачивались в неподвижном воздухе.
Ива, непохожая ни на одну из виденных ею раньше, приютилась в сумрачной расщелине. Тонкие ветви, свисая до земли, образовывали густой занавес. Широкий, словно повозка, ствол заслонял собой весь мир. Кали затаила дыхание и потянулась к ее покачивающимся ветвям. Они струились под ее пальцами и ласкали ладони. Девушка чувствовала, как под ногами в толще земли дышат корни ивы. Они пульсировали жизнью.
Она восхищенно выдохнула. Дерево напоминало ее сны, трепет тайного мира, кишащего духами фей и древними богами. Они хранили молчание, открываясь лишь тем, кто слушал достаточно внимательно, чтобы уловить их шепот.
Внезапно тишину нарушил шорох листьев. Чары рассеялись. Кали обернулась и увидела темную фигуру, крадущуюся за переплетением ветвей. Раздвинув их в стороны, девушка проследила за приближающимся силуэтом: заостренные уши, распахнутая пасть, вздыбленный загривок, четыре мощные лапы и длинный толстый хвост.
На поляне стоял черный волк.
Кали скрылась под пологом ивы, а волк, обходя дерево по кругу, двинулся к ней. Зверь неумолимо приближался, пока среди изумрудной листвы не показался его угольно-черный нос. С клыков, напоминающих кинжалы, капала слюна, шумное дыхание волка грохотало в воздухе. Если Кали и надеялась, что дерево ее защитит, она ошиблась. Волк ступил под полог, теперь их разделял лишь шаг. Кроваво-красные глаза зверя светились в темноте.
Пытаясь унять страх, Кали сосредоточилась на коре ивы, впивающейся ей в спину. Перед ней стоял тот самый монстр, который терзал деревню, нападал на охотников и похищал молочных коз. Из-за нехватки молока и масла, а также из-за того, что охотники добывали все меньше дичи, дети Лощины худели и голодали. И все из-за этого волка.
Децебал и Милена погибли… из-за этого волка.
И все же Кали не могла не задаться вопросом: почему волк бродит один? Обычно они живут стаями; те, кто оставался в одиночестве, рисковали погибнуть, если не отыщут себе пару.
Возможно, он не обычный волк, – раздался в ее голове тоненький голосок. – Что, если он и есть тот самый Вийест, которого ты должна отыскать для охотников Лощины.
В ее груди, где совсем недавно поселился страх, теперь закипал гнев. Нет. Она не станет в этом участвовать. Она не желала обрывать жизнь страшного волка, но и становиться его следующей добычей тоже не собиралась.
– Я всего лишь хотела сплести корзину и нарвать немного трав, – со смехом выдохнула она.
Будто заскучав, волк уселся на землю. Он запрокинул голову и с протяжным звуком широко зевнул. Кали ошарашенно выпрямилась. Волк потерял к ней интерес.
– Не может быть, – пробормотала она.
Зверь дернул ухом, посмотрел на Кали, потом снова в лес. Задрав хвост, он прижал голову к земле и потянулся, а затем неторопливо покинул поляну. Черный мех слился с темной листвой, волк растворился в сумраке, как мрачный туман.
Угроза миновала.
Глава 32
ВЕЛИЗАР
Душераздирающий крик пронзил небо. С верхушек деревьев вспорхнули птицы, в кустах у входа в Лощину раздались шорохи, ветки затряслись, зашелестели, и на землю посыпались желтые листья.
Из кустов, спотыкаясь, вышел окровавленный от локтей до колен Павел с широко раскрытыми глазами. Пот и грязь покрывали бледную от ужаса кожу юноши.
Барта вскочил из-за верстака и бросился к молодому охотнику.
– Милостивые боги, что случилось? – Старик подхватил Павла, рухнувшего, как новорожденный олененок, и выжидающе устремил взор в темноту за деревьями. – А где Марко и Джов?
Юноша судорожно затряс головой. Даже Велизар не мог определить, умышленный это жест или сильная дрожь.
– Волк? – прошептал Барта, и Павел кивнул.
По лицу Велизара пополз жар. Сендоа должен был оставить в живых Джова и Марко; они должны были стать свидетелями растерзания Павла. Почему же брат пощадил инакомыслящего?
Яростный взгляд Павла обратился к Велизару. Возможно, парень признал его правоту: в лесу было слишком опасно. И все же Велизар не чувствовал триумфа. Уязвленная гордость Павла может стать угрозой его влиянию. Что, если охотник восстанет против него, чтобы потешить свое самолюбие?
К тому же убийство двух невинных людей – людей, которые вызвались помочь Павлу по просьбе Велизара, – только подогреет праведный гнев жителей деревни.
– Так больше не может продолжаться, – сказал Барта. – Черный волк должен быть умерщвлен.
Раненого, покалеченного Павла обступили люди. Ропот недовольства нарастал. Велизар повернулся лицом к толпе и поднял руку, чтобы ее успокоить.
– Добрые люди, сейчас не время действовать в порыве гнева…
– Сейчас не время для твоих проповедей! – выплюнул Павел. – Довольно сидеть сложа руки, пока это чудовище пожирает нас, как овец.
– Да, да! – прокричал голос из стремительно растущей толпы.
– Кто отомстит за Джова и Марко? Неужели мы оставим их души неупокоенными и неприкаянными? – вопрошал другой голос.
Велизар стиснул зубы.
– Я предупреждал вас об опасности. Но юный Павел не прислушался. Джов и Марко добровольно предложили свою помощь, и вот результат.
– Результат всегда один! – Павел взмахнул здоровой рукой. – Мы прислушиваемся к твоим предупреждениям, и люди умирают. Мы пренебрегаем ими, а люди все равно гибнут. Все, что нам осталось, – собрать наших лучших охотников и пронзить сердце зверя стрелой, сделать то, от чего ты нас отговаривал с того момента, как здесь появился!
Народ закивал, выражая согласие, заявляя о решимости. Велизар уже не мог уследить, кто бросал ему вызов. Он сцепил руки за спиной.
– Поступайте, как пожелаете, – твердо сказал он. – Но запомните мои слова: если вы ослушаетесь,
