Читаем без скачивания «Если», 2006 № 08 - Журнал «Если»

Впереди замаячил ярко освещенный коридор, плавно уходящий вверх. Стены его казались сделанными из светлой керамики, а освещение монтировалось в натяжном потолке. Мартинес пригляделся к полу: из темно-серого полимера, слегка пружинящее под ногами — самое обычное покрытие в сооружениях подобного рода.

— Насколько я помню, с этим полом вышла целая история? — спросил Мартинес. Сам он узнал об этом из флотских контрактов.

— Да, господин инспектор, вы правы, — ответил Аллодорм своим чудным голосом. — Вот что случается, когда пускаешь дело на самотек! Мы вовремя не побеспокоились о том, что будет у нас под ногами. А когда увидели поступившее стандартное покрытие, обнаружили, что оно совершенно не приспособлено к нуждам современной станции, к активному движению транспорта и грузов. Через десять лет его необходимо было бы менять полностью, но, разумеется, мы не могли себе позволить закрыть для этого станцию — при наших-то сроках! Так что пришлось заказывать специальный новый пол с Зарафана и доставлять на скоростном экспрессе.

— Рабочие-торминянцы, должно быть, потеряли немало лет жизни, пока везли его сюда, — добавил лорд Эль и карикатурно потряс руками — эта раса с полыми костями не выносила перегрузок.

— Что ж, — резюмировал Мартинес, — по крайней мере, теперь проблема решена.

Стараясь говорить непринужденно, сам он тем временем пытался придумать способ посмотреть, как же на самом деле устроен этот замечательный пол.

Предназначенные для гостей апартаменты оказались такими же претенциозными, как и вся станция: со стенами, обшитыми темным деревом, и начищенными до блеска дверными ручками. Вдоль стен сияли бирюзой аквариумы с экзотическими рыбками, а с потолка свисали люстры, похожие на ледяные скульптуры. Все дышало новизной.

Эль и Аллодорм наконец удалились, чтобы дать гостям возможность «отдохнуть от тягот путешествия», как будто прогулка на частной яхте была делом столь же утомительным, как переход через горы верхом на осле.

Мартинес и Терца остались одни. Деревянный паркет под их ногами складывался в карту империи, где Ши обозначалась маленьким диском из малахита, а столичная планета Заншаа — из багрово-красного граната.

Супруги переглянулись.

— Здесь раздельные спальни, — сказала Терца.

— Я заметил.

— Если не возражаешь, я велю Франу перенести мои вещи в твою комнату.

— Обязательно, — ответил Мартинес. — В этой чудовищной спальне без тебя будет пусто.

Даже в их дворце на Заншаа спальни были не такими огромными. Должно быть, Флоту эти апартаменты стали в копеечку. А впрочем, эта организация никогда не скупилась на привилегии для своих офицеров.

До обеда оставалось около часа. Мартинес приказал своему ординарцу Аликхану приготовить ему штатский костюм, переоделся и вышел через кухню, порядком удивив поваров, готовивших обед.

В его распоряжении оставался целый час, и это время хотелось провести с пользой.

На одном из служебных лифтов Мартинес добрался до неоконченного колеса. Здесь он отыскал участок, где продолжалось строительство и рабочие-торминянцы за переносными заборчиками прокладывали трубы и коммуникации. Половое покрытие дожидалось своей очереди, скрученное в огромные бобины выше лай-оунийского роста.

Стараясь не привлекать к себе внимания, Мартинес сделал кое-какие замеры, а затем через заграждение пробрался туда, где покрытие было снято, обнажив пластиковое нутро станции, наполненное открытыми балками. Если торминянцы и заметили Мартинеса, то виду не подали. Закончив осмотр, он вернулся в свои апартаменты.

— Ничего особенного там нет, это точно, — сказал он жене за обедом. — Они просто кладут второй слой обычного покрытия поверх первого. — Он поднял бокал и пригубил великолепное изумрудное вино с планеты Хай-осо. — А деньги за весь этот чудесный пол прикарманил «Меридиан».

— Вряд ли, — возразила Терца. — Полагаю, покрытие действительно существует. Ведь прибыл же этот корабль-экспресс с каким-то грузом? Вот только суперпокрытие пошло на другие цели — на какой-нибудь проект, целиком принадлежащий «Меридиану».

— Как ты считаешь, многие понимают, что здесь происходит?

— Думаю, да. Конечно, рабочие не в счет, они просто делают то, что велено. Но в аферах такого уровня всегда замешано множество людей. Однако, полагаю, компания нашла способ заставить их молчать.

— А лорд Эль, по-твоему, в курсе? — спросил Мартинес. — Нужно быть удивительно нелюбопытным, чтобы не замечать чудесные метаморфозы с этим покрытием. Но кто знает, может, он и вправду нелюбопытен?

Терца бросила на мужа многозначительный взгляд.

— Не стоит его об этом спрашивать.

Уставившись в тарелку, Мартинес занялся изучением куска жареного фристиго в соусе из лука и ягод кистипа. И ягоды, и овощи были свежие — за сорок три дня пути он уже успел отвыкнуть от такой роскоши. Похоже, сельское хозяйство на Ши развивалось полным ходом.

— Хотел бы я знать, кто владеет «Меридианом». Но это частная собственность, и информация об акционерах закрыта для… — Он не закончил фразу. — Как Главный инспектор, я, конечно, имею право сделать запрос на этот счет, однако не факт, что мне ответят. К тому же тогда расследование из тайного станет явным.

— Одним из владельцев компании должен быть лорд Па, а скорее всего, здесь замешан весь клан Макфанов, — сказала Терца. — Но пока мы не получим доступ к конфиденциальным записям по всем планетам, которыми заправляет компания, мы бессильны. Хотя… — Она задумалась. — Знаешь, я могла бы это выяснить.

Мартинес обернулся к жене:

— Каким образом?

— Поскольку «Меридиан» ведет дела с Флотом, закон обязывает их предоставлять министерству список основных владельцев. Предполагается, что их имена останутся в тайне, но… — Она задумчиво устремила взгляд в дальний угол комнаты. — Я пытаюсь придумать, к кому можно обратиться.

— А твой отец? — предложил Мартинес. — Он ведь член Контрольной палаты Флота и должен иметь доступ к этой информации.

Терца покачала головой:

— Он не сможет сделать это незаметно. Послать запрос из Контрольной палаты все равно что выстрелить с орбиты зарядом антивещества. Пойдут слухи. — Она снова надолго уставилась в угол. — Значит, остается Бернардо, — решила она. — У него есть доступ, и он не болтлив. Однако я окажусь перед ним в большом долгу.

— Десять дней, чтобы послать запрос в Заншаа, — прикинул Мартинес. — Еще десять — на ожидание ответа…

Связь между звездными системами осуществлялась со скоростью света, однако Мартинесу даже такая задержка казалась невыносимой.

Губы Терцы изогнулись в улыбке.

— А знаешь, я ведь никогда раньше не видела, как ты работаешь. Оказывается, ты то сгораешь от нетерпения, то раздаешь приказы, будто маленький король. В этом есть что-то такое… притягательное.

У Мартинеса от такой характеристики поползли вверх брови, однако он сказал:

— Надеюсь, я смогу сохранить эту притягательность еще чуть-чуть?

— Думаю, да.

Мартинес через стол потянулся к ней, чтобы взять за руку. Терца, склонившись, поцеловала его в щеку, а потом прошептала на ухо:

— Мой врач как-то говорил мне, что у женщины способность к зачатию выше всего сразу после удаления имплантанта. Думаю, мы доказали его правоту. Уже во второй раз.

Мартинеса бросило в жар, а кожа от восторга покрылась мурашками.

— Ты уверена?

— В общем, нет, — ответила Терца. — Пока нет. Но я чувствую себя точно так же, как в прошлый раз, а в таких вещах, мне кажется, опыт имеет значение.

— Конечно, имеет! — горячо поддержал ее Мартинес.

«Беременная жена… — с нежностью подумал он и усмехнулся, вспомнив разговор с Роландом. — О чем еще мечтать мужчине?»

— Что-то в гавани пустовато, — заметил Мартинес. В ожидании завтрака он сидел под зонтиком на террасе Рыболовного клуба планеты Ши. Его только что избрали почетным членом этого общества, где они с Терцей и остановились. Местное правительство сочло, что жить во флотских казармах Главному инспектору не пристало, а единственным элитным жильем на планете располагал этот самый клуб (кстати, собственность отца Мартинеса).

— Рыбаки все в море, а шаттлы больше не прилетают, — объяснил управляющий, землянин с бородой, выкрашенной в пурпурный цвет и заплетенной в две тонкие косицы. На нем красовался пиджак с огромными плечами, сшитый из ярких лоскутков ткани — эдакий колористический винегрет в тропическом вкусе. Мартинес, которому до сих пор не приходилось видеть ничего подобного, подозревал, что этот стиль — собственное изобретение управляющего.

От чашки кофе поднимался пар.

— Теперь, когда не стало шаттлов, у нас совсем небольшая флотилия рыбацких судов да несколько спортивных яхт, — продолжал он. — Со временем будет больше. Здесь можно организовать гигантский промысел — правда, в основном на продажу: в первый год, кроме рыбы, есть было нечего, так что теперь никто из местных на нее и смотреть не хочет…