здесь, под открытым небом, – произнесла Анабель и начала шептать какие-то заклинания.
Триша подняла руки к небу и начала обращаться к какому-то великому Темнейшеству. А мы, словно пригвожденные к месту, смотрели, не в силах ничего противопоставить этим обезумевшим женщинам.
Внезапно из-под песка, словно змеи, вырвались тонкие черные щупальца, сотканные из тьмы, и обвились вокруг ног Беллы. Та вскрикнула, пытаясь вырваться, но хватка была слишком сильна. Почва задрожала, и из-под земли начали появляться костлявые руки мертвецов, тянущиеся к нам. Страх сковал меня, но я понимала, что медлить нельзя.
– Бегите! – крикнула я, пытаясь оттолкнуть Мэри в сторону. Сама же, не имея никакого оружия, бросилась на Анабель. Но та лишь презрительно усмехнулась, и меня отбросило назад невидимой силой. Триша, закончив свою молитву, опустила руки, и небо над нами потемнело, словно надвигалась гроза.
Появилось ощущение, будто сама тьма сгущается вокруг нас, готовая поглотить. Я чувствовала, как мои силы покидают меня, а страх парализует волю. Над нами в небе появился черный дракон, сотканный из черной энергии и магии. Но в этот момент сквозь шум моря и шепот заклинаний я услышала знакомый голос. Амулет, что мне повесили на шею, вдруг завибрировал и нагрелся, что я сдернула его с шеи. Я даже не помнила, как он оказался у меня на шее и кто мне его надел. Видимо, он был нужен для обряда.
– Софи! Держись! – эхом разнеслось над пляжем, и из тоннеля выбежал Дениэль. Он рванул ко мне, но дракон в небе вдруг взвился, раздался рев, и он рванул в сторону мужа, пронзая его насквозь. Дениэль упал на колени, глядя на меня пустыми глазами.
Сердце оборвалось. Я закричала, имя Дениэля застряло в горле комом боли и отчаяния. Все вокруг померкло, кроме его неподвижной фигуры, осевшей на песок. Ярость, ледяная и всепоглощающая, захлестнула меня с головой. Больше не было страха, лишь желание уничтожить все, что отняло его у меня.
Сила, спящая во мне, о которой я даже не подозревала, проснулась. Я почувствовала, как она поднимается из глубин, обжигая каждую клетку тела. Земля под ногами задрожала, и черные щупальца, сжимавшие Беллу, рассыпались в прах. Костлявые руки мертвецов остановились, словно наткнувшись на невидимую стену. Тьма вокруг начала отступать, рассеиваясь под напором моей ярости.
Триша и Анабель в ужасе смотрели на меня, словно увидели нечто, чего не ожидали. Черный дракон в небе задрожал, его контуры стали расплываться. Я подняла руки, и из них вырвался луч чистой энергии, который принял контуры красного дракона и ударил в чудовище. Черный дракон взвыл и рассыпался, оставив после себя лишь облако черного дыма.
Небо начало светлеть, тьма отступала, унося с собой мертвецов и безумие. Но цена была слишком высока. Дениэль лежал неподвижно на песке. И его уже ничто не вернет.
Я подскочила к мужчине. Не помня себя, упала на мужчину, мое тело сотрясали рыдания. В какой-то момент я почувствовала, как что-то пронзило нас с Дениэлем насквозь. И это было последнее воспоминание.
Пришла в себя я с болью во всем теле. Около меня, как когда-то, сидели Матильда и Кати. У меня словно дежавю.
Первый, о ком я подумала, – это муж.
– Что с Дениэлем? – я попыталась приподняться, и Кати заботливо поправила подушку. – Он жив?
– Да жив, жив, что с этим драконом станется, – Матильда заохала, заахала и засуетилась. – Вас чуть не угробил, ящер проклятущий!
– Где он? – я уж было хотела встать и отправиться на его поиски, но меня остановил голос в дверях моей комнаты.
– Я здесь, а Матильду, видимо, не впечатлил мой дракон, – мужчина подошел и присел ко мне на край кровати. Он смотрел на меня с такой нежностью и любовью, что в груди защемило от эмоций, которые меня переполняли. – Как же ты меня испугала, – прошептал мужчина, склонившись к моим губам.
– И ты меня тоже, – я чувствую, что по щекам струятся слезы, а муж заключил меня в объятия, гладя по спине и целуя то в волосы, то в щеки, пока наши губы не встретились. В этом поцелуе я хотела передать, как испугалась и думала, что моя жизнь ушла вместе с ним.
Когда поцелуй закончился, мы поняли, что остались в комнате совершенно одни.
– Как там дамы? Все живы-здоровы? – я вспомнила перекошенное от страха лицо леди Куинси.
– Да, с ними все хорошо, – успокоил меня муж. – Они оправились и все волновались о твоем состоянии. Ты долго не приходила в себя.
– Долго? – я озадаченно посмотрела на мужчину.
– Три дня. Это долго, – пояснил муж.
– Что произошло? Ты помнишь? – я силилась вспомнить, что было после того, как меня пронзило драконом, состоящим из светлой энергии, но не могла.
– Джонатан сутки разбирался со штатным магом из департамента, что там произошло. И теперь я могу все объяснить, – начал мужчина, и я устроилась поудобнее в его руках, чтобы выслушать долгую историю. – Когда-то детьми мы помешали провести некромантский обряд призыва темной сущности темнейшего дракона. Мой дракон не только отразил смертоносные заклинания и направил их на членов ордена, но и разделил наши сущности, а сам спрятался в теле Софи. Бедная Софи не понимала, что происходит, и думала, что сходит с ума, слыша голос моего дракона. А рассказать кому-то она не решилась. Испугалась, что и в самом деле лишилась разума. Со временем новые члены ордена решили повторить попытку, но поняли, что из-за сорванного обряда у них не хватает некоторых деталей. Им понадобился тот самый дракон, который впитал в себя энергию погибших некромантов. Не знаю как, но они высчитали, что с этим как-то связана ты. И Анабель было поручено тебя убить, но оставить около твоей кровати артефакт, который должен был поглотить вышедшего из тебя во время смерти дракона.
– Ничего себе многоходовка! – я была в шоке от услышанного.
– Ты умерла, но дракон успел призвать в тело Софи твою душу, в связи с тем, что ты оказалась моей истинной. Истинной моего дракона и его душой, – продолжил Дениэль.
– Так вот кому я обязана своим перерождением, – я улыбнулась, начиная проникаться к дракону мужа самыми теплыми чувствами.
–
