– Ты будешь такой столько, сколько мы пробудем в этом мире, – произнес Хью, – Это часть того – кто ты.
– Полный отстой. – Я сморщила нос на чешую, хотя теперь она была светлой, вполне зеленой, – Ненавижу все это.
– Ты прекрасна, – сказал Хью, ныряя под ниспадающие ветви, – Я мог бы смотреть на тебя весь день, и никогда бы не устал от этого.
Обалдеть. От этих слов я ощутила покалывание жара по телу.
– Спасибо.
– Я говорю правду, – сказал он просто.
Верно, ведь он никогда не лжет. Я грелась в его комплементе какое-то время, все еще прижимаясь к нему и ощущая себя слишком восхитительной, чтобы предложить опустить меня и идти самой. Было в этом что-то декадентское, позволять Хью нести меня, и я не очень хотела признавать то, что наслаждалась каждым моментом с ним.
– Мы почти на месте, – сообщил Хью. Он свернул, затем посмотрел на меня заинтересованными глазами, – Можешь идти?
– Могу попробовать, – ответила я и почувствовала легкий укол разочарования, когда он отпустил меня и мягко поставил на ноги. Я пошевелила пальцами ног в траве. Ощущая голод и усталость, но ощущение нечеткости и путанности оставило меня. Я сделала пару шагов и кивнула Хью. – Я в порядке. Спасибо, что нес меня.
– Для меня это было удовольствием, – ответил он хриплым голосом, посылая дрожь по моему позвоночнику и заставляя трепетать, сложенные за спиной, крылья. Когда Хью так говорит, кажется, для него это на самом деле было удовольствием.
Хью… флиртует со мной? Это на него не похоже. Я удивленно посмотрела на него, затем еще раз, когда его рука скользнула по моей спине, будто не желая отпускать.
– С тобой все нормально?
Он кивнул, затем положил руку мне на талию, чуть выше хвоста.
– Пойдём. Не бойся. Я буду защищать тебя от кого угодно.
Я нахмурилась на это.
– Мне нужна защита от остальных?
– Они… не будут рады меня видеть. Теперь пойдём. – Хью подтолкнул меня вперед.
Мы ныряли под низко нависающие деревья и маневрировали вокруг раскидистых папоротников.
В далеке стал виден остроконечный, отвесный утес и я ощутила страх, свернувшийся в животе.
Почему другие первородные не обрадуются появлению Хью? Произошло еще что-то, чего я не понимаю?
Я придержала беспокойство при себе, пока Хью продолжал молчать, верный признак того, что он волнуется.
Я робко погладила его руку. По какой-то причине, я хотела, чтобы он взял меня за руку. Чтобы знать, что кто-то собирался мне помочь. То, что я не одинока в своих чувствах.
Рука Хью сжала мою, переплетя свои пальцы с моими, и я вновь ощутила то странное тепло, разливающееся в животе. Я отметила, что он убрал когти, а подняв взгляд, увидела его глаза, темные и совершенно звериные. Хью был в состоянии повышенной готовности.
Затем он остановился. Поднял голову и принюхался.
Я огляделась и ничего не увидела. Деревья, деревья, темнота и вновь деревья. И лишь затем, пару сверкающих глаз в ближайших кустах привлекла моё внимание. Я втянула воздух и толкнула Хью.
– Знаю, – сказал он. – Все хорошо, Райдер. Это Артур, пришел, чтобы поприветствовать нас.
Кусты затряслись и спустя мгновение вышел воин.
Тоже полностью обнаженный – странно, как я все еще не привыкла к голому образцу мужской красоты, разгуливающих по округе – и с угрюмым выражением на свирепом, мрачном лице.
Он скрестил руки на груди (которая была больше и шире, чем у Хью, чего я не могла даже вообразить).
– Брат. Боюсь, ты не получишь теплый прием на этот раз
– У меня нет выбора, – ответил Хью. Он отпустил мою руку и поцеловал меня в макушку прежде, чем отойти и встать перед Артуром.
Жест на столько милый и собственнический, что я почти упустила вспышку тоски в сверкающих глазах Артура.
Почти.
Хью подошел к другу, и они пожали руки в знак приветствия, хотя Артур все еще не выглядел довольным. Хью разговаривал с ним какое-то время, их голоса были настолько тихими, что я не смогла ничего разобрать, о чем был разговор.
Сгорая от любопытства, я хотела броситься вперед и подслушать, но подозреваю, что как только подойду ближе, они перестанут говорить. Как бы там ни было, ясно, что я не должна подслушивать.
Так что я шаркала ногами по мокрой траве, и перекинула свои волосы вперёд, прикрыв ими груди.
Артур взглянул на меня, затем кивнул.
– Пока не могу сказать, что я в восторге, но я понимаю тебя, брат.
Хью кивнул.
– Тогда, пойдем к остальным. Покончим с этим.
– Сказать им что? – спросила я.
Никто не ответил мне.
– Сказать им что? – снова спросила я, – Эй? Милая девушка стоит прямо здесь? Любит длинные прогулки по пляжу, и терпеть не может, когда ее игнорируют?
Они оба просто повернулись и уставились на меня.
Я вздохнула.
– Неважно. Пойдемте и покончим с этим. Что бы это не было.
Двое мужчин встали по обоим бокам от меня (что немного нервировало) и мы продолжили путь сквозь лес, пока не дошли до лабиринта пещер. В темном входе в каждую пещеру блестели пары глаз, всматривающихся, изучающих нас.
– Жди здесь, Райдер, – Хью сообщил мне. Он шагнул вперед и поднял руку ко рту, издавая рык, который был настолько громким и похож на тигриный, что это поразило меня.
– Но…
Артур сделал шаг в мою сторону и покачал головой, давая понять, чтобы я молчала.
Остальные первородные оборотни начали выходить из тени. Мое сердце затрепетало от беспокойства, пока я наблюдала, как один за другим они, крадучись, двигались вперед, переводя взгляды с меня на Хью и обратно.
Он осматривал их всех, пока, казалось, не был удовлетворен увиденным, затем заговорил.
– Вы все знаете о моем соглашении с Финианом. Я продал свои услуги, действуя в качестве представителя нас всех. Я должен исполнить свою клятву и в обмен мы получим пары, чтобы смогли закончить свое одинокое существование. Я сожалею, но вынужден сказать, что не смогу исполнить клятву. Я подвел всех вас.
Я задохнулась. Что? Как?
С ужасом, я увидела, как остальные оборотни накинулись на Хью, похоронив его под грудой разъяренных тел, полных решимости атаковать.
– Хью, – крикнула я, выбегая вперед.
Артур схватил меня за руку.
– Не делай этого. Все будет хорошо.
– Но они ранят его!
– Он ожидал этого. И позволяет выразить свой гнев, – Артур крепче сжал мою руку. – Не пытайся вмешаться.
Я посмотрела на рычащих мужчин, летающие кулаки и голые тела. Все это походило на огромное столпотворение обнаженных тел и ярости. Не будь я в таком отчаянье при мысли о, находящемся в эпицентре, Хью, возможно, насладилась бы видом обнажённых ягодиц и мотыляющихся членов. Но мне было страшно.
