и глупо было бы, при их оборудовании и вооружении. Но вот шуметь они начали зря. На их месте я бы тоже выбрал дерево повыше, откуда вначале бы избавился от основного врага, а затем уже переключал внимание на нас с Адой.
Разговаривать с нами они явно не собирались. И как только до них дошло, что мы расположились над их головами, тут же открыли огонь. Ну да где там? Попробуй попади в невидимую цель сквозь целую кучу ветвей. Энергии пули недостаточно, чтобы пройти все эти препятствия, не отклоняясь от траектории. А крупного калибра у них с собой нет. Просто в здравом уме никто не станет носиться по лесу с пулемётом наперевес.
— Прекратить огонь! — выкрикнул командир отряда. — Эй, мы знаем, что вы там! Вам не уйти!
— Ага, — хмыкнул я. — Вам тоже.
Я произнёс это тихо, больше комментируя ситуацию, чем давая им понять, что ситуация совсем не у них под контролем.
Бойцы рассредоточились под деревом, отрезая нам путь к отступлению. Один принялся устанавливать на ствол взрывное устройство, чтобы обеспечить нам быстрый спуск, как вдруг слева от него затрещали кусты, и на сцену ворвался жаждущий крови медведь.
Сапёра он снёс, даже не заметив. Одним ударом разворотил ему грудную клетку, не позволив даже схватиться за оружие. Его тело преодолело несколько метров по воздуху и плюхнулось в грязь, где им тут же занялись голодные обитатели трясины.
Второй боец только и успел, что поднять оружие, когда когти вспороли ему брюхо. Кишки, подчиняясь энергии удара, вылетели, будто ядро из пушки, и подобно гирлянде легли на ветви кустарника. И только после того, как погиб второй воин, зазвучали беспорядочные хлопки выстрелов.
Я видел, как очередь легла точно в бочину медведя, но это лишь ещё больше его разозлило. Следующим пал командир отряда. Косолапый натурально снёс ему голову.
И тут один из преследователей допустил ошибку, которая стоила ему жизни. Нервы не выдержали, и он бросился наутёк.
В понимании зверя это наивысшее проявление слабости. Не задумываясь, он обрушил на труса весь свой гнев. Буквально за пару прыжков косолапый достиг жертвы и вскрыл ему спину, сняв мясо до самого позвоночника. Боец визжал так, что в его крике растворился даже яростный рёв медведя. Но его смерть была не напрасной. Он подарил оставшейся двойке пару драгоценных секунд.
Две очереди одновременно ударили по мохнатой туше, выбивая последние крохи жизни. А мишка и без того явился сюда раненым. Однако сдаваться он не планировал и покачивающейся походкой двинулся на противника. Шаг, второй, третий — и жизнь окончательно покинула зверя. С эдаким вздохом облегчения он ткнулся мордой в землю и затих. Но бойцы продолжали набивать его тело пулями, пока их магазины не опустели. Вот только примкнуть новые оказалось не так-то просто: нервное напряжение не позволило. Руки тряслись, и короба никак не желали вставать в приёмник.
Отличный момент, чтобы вступить в бой, и я его не упустил. Тем более что уже давно спустился. Увлечённые схваткой с медведем, они даже не заметили мой манёвр.
Я обрушился на них, подобно урагану. Адреналина в крови было более чем достаточно, в то время как враг всё ещё находился в шоке. Первого бойца я убил точным ударом ножа в основание черепа. Энергии падения хватило, чтобы сталь пробила кости, намертво засев в позвоночнике. Но использовать его повторно я и не собирался. Второго бойца я встретил мачете. Он наконец-то примкнул магазин и вскинул оружие, когда клинок встретил его шею. Голову я ему не отрубил, но с такой раной о дальнейшем сопротивлении можно было смело забыть. Выпустив автомат, он схватился за шею и посмотрел на меня непонимающим взглядом. А затем медленно повалился в траву, открывая рот, словно выброшенная на берег рыба.
Ада спустилась с дерева, когда я уже вовсю мародёрил трупы. Да, мы выиграли схватку, но основной бой был ещё впереди. И действовать нужно максимально быстро.
Используя отпечатки командира, я разблокировал оружие и дал нам права на его использование. Уцелевшие разгрузки так же перекочевали в наше распоряжение, как и полные магазины. Вышло не так уж много, всего по три на каждого, но мы и не собирались устраивать затяжную перестрелку.
— Что теперь? — вооружившись, спросила Ада.
— А теперь устроим охоту на охотников, — ответил я и звонко свистнул, подзывая питомца.
Жухлый явился на клич минут через пять, когда мы продирались сквозь кустарник, возвращаясь к месту, где был нанесён первый авиаудар. Я предположил, что группа зачистки должна высадиться где-то неподалёку. Там нас засекли впервые, и вполне логично начать поиски с этого места.
Да, если бы мы засели в укреплённой позиции, тогда был бы смысл высадиться в паре километров от точки столкновения и попытаться подойти незаметно. Здесь речь шла о наглом преследовании с численным превосходством. А значит, нет смысла терять и без того драгоценное время.
Я тоже лез в самое пекло не просто так. Моего появления у шаттлов вряд ли кто-то ждёт, ведь психология жертвы работает иначе. Даже отбившись от части преследователей, я должен продолжать бегство.
Понятно, что на всякий случай там оставят небольшой отряд, ведь всегда есть исключения из правил. Но я на этой планете гораздо дольше любого из них, плюс я был лучшим из лучших в неестественном отборе клонов.
Ну и ещё один аргумент, которого нет у противника: Жухлый. Он до сих пор находится в связке с Адой, и она чувствует то же самое, что и он. И если бы не они, мне бы вряд ли удался манёвр с медведем.
— Стой, — тихо скомандовала Ада.
Я тут же замер и вопросительно на неё уставился.
— Впереди трое, — прошептала она. — Метрах в трёхстах. Не движутся.
— На местности или в секретах? — уточнил я.
— Без понятия, — пожала плечами она. — Жухлый чует троих: там, там и там. — Девушка указала пальцем направления.
— Отправь его проверить.
Ада ничего не ответила, однако волчонок сорвался с места и буквально через пару секунд исчез за деревьями.
За его благополучие я не волновался. Он получше нашего знает, как подобраться к жертве незамеченным и точно так же, не издавая ни звука, скрыться. К тому же его разум связан с Адой, и она не позволит ему пострадать.
— Один у дерева, — прошептала она. — И, кажется, он знает, что мы здесь. Слишком напряжён, да
