Рэнсом только отмахнулся.
– Я никому не могу довериться.
– Знаю, в том и беда. Тебе надо начать доверять людям, Рэнсом. И для начала пусть ближе познакомятся с тобой. Узнают не только твои сильные стороны, но и слабости.
Он принялся вышагивать по каменному полу из угла в угол.
– Пусть познакомятся со мной. Узнают мои слабости… Да, так я и поступлю. Сразу же, как только ты во всеуслышание объявишь, что Иззи Гуднайт уже не девочка, а двадцатишестилетняя женщина, которая обожает, когда ей пощипывают соски.
Иззи пришлось согласиться с его логикой. Да, им обоим есть что скрывать. Но последствия разоблачения для каждого из них свои.
Она постучала стопкой бумаг о стол, подравнивая ее.
– Я хочу сказать, что дело зашло так далеко лишь потому, что тебе было стыдно…
– Стыдно?
– Да, стыдно. – Иззи надоело ходить вокруг да около. Тем более что Рэнсом сам уверял, что ценит прямоту. – Ты герцог, а твоя невеста сбежала с каким-то крестьянином. А потом этот крестьянин победил тебя в поединке, в итоге ты ослеп. Да, это унизительно.
– Да не победил он меня, черт возьми! – Рэнсом остановился у окна. – Знаешь, что гораздо опаснее, чем драться с мастером фехтования?
– Что?
– Драться с одурманенным любовью болваном, который понятия не имеет, что делает. Это все равно что защищать обе стороны сразу. Он никогда прежде не держал в руках шпагу. Мне пришлось сдерживаться изо всех сил, чтобы не изрешетить его.
«Что все это значит? Неужели он был ранен в поединке, в котором не старался победить?»
Иззи встала из-за стола и шагнула к нему.
– Рэнсом…
– Я не смог бы убить его. Какой в этом был бы толк? А погнался я за ними лишь потому, что боялся, вдруг ее увезли силой. Но очень скоро понял, что ошибся.
Иззи стало нестерпимо жаль его. И неловко за свою попытку его пристыдить. Нет, ему не следовало стыдиться своих поступков. Он рисковал всем, чтобы защитить невесту. Свой шрам он мог бы носить с гордостью, как знак отличия.
– Ты поступил правильно, – решительно заявила Иззи. Не для того, чтобы задобрить его – просто приняла сказанное как непреложную истину. – Наверное, ты беспокоился за нее.
– Я собирался жениться на ней, – ответил он. – Конечно, я за нее беспокоился. Насколько вообще способен беспокоиться о ком-то такой человек, как я. Нет, между нами не вспыхнула пламенная страсть, мы не были родственными душами, но я считал ее… практичной. Думал, она не прочь стать герцогиней и распоряжаться моими деньгами, вдобавок способна быть терпеливой настолько, чтобы в ответ мириться с моими недостатками. – Он бессознательным жестом согнул и разогнул руку в локте. – Но оказалось, я ошибся.
Иззи почувствовала болезненный укол совести, вспомнив о письме леди Эмили.
– Она была еще так молода. Возможно, свою роль сыграли впечатлительность и испуг.
– Да нет же, нет. По-моему, дело обстояло прямо противоположным образом. Она оказалась гораздо прозорливее, чем я думал. – Он указал на груду писем. – Когда я потеряю все свое состояние, она сможет порадоваться тому, что спаслась чудом.
«Если ты потеряешь все свое состояние, что станет со мной?»
Иззи выругала себя за эту мысль, но страх стремительно сжимал ее душу. Возможно, замок действительно принадлежит ей по закону. Но ей не сохранить эту собственность и не найти другой дом, если Рэнсом так и не заплатит ей то, что обещал.
– Господи! – Абигейл и Дункан вошли в зал и ошеломленно уставились на сугробы писем. – Что здесь произошло?
Рэнсом выпрямился.
– Предательство. Вот что.
– Нашли в стене еще один труп?
– Нет. – Иззи показала письмо, которое принес посыльный. – На следующей неделе мы ждем важных гостей. По-видимому, кто-то усомнился в дееспособности его светлости.
– Его считают сумасшедшим? Но это же абсурд! Герцог в своем уме! – Абигейл повернулась к Иззи и шепотом уточнила: – В своем, да?
Ох, Абигейл… Иззи приподняла брови и согласно закивала.
Дочь викария продолжала отчетливым шепотом:
– Вот только прошлым вечером он вел себя весьма странно…
Рэнсом прокашлялся.
– Мисс Пелэм, я здесь. Я не глухой. И не сумасшедший, в чем легко могут убедиться юристы и врачи.
Но он слепой.
Все присутствующие подумали об одном и том же, встревожились, но промолчали. Слепые нередко попадают в сумасшедший дом, даже если они в здравом уме. А если учесть то, что дела герцога запущены, а сам он решительно сторонится общества, доказать свою дееспособность ему будет нелегко. Если поверенные хотят разделаться с ним, его слепота им лишь на руку.
– Черт… – Он запустил руки в волосы. – Я все потеряю…
– Нет, – возразила Иззи. – Мы этого не допустим. Потому что тогда все потеряю и я. И, если уж на то пошло, Дункан и Абигейл.
Если Рэнсом лишится герцогского титула, Дункан останется без работы. А если Иззи придется покинуть замок из-за отсутствия средств, Абигейл останется без финансовой поддержки местного прихода.
– Забудьте все, что я говорила о честности. Если поверенные лгали вам, значит, и вы вправе обмануть их. Они ни в коем случае не должны узнать, насколько сильно вы пострадали. Когда я приехала в замок, мне понадобилось несколько часов, чтобы догадаться, что вы слепы.
– Большую часть этого времени вы пробыли без чувств, – указал Рэнсом.
– Неважно. Главное, что вы поняли меня. Вы знаете этот замок как свои пять пальцев и наверняка сможете сосредоточиться так, чтобы ваш взгляд не блуждал. Все, что от вас требуется, – продержаться все время разговора. Как только гости уедут, откажитесь от услуг Блейлока и Риггета и наймите новых поверенных.
– А как же замок, мисс Гуднайт? – Дункан огляделся по сторонам. – Он не похож на поместье герцога.
– Значит, придадим ему внушительный вид. – Иззи расправила плечи. – У нас в запасе есть неделя. – Замок должен выглядеть безукоризненно – по крайней мере парадные покои. Но менять расположение мебели в комнатах ни в коем случае нельзя. Герцогу понадобится сменить гардероб. Да и мне не помешало бы новое платье или два, – Иззи принялась загибать пальцы. – Еще нужны слуги, много слуг. Для уборки, работы в саду, прислуживания за столом…
– С огромным удовольствием займусь гардеробом его светлости! – объявил Дункан.
– А я помогу приодеться вам, Иззи. Все мы готовы как следует потрудиться. Вот только найти слуг будет непросто. – Абигейл помрачнела. – Местные жители отказываются работать в замке – всем известна его кровавая история, слухи о привидениях, а также то, что герцог несколько месяцев прожил здесь отшельником. А уж после того, как в тайнике нашли кости… – Она покачала головой. – Со временем я надеялась переубедить местных жителей. Но всего за неделю…
