Оттуда послышался сипящий, глухой голос:
– Что передает Адела?..
– Так я вам и сказал… Сначала обсудим, что вы можете для меня сделать…
– Сначала скажи, что она передает!.. Ну же!.. Это важно! Не тяни…
Лувертюр тихонечко положил трубку на лежавший на столике толстый телефонный справочник и медленно, стараясь ступать как можно тише, двинулся к двери. Вдруг он замер… То, что он увидел, поразило его. Дверца гостиничного шкафа для одежды была приоткрыта. В узкую щелку виднелась знакомая курточка с рукавом, наполовину оторванным по шву.
Лувертюр вышел из номера. К нему по коридору шел Джон. В одной руке он держал мобильный телефон, в другой – какое-то странное оружие, напоминавшее миниатюрный арбалет.
– Учти, стрела отравлена! – тихим, но решительным голосом произнес Джон. – Скажи, что передает мне Адела…
– И ты тут же меня убьешь! – закончил за своего приятеля Лувертюр. – Наверное, за то, что я чуть не оторвал рукав твоей куртки тогда, когда ты прыгал на автобус. А ты, однако, сочинитель!.. Зачем ты наплел всю эту историю?
– Я сразу понял, что тебя нужно использовать втемную. Наивным положительным дуракам, вроде тебя, трудно объяснить правду… Не мог же я сказать, что меня неожиданно похитили и чуть не убили конкуренты…
– А те, кто летел со мной в самолете? Ты пове-сил их?!..
– Да разумеется нет!.. И девочку из окна я не выбрасывал!.. В Лондоне существует мощная банда работорговцев. Это сделали они. Послушай, я не хочу тебя убивать. Мы можем по-прежнему оставаться друзьями. Только теперь ты станешь помогать не Джону, пытающемуся разгадать тайну полувековой давности, а Джону Кейну, Белому Хунгану, Великому Циклопу «Невидимой империи»!.. Ты станешь моей правой рукой. Я не могу вечно торчать в Лондоне, мне нужно возвращаться в Штаты… Ты займешься импортом сумасшедших из России. Ты ведь сам оттуда… В сущности, я не сделал тебе ничего плохого, я только до поры скрывал от тебя правду и свое истинное лицо. Но рано или поздно я бы открыл его. Лувертюр, ты сам станешь великим Хунганом Вуду!.. А сейчас скажи, что передала Адела… У нас мало времени. Мы должны раскрыть, кто стоит за черно-белым человеком! Сегодня ночью или никогда!.. Ну же, говори!..
Дальше произошло нечто, чего ни Джон, ни Лувертюр не ожидали…
Двери лифта раскрылись, из них выскочили трое гангстерского вида негров. Выхватив блестящие никелированные револьверы, они принялись палить.
Лувертюра спасло, что первые выпущенные пули предназначались белому. Джон отлетел на несколько метров, по одежде его расплылись ужасные кровавые пятна. Одна из пуль угодила в голову.
Мулат сделал огромный прыжок и кубарем покатился по полу. Через несколько метров коридор заворачивал налево. До спасительного угла еще надо было добраться… Один из негров принялся стрелять в Лувертюра, двое других подскочили к Белому Хунгану и для гарантии сделали в него еще по несколько выстрелов каждый.
И тут со стороны лестницы появились два полицейских и сотрудник службы безопасности магазина. Между ними и неграми завязалась ожесточенная перестрелка.
Перекатываясь по полу, Лувертюр за несколько мгновений добрался до спасительного угла, вскочил и побежал вперед. Быть может, там была еще одна лестница?..
Но там был лифт – грузовой, для обслуживающего персонала – и вооруженные полицейские, выходящие из него.
– Я агент полиции! Срочно свяжите меня с Вильямом Вильямсом! – заорал что было мочи мулат.
Убедившись, что у него с собой нет оружия, один из полицейских спустился с Иваном вниз. Был вызван Вильям Вильямс и скорая помощь: с рукава куртки на пол капала кровь. Одна из пуль, выпущенная из гангстерского пистолета, все же задела его.
Машина скорой помощи мчалась в госпиталь. Рядом с лежавшим на носилках Лувертюром сидел Вильям Вильямс. Изредка он отдавал короткие приказания по рации…
– Вы записали адрес? Ист Стрит, 17?.. – проговорил Лувертюр и покосился на сидевшего в конце салона врача.
Не нравился ему этот мрачный тип.
Вильямс тоже с подозрением глянул на врача.
– Да, я все пометил!.. Вот и госпиталь… – проговорил полицейский. – Знаете, Лувертюр, мне жаль, что вы так рано выключились из операции. Ну ничего, мы следим за ними. Они никуда не денутся. А вам надо отдохнуть… И скажите спасибо радиомаячку, который мы вшили в ваши ботинки. Когда он заметался по городу, я сразу понял: что-то не так… Это вас и спасло…
– Спасла меня доблестная охрана магазина. Если бы не их бдительность, я бы вряд ли отделался оцарапанной рукой!.. – широко улыбаясь, произнес мулат.
– Ничего себе царапина! – отвечая улыбкой на улыбку, заметил Вильямс.
Лувертюр вдруг посерьезнел.
– Скажите, вы уверены, что полиция не упустит их и все усилия не пойдут на смарку?..
– Они в плотном кольце, – откликнулся Вильям. Но голос его прозвучал как-то неуверенно.
72
Так Гилберт и думал!.. Не зря, прождав некоторое время у главного входа в офис, он попросил таксиста перебраться на боковую улочку. Свет в рабочей комнате Аделы по-прежнему горел, но Гилберт хорошо знал, что в комнате скорее всего никого нет. Помещение было узким, и с улицы обычно было видно голову и плечи девушки, сидящей за столом. Тем более он бы увидел Аделу, если бы она ходила по комнате… С боковой улочки просматривалась не только часть дороги перед главным входом, но и неприметный въезд в подземный гараж здания.
Его автоматические ворота медленно поднялись вверх и оттуда выкатил маленький служебный «форд», ключи от которого, несмотря на то что она очень редко им пользовалась, всегда лежали в сумочке его подруги. На голове девушки, скрывая волосы и прикрывая козырьком часть лица, была какая-то дурацкая рекламная кепка большого размера – надела для маскировки. Негра в машине не виднелось, но Стеффенс не сомневался – он лежит на заднем сиденьи.
Преследователи в черной машине могут еще долго стоять перед главным подъездом. «Форд» неспеша добрался до поворота в узкий переулочек и скрылся в нем. Только теперь Стеффенс велел таксисту ехать следом. Райончик Гилберт знал хорошо и был уверен: беглецы от него не скроются – путь здесь был только один. А вот навязчиво висеть у них на хвосте не следовало…
Куда же они едут?.. Больше всего Стеффенс боялся, что маршрут пролегает в аэропорт. Но через несколько кварталов «форд» остановился, и Адела с негром, который и вправду поднялся с заднего сиденья, пересели в случайное такси. Совсем скоро оно остановилось у подъезда обычного лондонского многоквартирного дома.
«Сколько же у них квартир?!» – с раздражением подумал Стеффенс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
