что сарацины у наших ворот! Когда они будут отвергнуты, когда Святая Земля окажется вне опасности, я верну Церкви во сто крат то, что я у нее позаимствовал!»
Несомненно, как указывает Альберт Экс, древние церковные исследования Балдуина, его знание канонического права и священное красноречие не были бесполезны для него в этой яростной обличительной речи. Большой скандал пришел на службу королю. Принц Роже де Пуй послал в Патриархат тысячу бесантов, чтобы они были разделены между канониками Гроба Господня, Госпиталем и жалованьем рыцарей. Даймберт в своей старческой алчности держал все при себе. Узнав, король обнародовал скандал, и Даймберта объявили лишенным своего места. Но упрямый старик еще не разоружал.
Он удалился в Антиохию к своим старым нормандским друзьям, которых ему удалось убедить в своей правоте. Осенью 1102 года, когда Балдуин, находившийся под угрозой египетского вторжения, не мог обойтись без помощи норманнов, они навязали Даймберта и, благодаря их давлению, вернули патриархальную резиденцию. Как всегда политичный, Балдуин сдался, скрывая свой гнев. Но как только опасность Египта была устранена, он попросил передать дело папскому легату, кардиналу Парижа Роберту.
Даймберт, окончательно убежденный в симонии и хищении церковных средств, снова был осужден кардиналом-легатом и Синодом. Он безвозвратно покинул Палестину ради общего блага церкви и короны. На его место был избран святой человек, патриарх Эбремар де Теруанн, который в 1105 году также должен был проявить себя во время битвы при Рамле, где он нес Истинный Крест в разгар битвы.
Нам не нужно здесь рассказывать, как Эбремар стал жертвой интриг амбициозного архидиакона Арнула Малекорна, который не так давно был изгнан из патриархального престола за оскорбление и все еще думал о том, чтобы вернуться к нему. На данный момент, решив, что час еще не настал, Арнул удовлетворился избранием архиепископа Арля Гибелина де Сабрана, который, помимо своей великой святости, имел заслугу быть очень старым (1108).
После смерти Гибелина Арнулу наконец удалось восстановить себя в патриархате (1112 г.). Архиепископ Тирский Вильгельм, преследующий «Малекорна» за его мстительность, применяет к нему самые уничижительные цитаты из Книги Иова. За грехи людей Бог терпит торжество лицемера. Фактически, если мы можем упомянуть к похвале Арнуля его преданность интересам короля и королевства, его бесспорный откровенный патриотизм, мы обязаны признать, что в своем желании доставить удовольствие Балдуину I он иногда доходил до самодовольства.
Так было и с королевскими браками. Напомним, что когда он был еще графом Эдессы, Балдуин I женился на принцессе Арде, дочери армянского лидера Тельцов. Политический брак, если таковой был, что принесло ему сплочение преобладающего армянского элемента в Эдессe. Но после его коронации в Иерусалиме, где армяне не в счет, этот союз зависел от него. С такой же небрежностью, как и при низложении патриарха, он поместил жену в монастырь.
По своему собственному усмотрению он обратил ее в религию и заставил стать монахиней в церкви мадам Сент-Анн. «Это правда, – добавляет летопись, – что он очень ревностно относился к обогащению монастыря». Что касается точных причин его решения, добрый Вильгельм Тирский теряется в догадках. «Некоторые говорят, что он оставил ее, чтобы взять более богатую, потому что у нее не было приданого, другие – что он заметил, что она была очень легкомысленная».
Во всяком случае, поначалу казалось, что царица была рада принять религию и вела весьма назидательную жизнь в монастыре, после чего скромно пришла просить царя отпустить ее в Константинополь, чтобы увидеться с родителями и получить от них пожертвование на нужды ее монастыря.
Выйдя из королевства, она счастливо лишилась сана и полностью отдалась удовольствиям, «своё тело было отдано мальчикам и другим людям».
Что касается короля Балдуина, нам говорят, что он вернулся к целомудрию с не меньшей радостью. Но безбрачие не обогатило его, и именно тогда он обратил внимание на Аделаиду Сицилийскую. Аделаида была вдовой норманнского графа Сицилии Рожера I, умершего в 1101 году.
Несмотря на его зрелость, это была одной из самых красивых пар века. Балдуин нацелился на нее.
Он был крайне беден, и его рыцарские жалованья всегда были для него проблемой. Он сделал предложение вдовствующей невесте. Она была польщена, что ее снова удостоил такой престижный рыцарь, и побудила его взять с собой священную корону Иерусалима. Соглашения были заключены, и в начале августа 1113 года Аделаида высадилась в Сен-Жан-д’Акре. Альберт Эксский рисует нам богатством гобелена прибытие сицилийской эскадры, сопровождающей королевскую невесту.
Было две триеры, каждая из которых несла по пятьсот элитных воинов, и семь других кораблей, груженных золотом, серебром, пурпуром, драгоценными камнями, драгоценной тканью, сияющими доспехами. На корабле, на борту которого находилась принцесса, покрытая золотом мачта отбрасывала свои огни на солнце, и два носа инкрустированные золотом и серебром были не менее прекрасны.
В другой лодке арабские лучники из сицилийской гвардии демонстрировали свои ярко-белые бурнусы. Балдуин, в свою очередь, пришел ждать свою невесту в полном королевском костюме, со всеми его сановниками и его пажами, одетыми в свои наряды, их лошади и мулы в пурпурных и золотых упряжках, под звуки труб и радость от музыки. Улицы Акры были покрыты разноцветными коврами, на террасах простыни цвета пурпура, радость была всеобщей.
Однако торжества в очередной раз закончились, и нам пришлось согласиться с нестандартной ситуацией, в которой мы оказались, мягко говоря. Первая жена Балдуина не умерла. Следовательно, король был двоеженцем. Похоже, Аделаида была очень тронута, узнав это официально, хотя кажется довольно любопытным, что она могла игнорировать это до тех пор… С другой стороны, Балдуин с поспешностью, лишенной элегантности, перенес в свою казну богатства, принесенные его новой женой. Что до ее угрызений совести, он успокоил их патриархом Арнулом Малекорном, который не опозорил себя из-за столь малого.
Однако Рим беспокоили двоеженство короля и самодовольство Малекорна. Придворного патриарха вызвал папа Пасхалий II, который призвал его положить конец скандалу. Вернувшись в Иерусалим, Арнул обратился к королю по этому поводу. Балдуин на какое-то время оставался глухим к этому, а затем, после тяжелой болезни в марте 1117 года, подчинился. Аделаида получила отпуск. Несчастная женщина громко плакала и горько жаловалась, что ее разыграли.
Фактически король ждал, чтобы успокоиться со своей совестью, чтобы полностью прокутить богатое приданое, привезенное из Сицилии… Но когда он умер вскоре после этого, вернувшись от египетской границы 2 апреля 1118 года, по крайней мере, у нас не было скандала, связанного с смертью царя Иерусалима, отлученного от церкви.
Таким образом, Балдуин де Булонь, первый франкский король Иерусалима, определенно не был святым, как его брат
