даже когда я подошел к яме, куда сбрасывали радиоактивную руду.
— Не может быть, — печально усмехнулся я.
Внизу огромной, пологой дыры шевелился огромный червяк, метров в десять в длину и два в высоту. Его небольшие волосики на кожистом черном теле светились зеленоватым светом. Червяк постоянно пожирал руду, а из его заднего конца вываливалась пустая порода. Он жрал урановую руду. И вместе с пустой рудой волосики на черве начинали светиться, а раз в полчаса из червя выпадало зеленоватое яйцо, от которого явно фонило. Сквозь мутную скорлупу был виден маленький червячок. Люди крюками подхватывали яйцо и прятали его в покрытый свинцом кувшин с мутноватой жижей, а затем заливали крышку свинцом.
— Агра-а! — вдруг закричали люди и начали вонзать свои крюки в червя.
На меня не обращали внимания, а я смотрел во все глаза как слазит заживо кожа с червя и тускнеют его зеленые волоски. А через некоторое время, когда рабочие сняли шкуру, червь, абсолютно белый, вновь кинулся на новую порцию руды и начал чернеть через минут пять. Часть рабочих же оттащили огромный кусок кожи в сторону и сразу же начали кроить.
— Что это, Рык?
— Это то, что производит оружие, за которым мы с тобой и пришли, — тихо проговорил я, а из динамиков донеслось шипение.
— Командиры… в зал… — прохрипел динамик. — Получение новых… пополнение категории боевые единицы… проект Ц готов… семь, еды… Богу…
Пирамида звала меня и теперь я направился к ней, не чувствуя и не видя угрозы. Город встретил меня пустынными улицами, то, что управляло людьми, разогнало свою паству по домам. А в пирамиде между тем открывались огромные черные каменные ворота, за которыми нас ждала пустота.
— Багдрейн! — прокричал я что было сил, стоя перед воротами, а отовсюду, из каждого дома донеслись крики жителей.
— Слава Багдрейну!
— Заходи, мутант, — прохрипели динамики. — Я жду тебя.
— Слава Багдрейну! — не унимались люди в домах, забившись в истерике. — Слава нашему богу!
Я неспешно вошел в пирамиду, кристаллы в коридорах и динамик направляли нас. В некоторых комнатах я видел стеклянные аквариумы, в которых плавали замершие люди. Клонированные, доработанные в мускулатуре и более не похожие на людей, с большими руками и высоким лбом, вмещающим большой мозг.
Но, как бы ни была велика пирамида, я все же достиг огромного зала, в котором ровно посередине стоял пьедестал. Меня встречало огромное, в несколько тонн весом и похожее отдаленно на осьминога существо, в котором явно покопались генетики и механики.
На золотом пьедестале лежал десяток механических ног Багдрейна, а сквозь полупрозрачный череп, который не имел рта, я видел его мозг. К левой стороне похожего на осьминога существа был прикреплен динамик. Старый, ржавый, но рабочий. На пьедестале были установлены и иные живые организмы, сращённые с механизмами, были даже подобия мониторов. А я, наконец, понял, как это существо узнало о моем прибытии: на экранах отражалось все, что видели жители этих пещер. Это существо могло смотреть черными глазами своих рабов.
— Зачем пришел, мутант? — проговорил динамик, а существо привстало на своих десяти железных ногах, и я увидел его единственный глаз, размещенный ровно посередине головы, между полушариями мозга.
— И это ты мне говоришь, что я мутант?
— Я не тебе, объект Ц семьсот восемьдесят четыре дробь восемь, шестой категории. — мысленно проговорила тварь. — Активировать подчинение тела. Отключение мозговой активности. Семь, шесть, пять. Четыре.
В моих глазах начало темнеть,
— Три, — мысленно проговорила в моем разуме тварь, отчего я упал на колени.
— Два, — проговорила тварь, но в это момент я, наконец, усилием воли закрыл свой разум.
— Один, — прогремел динамик, но вдруг тварь аж всколыхнулась от невидимого удара, а огромный мозг заискрил. — Как?
— Вот так! — зло усмехнулся я и достал ножи. Еще чуть-чуть и начнется бой. — Начнем?
— Объект Ц, семьсот восемьдесят четыре дробь восемь, шестой категории, я тебе не враг, — снова послал мысленный импульс огромный мозг, на что я лишь зло улыбнулся. Затем мозг продолжил уже через динамики. — Как ты себя теперь называешь, объект Ц семьсот восемьдесят четыре дробь восемь, шестой категории?
— Калибан Рык.
— Ты называешь себя в честь объекта восемь пять, дробь Б, всего лишь третьей категории? Ты ошибся и мне непонятна твоя логика. Ваши категории не совпадают, ваши способности и тип совершенно отличны друг от друга.
Я смотрел на существо, которое не казалось опасным, и сжимал рукояти своих ножей палача. Все вокруг обманчиво, стоит лишь задуматься о возможностях существа, и оно может уже не попытаться меня отключить, а убить, мысленно.
— Объясни мне, почему ты называешь меня объектом?
— Потому что ты объект, — удивился голос из динамика. — И я объект. А рядом с тобой мутант.
— Я не мутант! — воскликнула Лия, до сих пор молчавшая, но сейчас целящаяся из лука в существо.
— Мутант, — тихо ответил ей динамик. — Объект Ц семьсот восемьдесят четыре, шестой категории, предназначен, в отличие от тебя, мутант, для заселение и очистки планеты, для борьбы с агрессивной флорой и фауной. Он модернизированный образец космического десанта. Дробь восемь же это число модификации, с переноской разума, созданного с помощью модуляции прополярного Карокского Неаного пространства. Он солдат, ты же мутант, которого следует уничтожить, если только с тобой не спарился для производства… Как там? Калибан Рык.
— Те существа, которыми ты управляешь, — усмехнулся я, — Не очень то и похожи на людей.
— А они и не люди, — прохрипел динамик. — Это объекты пять-два, первой категории. Практически бесполезны в бою, но потребляют минимум ресурсов и помогают отстраивать Колыбель, для противостояния мутантам. И это первый шаг к возрождению Человечества, что создам я, Багдрейн.
— Не получится. И сейчас мы с тобой либо договоримся, — усмехнулся я. — Либо ты умрёшь.
— В моих данных нет информации, что объект Ц семьсот восемьдесят четыре дробь восемь, шестой категории, такой тупой, — задумчиво проговорило создание а затем обратилось ко мне мысленно. — Калибан Рык. Убить мутанта.
— Лия! — успел я только прокричать, а моя рука уже мгновенно действовала против моей воли. Нож был выронен на землю, а моя правая рука уже сжимала голову моей ученицы. Еще мгновение и ее голова лопнет как переспелый арбуз.
— Рык! — простонала Лия, а мои глаза начали наливаться кровью.
— Ошибка. Ошибка! — пронеслось в моем разуме. — Объект «Ц» семьсот восемьдесят четыре дробь восемь, шестой категории, экстренно выключить! Ошибка! Ошибка!
Глава 16
Невозможно совершить нечто более глупое, чем забрать свободу у дважды бывшего раба, но Багдрейн попытался и потому был обречен. Миг, лишь миг и на моем
