Уайет сломался первым.
— Господи, мать твою. Никогда, никогда больше не пугай меня так, — он опустился на колени и положил большую ладонь на ее ногу. Его лицо было сковано напряжением. — Черт возьми, Кайли.
— Я не… не знала, — она попыталась улыбнуться. — Я думала, Тереза вынудила дядю Харви забрать меня. А вам пришлось меня терпеть, потому что он так решил.
— Неудивительно, что ты была тихой, как мышка, когда приехала сюда, — Вирджил тоже опустился на колени с напряженным лицом. — Мы хотели, чтобы ты осталась с нами Кайли.
Смех Моргана прозвучал как карканье.
— Когда Пит нашел работу, они пытались вернуть тебя, но ты уже была частью нашей семьи.
— Па велел не рассказывать тебе, что они с Терезой перестали разговаривать друг с другом. Он сказал, у тебя такое мягкое сердце, и ты расстроишься, узнав, что люди поссорились из-за тебя, — Вирджил нежно дотронулся до ее щеки. — Господи, малыш, разве ты не знаешь, как сильно мы тебя любим?
Осколки в ее груди состыковались, собравшись в кривоватое, но все же единое целое.
— Я… я… — у нее задрожали губы.
— Черт, сестричка, — воскликнул Морган срывающимся голосом. — Единственная ссора в нашей семье произошла потому, что все хотели, чтобы ты жила у них.
— Тереза, в конце концов, простила Па, когда ты закончила колледж, но… — Вирджил нахмурился. — Так вот почему ты ни разу не съездила к ним на каникулах? Ты думала, они не хотят тебя видеть?
Кайли кивнула. Говорить она не могла, в горле стоял ком.
Уайет рассмеялся.
— Ну, дурочка, теперь, думаю, тебе придется совершить много поездок.
Они любят меня. Все меня любят. Она не могла… не могла… у нее вырвался всхлип, секунду она смотрела, как ужас появляется на лицах ее кузенов, а потом Джейк повернул ее к себе и обнимал, как ребенка, пока она рыдала в его сильное плечо.
— Вот так, дорогая, — шептал он. — Я с тобой. Выплачь все сейчас, милая.
Ее грудь разрывалась от ужасных рыданий. Она плакала за все те годы, когда чувствовала себя одинокой. Нелюбимой. Брошенной.
Любят. Они любят ее. Тереза и Пит, Пенни и Чарли. Харви и Вирджил, Морган и Уайет. Все они любят ее. Когда слезы иссякли, она обнаружила, что одной рукой Джейк гладит ее по голове, а другой обнимает за плечи.
Господи, она же любит его. Кайли подняла голову и вовремя успела прикусить язык. Разве жизнь ее ничему не научила?
Пронзившая ее боль оказалась еще сильнее, потому что теперь она чувствовала себя цельной.
***
Уложив Кайли в постель, Джейк спустился вниз и поговорил с ее братьями, предложив отправить ее к психотерапевту, чтобы помочь пережить все случившееся, начиная с убийства и заканчивая новостями о семье. Он вспомнил, что терапия очень помогла Логану в свое время. Хотя психотерапевты и не могли творить чудеса, особенно с таким чертовски упрямым человеком, как его брат.
Все еще не оправившиеся от потрясения Мастерсоны согласились. Он подумал, не потребовать ли, чтобы они воспринимали его как спутника Кайли, пока они так легко на все соглашаются. Но решил не бить лежачего.
Не то чтобы у них было время на ссору. Полицейские вызвали Вирджила, хотя перед тем, как уйти, он условился, что Джейк и Логан явятся в участок и ответят на все вопросы. Снаружи повсюду сновали полицейские, словно муравьи из разворошенного муравейника. Ужасная задача спускать труп по тропе ночью, и Джейк обрадовался, что феечка этого не видела.
Но когда он поднялся наверх перед отъездом проверить, как она, Кайли все еще не спала. И все еще дрожала. Так что он лег к ней в постель и обнял, игнорируя ее протесты.
Шли минуты. Он наблюдал, как замедляется ее дыхание. Как оно становится глубже. Как ее теплое мягкое тело тяжелеет в его руках.
Со вздохом облегчения Джейк убрал прядь волос с щеки сабочки. Уже не такая бледная. Перестала дрожать. А он совсем наоборот, ему до сих пор казалось, что его мир еще не успокоился. Он любил женщин и до этого, но не так. Никогда не любил настолько сильно. Он ничего не хотел, кроме как защитить ее от всех невзгод. Хотел уткнуться в нее и в то же время, чтобы она просто спала у него на руках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он услышит ее смех. Скоро.
Глава 14
Когда Кайли проснулась, Джейк уже уехал домой, и ее охватило такое сильное одиночество, что она чуть не расплакалась. Опять. Отгоняя слезы, она приняла душ, сделав воду такой холодной, чтобы ту смыла все чувства тепла и уюта.
Они с Уаетом и Морганом провели остаток дня в разговорах с полицией и возне по хозяйству. Слава богу, на ферме есть чем заняться. Она даже поспорила с Уайетом за право перелопатить компостную кучу.
После того как копы и все остальные, наконец, уехали, она приготовила ужин, несмотря на порывы кузенов ей помочь. Их неуклюжие попытки показать, как сильно они любят ее, казались бы забавными, если бы от них не наворачивались слезы.
Конечно, все это умиротворение и радость были недолгими, и вот она уже столкнулась в дверях нос к носу с Морганом и Уайетом, не позволяющими ей сбежать.
Даже ночной воздух, сквозивший из открытой двери парадного входа, не мог охладить раздражение Кайли. Она сердито посмотрела на этих двух, а затем бросила взгляд вправо.
— Вирджил?
Он скрестил руки на груди.
— Конечно, нет.
Трое на одного. Так нечестно!
— Конечно, да.
— Тук-тук, — Джейк появился в дверях и грубо растолкал Моргана и Уайетта, чтобы войти внутрь. Обвел взглядом комнату. — Что тут у вас, противостояние у коралля Окей?
— Что-то в этом роде, — ответил Вирджил.
Джейк улыбнулся ей, а затем, видимо, заметил рюкзак у ее ног. Теперь еще один мужчина смотрел на нее, нахмурившись.
— Какого черта ты делаешь?
— Я собираюсь прогуляться.
— Ночью? И где ты планируешь гулять?
— Это не твое… — она осеклась, когда он на дюйм вздернул подбородок. Черт бы его побрал. — Хорошо, — пробормотала она. — Я собираюсь вернуться обратно на гору.
— Нет, ты не пойдешь, — громко сказал Уайет в сотый раз, и Морган эхом повторил за ним эти слова.
Джейк ничего не сказал. Он секунду внимательно смотрел на нее, потирая рукой щеку и подбородок, а затем сделал медленный вдох.
— Объясни мне причину.
Как она могла не любить его? У него были все те же защитные инстинкты, что и у кузенов, и эти инстинкты требовали удержать ее там, где она оставалась бы в безопасности. Но он не дал им возобладать и спросил ее, почему она так поступает — точнее, приказал объяснить. Но он давал ей возможность все рассказать и приготовился слушать, как умел он один, полностью сосредоточившись на ней… и ожидая ответа с бесконечным терпением.
Но поймет ли он? Она подыскала подходящие слова и попробовала еще раз.
— Там мой дом, эта гора — часть меня, мое убежище. Все годы, что я здесь жила, я приходила туда, когда была расстроена или зла, или… — одинока. — Но сейчас меня пугает мысль о том, чтобы подняться туда, — она показала ему, что у нее дрожат руки. — Но мне надо вернуться туда. Узнать, что я могу это сделать, чтобы это место все еще оставалось моим. Сейчас, ночью. И до того момента, как я начну слишком усердно раздумывать об этом.
Последовала длинная пауза, затем он слабо улыбнулся.
— Я не уверен, что все понял, но я вырос на ранчо. Снова сесть на лошадь, которая тебя сбросила, — закон ковбоев. Но тогда я иду с тобой.
— Нет, не пойдешь, — возразил ему Уайет, а затем отошел от двери, чтобы нависнуть над Кайли. — И ты никуда не пойдешь, сестренка.
Она проигнорировала его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Джейк, тебе не нужно…
Он погладил ее по голове, медленно и успокаивающе.
— Конечно, я пойду. Теперь разбирайся со своей семьей.
Семья. От одного этого слова у нее на сердце теплело, это давало ей силу противостоять им. Господи, она их любила: шумного Уайета, тихого Моргана и сильного Вирджила, и они взаимно любили ее. Теперь она это знала.
