Вообще-то, этот — столь же логичный, сколь и экзотический — способ помощи, пришедший Арике в голову, вызывал у нее весьма двусмысленные чувства. «Но, в конце концов, — подумала она философски, — Если уж претендуешь на дружбу, это налагает определенные обязательства. Да и любопытственная проверочка — изменятся ли наши отношения — и в какую сторону?»
Взглянув на враз посерьезневшего колдуна, она закончила совсем тихо:
— Просто, я подумала, ты бы предложил то же самое… случись такое со мной. «И, наверняка, не предложил бы даже, а в приказном порядке. В качестве лечения». Последние соображения, как и невольную усмешку, она, естественно, оставила при себе.
Жорот казался несколько озадаченным, в уголках губ таилась нервная улыбка:
— Н-да. Вот и размышляй — отнести твое предложение к комплиментам или к оскорблениям?
— Это уж как вам будет угодно, — съерничала она.
Из соседнего номера послышался насмешливый голос:
— Господа, вы скоро? Или я могу быть свободен?
Арика удивленно подняла брови:
— Он что, телепат?
Жорот кивнул:
— Угадала, — неожиданно он подхватил Арику на руки и потащил в соседнюю комнату.
Действо несколько затянулось, с двумя перерывами на еду, и Хэлот (так звали полукровку) остался в номере до утра.
Пробуждение любовников было весьма своеобразным. Около девяти часов утра в номер колдуна ворвались вооруженные полицейские. Все трое спали на одной кровати, (точнее, на двух сдвинутых) и Жорот, проснувшийся первым, разбудил Хэлота и Арику.
Старший в группе — лейтенант, с непримечательной внешностью и спокойными манерами, увидев живописную троицу, вкупе с красноречивым беспорядком в комнате, отвернулся, пряча улыбку. Сержант, молодой и симпатичный, видимо, исполняющий функции помощника, оглядывался вокруг с абсолютно каменным лицом.
Колдун и полукровка демонстративно не стали одеваться. Арика, игнорируя презрительные и откровенно похотливые взгляды стражей порядка, последовала их примеру. Полукровка опять нырнул под покрывало, колдун сел на постели, скрестив ноги и кое-как прикрывшись простыней. Женщина, перевернувшись на живот, закуталась во вторую простыню, невозмутимо наблюдая за полицейскими.
— Вот ордер на обыск, — сержант протянул Жороту бумагу.
Тот кивнул. Дождавшись, пока в комнате установилась относительная тишина, колдун спросил:
— Какова причина всего происходящего?
Лейтенант поинтересовался:
— Может, все-таки оденетесь?
— Не вижу смысла. Мы спали до вашего прихода и намереваемся продолжать после ухода.
— Гм. Этой ночью произошло три убийства.
— Всего лишь? Примите мои поздравления: вы поддерживаете в городе образцовый порядок.
— Три однотипных убийства. Взгляните.
Начальник, сев на стул, подставленный одним из полицейских, положил на постель фотографии. Арика дотянулась до снимков и, рассматривая их по очереди, подняла брови. «Ничего себе. Что ж, сами напросились, сволочи». Половину пачки она передала Хэлоту, половину — Жороту.
— Похоже на работу сексуального маньяка, — заметил Хэлот.
— И какое, по-вашему, это имеет отношение к нам? — спросил колдун, возвращая фотографии.
Вместо ответа лейтенант достал из внутреннего кармана еще пачку фотоснимков, и, разделив на две части, отдал колдуну и Арике.
— Эту видеозапись нам принес один из сослуживцев Банша. Сказал, что тот велел передать ее полиции в случае, если с ним что-либо произойдет. В сопроводительной записке давались ваши имена и приметы.
Арика, взглянув на верхний снимок, вздрогнула и перевернула всю пачку изображением вниз. Поднимая глаза, она перехватила взгляд сержанта, направленный на колдуна. Это, да еще мелькнувшая на его лице мимолетная тень… «просветив» сержанта Умением, Арика едва сдержалась. Резко сжав руку Хэлота, она кивком указала на сержанта. Полукровка опустил на миг веки и, приподнявшись на локте, в свою очередь вгляделся в полицейского.
Их молчаливого диалога никто не заметил: полицейские либо занимались своим делом, либо глазели на колдуна.
Жорот вернул снимки копу, не глядя.
— И что?
— Убиты как раз те трое, что…
— У нас обоих железное алиби. Его может подтвердить не только Хэлот, но и дежурный, а так же куча кинокамер, установленных при входе в отель.
— Вы колдун, и у вас не может быть алиби.
Жорот усмехнулся:
— Как раз у меня — может.
— Судя по пленке, у вас в распоряжении оказались образцы спермы этих людей. Колдун с вашими возможностями…
— У меня сейчас даже не ученическая степень. Видите ли, я слеп. Потерял зрение несколько лет назад. Будьте добры убедиться.
Жорот снял иллюзию глаз, предоставив всеобщему обозрению пустые глазницы с остатками век.
Хэлот вдруг вздрогнул и напрягся. В ответ на удивленный взгляд Арики, помотал головой и тихо сказал:
— Все нормально, — расслабился, стараясь дышать ровнее.
Жорот поинтересовался:
— Вопросов больше нет?
Лейтенант недоверчиво покачал головой:
— Но вы смотрели фотографии. И вы не похожи на слепого!
— Я действительно воспринимаю мир через знаковую систему, доступную мне на данный момент. Но это не зрение в обычном понимании, и колдовать с его помощью я, увы, не могу. Кстати, одномерные изображения для меня не существуют. Я могу различать в какой-то мере лишь объемные фигуры.
Лейтенант, чуть усмехнувшись, заметил:
— Итак, у вас отсутствуют глазные яблоки, и все специалисты единодушно заявят, что в таком состоянии колдовать невозможно.
— Абсолютно, — развел руками Жорот.
— А как насчет маскировки глаз? — вкрадчиво спросил сержант.
Жорот снял кольцо и положил его на ладонь.
— Простейшее магическое приспособление. Продается в любой лавке. Отдам на проверку только взамен на идентичное — расхаживать в этом виде мне что-то не хочется.
Лейтенант, осадив сержанта взглядом, кивнул:
— Что ж, имею честь. Прошу извинить за беспокойство. Обыск закончили? Нет? Неважно. Собираемся!
Выпроводив всех из комнаты, лейтенант обернулся:
— Я уверен, что это ваших рук дело. И появись у меня хоть какая-то зацепка, — говоря это, он, пристально глядя на Арику, указал пальцем на ухо и на стену. — Так что будьте добры, не вытворяйте больше никаких фокусов.
Лейтенант взялся за ручку двери, как вдруг Хэлот неожиданно окликнул его:
— Хотите совет за совет, лейтенант?
— Кто же откажется от дельного совета?
— Ваш заместитель… у меня богатый опыт общения с людьми, и кое-что в его поведении указывает на психическую аномалию, которая может получить развитие в связи с настоящим местом его работы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
