— Кто же откажется от дельного совета?
— Ваш заместитель… у меня богатый опыт общения с людьми, и кое-что в его поведении указывает на психическую аномалию, которая может получить развитие в связи с настоящим местом его работы.
Лейтенант покачал головой:
— Весь полицейский состав регулярно проходит осмотры…
— Мне это известно. Но мне также известны исключения. Скажем, дело КО-738002. Вы должны его уже помнить, лейтенант.
Полицейский слегка изменился в лице. Резко спросил:
— Кто вы?
Хэлот пожал плечами:
— На подоконнике, в портмоне, моя визитная карточка. Думаю, нам следует встретиться в моем офисе для дальнейшего разговора в любое удобное для вас время. Секретаршу я предупрежу.
Как только дверь за ним захлопнулась, Хэлот вскочил, приложив палец к губам, и медленно пошел вдоль стен. Так же медленно, обойдя вокруг каждого предмета мебели, он вдруг нагнулся и отсоединил что-то от нижней плоскости стола. Еще раз приложил палец к губам и вышел в соседний номер, затем осмотрел окна, туалеты и ванные.
Плодом его усилий оказалось пять «жучков», которые полукровка, разложив на столе, с завидной методичностью раздробил тяжелой пепельницей.
— Теперь чисто.
Повисло молчание. Нарушил его Хэлот, который, указывая на фотографии, вопросительно взглянул на обоих:
— Можно?
Арика быстро перевела глаза на Жорота. Тот, чуть пожав плечами, кивнул.
Полукровка, перебирая фото, изогнул брови.
— Почему ты их не убил сразу?
Арика, услышав жесткую нотку, прозвучавшую в голосе Хэлота, удивленно смотрела на мужчин.
— Недопустимо велика была вероятность смерти одного из нас.
— А лишить воли, ну, не знаю, движения, наконец? — Хэлот бросил фотографии на стол, требовательно глядя на колдуна.
— До этого, — Жорот показал на изуродованные глазницы, одновременно возвращая иллюзию, — запросто. А сейчас я мог обездвижеть постоянным заклинанием одного, связать «живым» второго, причем на контроль за вторым ушло бы восемьдесят процентов моих возможностей. Будь они вооружены ножами, риск был бы оправдан. Но лазеры дали слишком сильный перевес в их сторону. Эйди Ориго я не нарушал.
Арика увидела, что Хэлот расслабился:
— Ай рэвени.
Жест, сопровождающий эти слова, говорил о примирении. Арика, решив не концентрировать внимания на непонятном конфликте, задала вопрос, интересующий, как она надеялась, не только ее.
— Что с пленкой-то делать?
Хэлот усмехнулся:
— Что делать-то ясно. А вот как ее получить? Лейтенант отпадает — честен до безумия и дорожит карьерой.
— И не пытайтесь, — мрачно сказал Жорот, — Всех копий все равно уже не собрать. По меньшей мере, две официальных.
— Д-да, — пробормотал Хэлот. — Держат-то их все пока в одном управлении. Полицейские курьеры, перевозящие подобные материалы, отправляются только дважды в неделю.
— И еще одна — у сержанта, — зло бросила Арика, — Вряд ли он упустил шанс.
— Кстати, что там с сержантом? — поинтересовался Жорот.
Хэлот, одеваясь, хмыкнул:
— Садист. Причем в та-акой форме… Но скрывает ловко. Если бы не Арика… Я ничего не чувствовал, пока ты не снял иллюзию глаз. Тут он, от неожиданности видно, та-акую картинку выдал. Меня чуть не вывернуло.
Арика покраснела:
— Ох, извини.
— За что? — удивился Хэлот, — А. Да нет, про глаза я знал.
На экране видеофона Хэлота появилось лицо Жорота:
— Хэлот? Арика не с тобой?
— Нет, конечно. Мы еще утром расстались около участка.
— Какого участка?
— 66. Полицейского участка, она собралась вызволять видеопленку. Сказала, что у нее есть какая-то мысль.
— Что?! Ты точно видел, как она туда зашла?
— Нет, а в чем…
— Ты что, новости не включал? 66 участок сгорел дотла! А ее до сих пор нет в номере!
— Преисподняя. Обзвони все больницы, живо! Может, просто плохо себя почувствовала. Я попробую по своим каналам.
В крашеных белой краской коридорах пахло чистотой и дезинфекцией. Хэлот шел за высокой, худой, как палка, сестрой, машинально отмечая про себя холод благотворительности, пронизывающий все заведение.
— Мы поместили женщину в отдельный бокс. Врач, осматривавший ее, уверен, что она умирает от какой-то болезни.
Сестра открыла одну из дверей, жестом предложила Хэлоту зайти.
Впечатлительный Хэлот, увидев то, что лежало на кровати, слегка побледнел. Однако, вглядевшись пристальнее, побелел еще больше.
— Это она. Я могу ее забрать?
Сестра пожала плечами:
— Когда угодно.
— Какие-то бумаги?
Сестра достала из встроенного шкафчика несколько страниц. Хэлот, пробежав их глазами, небрежно поставил в углу каждой подписи. Передал бумаги сестре, вместе с крупной банкнотой:
— Это вам на больницу. Вызовите такси, пожалуйста.
Сестра, подняв глаза к потолку, пошла к выходу:
— Прислать санитаров?
— Нет нужды. Секунду. — Хэлот увидел темные точки на обнаженной руке. — Что вы ей кололи?
— Только витамины.
— Она к вам попала вчера?
— Да.
— Приходила в себя?
— Нет.
— Спасибо. Как только такси подъедет, сообщите, пожалуйста.
Дождавшись, пока сестра выйдет, Хэлот достал телефон:
— Я нашел ее. Встречаемся в космопорту.
Часть 5. ЧЕРНЫЙ
Ветер — почти вечный хозяин на посадочном поле — рванул одежду мужчины с женщиной на руках, вышедшего из защищенного пространства крытого зала. Полукровка, одетый, как всегда, в костюм светлых тонов, направился к колдуну. Тот хотел забрать женщину, но Хэлот покачал головой и спросил:
— Посадка уже началась?
— Да, — кивнул Жорот.
— Я донесу ее до каюты.
— Не пустят без билета.
— Меня пустят.
В каюте, положив Арику на кровать, Хэлот повернулся к Жороту:
— Как ты с ней дело имеешь? Вредная, как сто чертей.
— Сам ты, — пробормотала Арика, открывая один глаз.
— Где она была?
— В благотворительной больнице. Валялась там вторые сутки без сознания. По дороге заехал к врачу — хороший врач, знающий, не то, что эта дешевка, в благотвориловке. Он ее привел в чувство. Но это только начало — вот лекарства, вот — как их надо принимать. Ч-черт, ты же не читаешь!
— Кто тебе сказал такую глупость? — невозмутимо поинтересовался колдун.
Хэлот фыркнул:
— Ясно. Счастливо вам, ребята. Окажетесь тут, заходите обязательно. А то обижусь! Леди, до свидания.
— И это все?
Хэлот, улыбнувшись, поцеловал Арику в щеку.
Она еще фыркала, когда полукровка весело сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
