Описанные загадочные события хорошо известны уголовной полиции, но полностью игнорируются ею. Очевидно, просто не существует необходимости поиска исчезнувших. Но почему? Да потому, наверное, что следователи и политики точно знают, что случилось с этими людьми и где они сегодня находятся.
В списках спасенных, которые были составлены в первые дни, значится также и имя Калева Ватраса. Он работал на «Эстонии» грузчиком, и его рабочий день 27.09.1994 года начался в 7.00 и продолжался до 19–00. В этот период времени он доставлял в магазины, бары, рестораны и кухни продукты и товары.
К полудню 28 сентября его имя уже фигурировало среди перечисленных в первом списке спасенных и было зачитано по радио наряду с прочими. Рут Ватрас, супруга Калева, сразу же позвонила в больницу для моряков в Таллине. Там ее заверили, что Калев находится в больнице в Турку. Узнав об этом, она сразу же отправилась вместе со своим знакомым в Финляндию, чтобы самой позаботиться о супруге. Когда она прибыла гуда, ей сообщили, что в действительноети ее муж находится в шведской больнице. После многочисленных телефонных запросов вдруг заговорили об обнаружении трупа Калева, вынесенного волнами к побережью Финляндии.
Рут Ватрас идентифицировала труп по фотографии, подтвердив, что это действительно тело ее мужа. Сообщение о его спасении было расценено как ошибка, и она вернулась домой.
Брат Калева Ватраса позднее сопровождал его цинковый гроб из Финляндии в Эстонию. Все эти гробы доставлялись в клинику скорой помощи, где их прибытия должны были ожидать родственники. Когда же цинковый гроб, где будто бы находилось тело Калева Ватраса, открыли, глазам присутствующих представилась ужасная картина. Труп был изменен до неузнаваемости. Брат решил избавить супругу Калева от ненужных страданий и лишь сказал ей, что тело в гробу не имеет ничего общего с тем, что было показано на полученной ею из финской полиции фотографии и реальной внешностью Калева при жизни. Однако, когда гроб днем позже был вскрыт в церковной капелле, у Рут Ватрас хватило мужества поднять крышку гроба, и она также была глубоко потрясена. На теле ее мужа были видны многочисленные колотые раны в области шеи. «Было похоже, что его пытали и били», — сказала она впоследствии.
На его лице были следы многочисленных кровоизлияний. Его левая рука выглядела так, как будто он что-то крепко сжимал. Вся эта рука была покрыта рубцами от ударов и кровоподтеками.
В свидетельстве о смерти, выданном финской судебной экспертизой, было сказало, что смерть наступила от утопления и гипотермии. Но Рут Ватрас засомневалась в достоверности этого заключения и забрала гроб с телом покойного домой, куда пригласила профессионального фотографа. Позже она показала фотографию эксперту. Зафиксированные на фотографии повреждения тот квалифицировал как последствия насильственных действий, скорее всего ударов и прокалывания тела ножами.
Повторное свидетельство о смерти Калева поступило также и из Финляндии, но уже из эстонского посольства. В нем указано, что Калев Ватрас утонул 28.09.1994 года. Но здесь уже перечислялись внутренние и внешние повреждения. Но не было приложено ни протокола, ни каких-либо указаний, куда было доставлено тело покойного после его обнаружения на берегу.
Рут Ватрас решила не оставлять происшедшее без последствий и сделала запрос финским властям. Однако оттуда поступили невразумительные ответы, пытавшиеся объяснить повреждения тела Калева многочисленными ударами об острые рифы, прежде чем оно было выброшено на берег. Но в этом случае повреждения должны были бы быть совсем иными! Кроме того, Руг Ватрас выслали и предметы одежды покойного: светлую безрукавку и брюки. И тот и другой предметы одежды не имели никаких повреждений, а вот воротник рубашки был весь покрыт кровью. Имелись следы крови и на брюках. Как это могло произойти, если верить финским судебно-медицинским экспертам? И как могли остаться следы крови на его рубашке и брюках после длительного пребывания в морской воде?.. Одна нелепость нагромождалась на другую. В списке спасенных, с которым Рут Ватрас смогла ознакомиться позже и который был составлен в больнице в Турку, было указано не только имя Ватраса, но даже и температура его тела. Еще одна ошибка?
Когда Рут Ватрас рассказала всю эту историю таллинскому репортеру и он опубликовал ее, женщине стали звонить по телефону, угрожая расправой, если она и дальше будет откровенничать. Но, несмотря на эти угрозы. Руг продолжала встречаться с журналистами.
После того как я договорилась с ней еще об одном интервью весной 1995 года, ей стали угрожать смертью. Я позвонила ей еще раз, но она сказала, что опасается за свою жизнь. После этого контакты с ней полностью прекратились.
Однако мне показалось, что без помощи и содействия со стороны Рут Ватрас мне вряд ли удастся довести мое расследование до конца. Поэтому я продолжила дело уже с помощью брата и матери Калева, которые подтвердили факты, рассказанные Рут Ватрас. Я также опросила и руководителя финской судебно-медицинской экспертизы, который, однако, оказался очень немногословен. Но дальше продвинуться не удалось. До весны 2001 года, когда я взяла интервью у Сильвера Линде, находящегося в финской тюрьме. При этом Линде рассказал мне именно то, о чем он, опасаясь за свою жизнь, до этого никому не рассказывал. После его спасения он был доставлен в больницу в Турку, где его положили в одну палату с Каленом Ватрасом. Они были коллегами по службе на «Эстонии», поэтому какой-либо ошибки в идентификации личности Калева со стороны Линде, конечно, не могло быть.
В этот момент Ватрас был жив, и на его геле невозможно было заметить каких-либо повреждений. Однако у него была очень низкая температура тела, поэтому его все время закутывали в теплые одеяла. Они разговаривали между собой некоторое время. Но поскольку Сильвер захотел повидаться еще с одним своим коллегой, Виктором Пснетсной, который располагался в соседней палате, он вышел гуда, оставив Калева одного. Когда же он вернулся в палату, Калева Ватраса уже там не было.
Удивленный Сильвер Линде спросил сестру, куда подевался Ватрас, и в ответ получил разъяснение, что потребовалось перевести больного в другую больницу. Позже Сильвер Линде узнал, что Калева Ватраса нашли мертвым на финском берегу, куда его будто бы прибили волны.
Когда он узнал о странных обстоятельствах гибели Ватраса от Рут Ватрас, не удержался и рассказал женщине все, что знал о судьбе ее супруга. Когда же он узнал, что Рут Ватрас угрожают расправой, счел за лучшее и самому хранить молчание обо всем, что ему известно. Но только до нашего интервью. И именно потому, что у него сложилось впечатление, будто затеянный против него совершенно сомнительный судебный процесс преследует одну цель: вывести его из игры, поскольку он слишком хорошо был осведомлен о делах на борту «Эстонии».
Я снова возобновила свои расследования и сначала обратилась к доктору Атти Ярскалайнену, главному терапевту больницы в Турку. И хотя 28 сентября его в больнице не было, поскольку он, как администратор высокого ранга, руководил всей спасательной операцией, но тем не менее он был лицом, ответственным за жизнь и здоровье каждого из спасенных. Я знала его по более ранним интервью, в процессе которых у меня сложилось о нем впечатление как об очень учтивом, открытом и компетентном собеседнике. Я, разумеется, спросила его о судьбе одного спасенного, который был доставлен в их больницу, но потом был переведен в другое лечебное учреждение.
Ярскалайнен тотчас описал мне один очень примечательный случай, о котором он, как он выразился, ввиду требований секретности, не может поведать никаких дальнейших подробностей. Но он сказал, что помнит, что для срочной перевозки одного пациента в Стокгольм был даже прислан вертолет. Сообщить что-либо о характере ранений этого пациента и почему он не мог лечиться в больнице в Турку Ярскалайнен не мог. Он подчеркнул, что и его заместитель вряд ли восстановит в памяти что-либо более конкретное по этому случаю, из-за чего он и сам испытывает чувство неудовлетворенности.
