существа вокруг пропадут…»
— ХОРЁК, ЁП ТВОЮ МАТЬ! — громогласный голос вырвался из уст этой красотки. — Я ТЕБЕ ЖОПУ ПОРВУ ЗА ПРЕДАТЕЛЬСТВО! ТЫ НАС ПОДЛОЖИЛ ПОД СВОЕГО ВНУКА, А ОН БОГ-ТОКА! — голос медсестры был как у Эльдара Зариковича. Только громче.
Невольно, Слютников приссался.
* * *
Утром мы прибыли в Пермь. Я вдохнул полной грудью чудесный запах угля неподалеку, развел руки в разные стороны и подумал про себя: «Дом, милый дом!» Распутина вышла вслед за мной и в точности повторила мой жест. Растянула руки, улыбнулась мне и прищурилась из-за яркого солнца.
— Ну что, куда теперь?
Ответ пришел сам собой. Я зацепился взглядом за одного брутального вида мужика, с причудливой кепкой на башке и килограммовой цепочкой на шее. Промониторив его лицо, я тут же пробил его по базе в своем телефоне и убедился в том, что это бывший бандит-гвардеец Тришка.
Но… он явно пришел не по нашу душу. Я передал Катю в руки Коле и Вове и приказал ее не терять, ну а сам отправился за бандитом, чтобы понять, какого черта он вообще тут нарисовался. А все оказалось куда проще, чем я предполагал.
Бандюган попёрся в сторону перрона, где стояли товарные вагоны, забитые углем, и уже там занимался мутными делами.
Я подключился к его телефону, чтобы лишний раз не показываться на глаза, ну и, собственно говоря, нашел причину, по которой он был здесь.
Бандит кошмарил местных работников, но не выбиванием долгов, а тем, что пытался им впарить наркотики.
«Любопытно, у вас все так плохо с деньгами или привалило?»
А затем и сам вспомнил. Им же нормально так перепало. Лет по десять каждому влепят, когда найдут. Хех.
— Ну чего, — говорил бандит работяге. — Соли, спайс, есть еще мефедрон, от него, кстати, девки только так мокнут!
— Да нах мне это надо! Ты чего, Вадос? Нас сейчас шмонают только так, как добрый вечер.
— И че?
— В очо, — парировал работяга. — Начальство сразу мусорам сдаст, а мне это нафиг не надо. Давай, иди отсюда, а то реально кто-то на тебя пальцем покажет.
«Хм, а интересно Тришка придумал, — я проследил за Вадосом, убедился, что он пошел дальше торговать и направился обратно к своим. — Не только сам гоняет под всякими веществами, но, судя по всему, и своих подсадил. Вон, Вадос ходит, как взвинченный, на пружинных ногах. Явно сидит на крепком.»
В целом, я не просто так заслал наркоту этой банде. Не только ради такого, чтобы полиция ими заинтересовалась, но еще и ради «ослабления». Наркотики сильно бьют по дару и снижают магический потенциал мага процентов так на пятнадцать, если не больше. И если все бандиты Тришки сейчас крепко сидят на хмуром, то их легче будет зачистить.
Так что, я не зря потратил столько денег, изъятых у Тришки, на все эти «кайфа».
Ну и в этом я убедился через минуту. Когда вернулся на пассажирский перрон, а там было два космонавта. Как раз из банды Тришки-Сибиряка.
Два мужика пятидесяти лет, вооруженные до зубов, замерли выгнутые назад. Они смотрели в облака и пускали слюни, когда вокруг них суетилась полиция. Трип они поймали не в том месте, где планировали.
— И что делать с этими космонавтами? — спрашивал один из патрульных. — Оп, стоп, у них оружие!
Тут же началась небольшая суета. Из ниоткуда набежал целый отдел полиции и очень быстро скрутил двух бандитов. Оружие изъяли, вещества из карманов изъяли, ну и бонусом прошлись дубинками по почкам и печени, дабы привести мужиков в чувства.
«Что-то я забыл спросить у бабули, — я сверил людей, которых запаковали, с данными, которые достал мне Рубцов. — Она же задокументировала официальное изгнание этих уродов из банды, а? Чтобы полиция считала их за обычных наркодилеров, а не за членов родовых гвардейцев?»
С этим вопросом я вернулся к Вадосу. Ну а что? Он все равно схватится с своими, которые ждали его на перроне. Что уж время-то тянуть. Все равно суета начнется.
Вадос стоял там же, где и в последний раз. Он причудливо покачивал тазом, словно делал разминку, и в это время курил самокрутку. Противный запах жженой смолы стоял аж за километр от бандита. И чем ближе я подходил к нему, тем сильнее мне хотелось развернуться, только бы не дышать этой дрянью.
— Привет, Вадос, — я от души хлопнул его по плечу, да так, что тот покачиваться стал. — Рад тебя видеть и все дела, о бывший подданный!
Бандит не сразу сообразил, кто перед ним.
— Слушай, вас же Прасковья официально изгнала из гвардии Раскатных, да?
— Ну да, а ты кто? — он прищурился, сосредоточился на моем лице, а затем аж расцвел. — Епана! Да ты же тот пиздюк! Еу! А ну-ка иди сюда, я тебя сейчас научу взрослых уважать…
Он говорил очень медленно. Чертовски медленно. Скорее всего, он думал, что говорит нормально, и никого не раздражает. Но даже оскорбительное: «пиздюк», он выговаривал секунд пятнадцать, растягивая гласные буквы. Это было… Ужасно.
Я не стал терпеть высказываний в свой адрес, легонько щелкнул ему по носу, выпустил молнию и, образно выражаясь, посадил на жопу. Точнее, не совсем «посадил». Бандит, размахивая руками, начал заваливаться на спину и в итоге рухнул между вагонами. Сколько бы он ни пытался перевернуться там или отползти, не получалось. В его организме была слишком большая дозировка наркотических веществ.
— Больно, мать твою, — тянул он между вагонами. — Раскатный, ты сын помойной б…
Он не договорил. Мощным импульсом электромантии я взял под контроль электропоезд и качнул его буквально на полметра. И этого было достаточно, чтобы бандит был задавлен тяжестью грузового поезда.
Что было самым главным, он умер быстро. Лишних звуков не издавал. Подобного стечения обстоятельств я не мог предусмотреть, но результат меня порадовал. Только за мой приезд Тришка лишился троих бандитов. Двое сейчас в обезьяннике будут ломать комедию, а третий мертв. Так что, скоро мы с тобой встретимся, козлина.
Я вернулся на пассажирский перрон, и в целом ничего не изменилось. Никто ничего не заметил. А события с двумя космонавтами и подавно вылетели из головы у пассажиров и зевак.
Мои терпеливо дожидались моего возвращения, и на все вопросы, мол, куда я ходил, я отвечал односложно: в комнату для мальчиков.
По самому зданию вокзала мы прошли без
