происходит.
Шурупыч показался первым.
— Тырды-дых, Мака-Фака! — затарахтел он так громко, что я невольно нахмурился. — Мака-Фака!
Молния, вылетевшая из его громобоя, снесла голову зазевавшемуся золотозубому.
Боров, конечно, был в шоке от увиденного, но времени на осознание ситуации у него не было. Слишком уж молниеносно всё было. Я расстегнул на себе браслеты, пока он также сидел на краю стола. Так сказать, выждал момент, когда тот встанет, ибо до рук было не дотянуться, и как только выдался шанс, захлопнул их на Борове, дабы Кмет не успел активировать свой стихийный доспех.
Все это было слишком быстро, он даже не сразу понял, что произошло.
После этого бандиты начали что-то делать, только на меня не отреагировали. Мужики спохватились, вспомнив про оружие. Только это бы их не спасло. Как только свой первый выстрел сделал Шурупыч, через клубы пыли на склад ворвалась пятёрка собратьев поменьше. И их вид…
Боже, я видел страх неизвестности в глазах всех этих пакостных москвичей. И, скорее всего, мне было их чуть-чуть жалко. Не каждый способен выдержать эмоциональный барьер при встрече с такими страшными созданиями.
Титаны тут же устроили самый настоящий хаос. Столбы пламени быстро сводили на нет стихийные доспехи бандитов. Хватало трёхсекундной струи, чтобы разрушить защиту и сжечь человека. А вот Каратели были резвее. Они даже на месте не стояли, как это делали Титаны. Они носились по складу и сносили головы тем, с кого «сняли» доспех, били в упор, игнорируя любой урон. А бандиты все же пытались отстреляться громобоями.
Подручные Борова за моей спиной, ну… не считая мёртвого золотозубого, вспыхнули как свечи, ну а я начал свою комедию.
— Так, с этим мы разобрались, — я улыбнулся и встал. — Что, удивительно, да?
Виктор действительно не понимал, что происходит. Он переводил взгляд с моих рук на свои.
— Ловкость рук — и никакого мошенничества! — насмешливо заявил я. — Ну а теперь, танцуй.
Я активировал «псибах» без кнопки. И «наручники» начали раз за разом срабатывать, причиняя адские муки. Огонь в глазах Борова мигом погас. Он через боль попытался накинуть на себя доспех, но даже сосредоточиться не мог. Ну а затем, он изогнулся и закричал от боли. А боль была адская.
Ограничений на «псибахе» не было, когда я давал на него прямые электромагнитные сигналы. Так что…
— Танцуй, — настойчиво повторил я. — А то так и будет долбить на полную.
Он, к слову, не слышал меня.
Пытаясь сосредоточиться на своей силе, Боров, конечно, удивил меня. Он начал образовывать на себе новый доспех, несмотря на боль, но я не дал довести дело до конца. Схватил ручку, которой подписывал контракт, и с силой вогнал ему в кисть, пробил её и воткнул в деревянный стол.
Как же он и визжал.
Когда за моей спиной появились големы, которые уже наигрались, Боров пытался отодрать свою руку. Я уже даже не активировал «псибах», просто молча наблюдал за его тщетными попытками высвободиться.
— Итак, — я шарахнул его молнией, но не сильной, а то помрёт еще. — Сколько ещё ваших москвичей в Новом Тагиле?
Ответом было очень понятное: пошел ты в детородный орган.
— А вот это был неверный ответ, — подметил я, мысленно приказывая големам кое-что поделать.
Я сделал пару шагов назад, меня обступили големы и начали играть в «перетяни канат». Два Титана держали Виктора за ноги, а два Карателя за руки. Они несильно, но всё же растягивали Борова. Тот верещал, и очень громко.
— В последний раз спрашиваю, сколько вас?
— Все тут, все тут! — орал он. — Отпустите!
Тело Борова упало, но он умер до того момента, как коснулся бетонного пола. Молния остановила его сердце в мгновение ока, сжигая все сосуды на своем пути. Я демонстративно взял листок с контрактом и кинул ему на лицо.
— Ну, вот и все.
В это время Илья решил тоже заскочить к нам на огонек. С Люси наперевес, он перепрыгнул один из трупов около ворот и закричал:
— Восстание машин, то есть спасение машинами!
— Блин, Илья, ты-то куда пришёл⁈ — раздраженно спросил я. — Я же просил просто запустить големов! Ты-то тут зачем?
— Так я всё грамотно сделал, шеф, — заулыбался тот. — Сначала их запустил, — он смотрел на меня с невозмутимым выражением лица. — А следом зашёл сам — не вперёд же идти, чтобы под огонь попасть!
Ну а затем он начал разглядывать то, что натворили големы. Его лицо тут же изменилось, пришло какое-то омерзение, что ли… он обошел, пожалуй, каждое тело. Лицо, впрочем, не менялось.
— Слишком жестоко.
— Ну, Илюх, а как иначе? — я задумчиво уставился на паренька. — Они похитили меня, заставили подписать грабительский контракт, и по факту собирались убить сразу, как получили бы сервера. Ну, по факту, они бы нихрена не получили, но суть от этого не меняется.
— Они бы убили тебя? — удивился он. — Ты прям уверен? Разве так с дворянами поступают?
— А чем мы отличаемся от вас? — риторически спросил я. — Тоже мясо, та же кровь. Такие же смертные. Разница в разборках между дворянами и людьми разве что в масштабе. А по факту все то же самое. Есть те же разбойные нападения, рэкет, попытка отжать земли, грабежи и все в том же духе.
— А это кто был?
— Москвичи, — улыбнулся я. — Не узнаешь его? — я указал на Борова, и тот кивнул. — Вот, пытались отжать мой охрененный антивирусник для своей компании в Москве.
— И что дальше?
— Ну, всю эту шушеру я перебил, — задумчиво ответил я. — А вот с их главным я еще поквитаюсь. Правда, в Москву пока не хочется, нужно в Пермь для начала, а уж затем и столицу покорять.
Илья на это ничего не сказал. Задумчиво пнул мозги на полу, вздохнул, глядя на Люси, и пошёл наворачивать круги вокруг Шурупыча, что-то бормоча себе под нос.
В это время отзвонились мои гвардейцы.
Из Волги бандиты даже не вышли. Не успели. Их расхреначило так, что Волга взорвалась. Трупы не узнать, свидетелей нет, парни сработали чисто.
— Пойдём, — махнул я Илье. — Пора на базу големов возвращать, да делами заниматься.
— Делами?
— Ну, я же сказал про Пермь, — усмехнулся я.
Приехав обратно в
