любви, понимания, уважения.
А в лофте есть.
Конечно, не любви…вряд ли же это любовь, да? Не может же она так резко возникнуть…
Или она была все эти десять лет?…
Короче, это сейчас неважно. Мы с этим разберемся. Основополагающее — когда Ян меня коснулся, меня чуть не стошнило. Потому что не мой он больше муж! По бумагам — да, а душа к другому на всех парах несется.
Я не храню верность супругу, но храню ее другому мужчине. И странно бы, да только как бы ни было — так это.
Еще и Любка добавила…
Она, когда Сахаров все-таки уехал в клуб «решать вопросы», сказала:
«Хороший он мужик. Между вами все так и искрит. Не то, что между тобой и твоим этим…отмороженным…»
Остудить бы, да сегодня день такой, видимо: субординация уступила место откровенности, и если бы другие обстоятельства…я бы…! Что-нибудь точно сделала! Но язык не повернулся.
Люба все-таки взрослая, а мне так мамы не хватает, бабули, чтобы спросить совета. Поэтому я позволяю себе тихо урвать немного мудрости у другой женщины...
«Могу спросить, но чтобы между нами?»
«Ник, ты же знаешь: я — могила!»
«Я хочу развестись с мужем…»
«Наконец-то!» - я подняла брови, не ожидая такой реакции, на что Люба улыбнулась и мягко погладила меня по руке и кивнула, - «Не смотри так, начальница, не пара он тебе. Прости, если не в свое дело лезу все-таки, но не твое. Ты с ним рядом не горишь, а с этим…очень. И он тобой горит, как сумасшедший. Глаз не сводит! В любви чувствами надо жить. Не головой. Сердцем! Только так счастлива будешь…»
И то верно.
Я окончательно собираюсь, когда открываю входную дверь квартиры, где провела десять лет, и тут же сталкиваюсь с непониманием.
Ян дома.
Рано…
Немного тушуюсь, медлю, а потом слышу тихий голос мужа с кухни.
- Ну заходи, чего ты там встала? Я тебя уже давно жду.
Не нравится мне все это…
Хмурюсь слегка, но все-таки иду. В конце концов…хватит уже голову в песок прятать! Пора и взрослой быть. Раз я приняла взрослое решение о разводе — пора.
Хрусталев сидит за столом. Он крутит в ладонях стакан с коньяком, смотрит на него, хмурится.
- Что-то случилось?
Слышу тихий смешок.
- А нет? Если моя жена спит с моим лучшим другом…
Кровь резко отливает от лица, а потом с силой бьет в виски. Я теряюсь на миг в пространстве и первый порыв — защититься. Опровергнуть! Но я торможу.
Не надо этого.
Просто не надо.
- Не будешь даже отрицать? - тихо спрашивает, я жму плечами.
- Нет.
Повисает пауза. Ян отпивает из своего стакана, а я смотрю на него с какой-то горькой жалостью. Только вот не о том, что наш брак себя изжил, а что я так долго цеплялась за то, что давно умерло…
- Я соберу свои вещи и уйду.
- К нему?
- Прости меня, Ян.
Разговор окончен. Больше смысла продолжать не вижу, разворачиваюсь и хочу уйти в спальню, чтобы снова наполнить еще не до конца разобранный чемодан, как вдруг…
- Ты явно не думаешь, что торопишься, но, Ника, Мишу ты совсем не знаешь.
Замираю.
Не слушай его! Уходи! Уходи!!!
Однако, я не могу. Поворачиваюсь и резко спрашиваю.
- О чем ты?!
Ян усмехается.
- А он тебе не рассказал? Миша еще десять лет назад на тебя глаз положил, только знаешь? Это ведь не любовь. Ты просто незакрытый гештальт…та, что от него ускользнула…
- Замолчи…
Подняв брови, Ян смотрит мне в глаза. Не улыбается. Только горько если…
- Прости, но это так. У него хобби такое: уводить чужих женщин. Это почти дело его чести! Разрушить чужие отношения — как понежить собственную самооценку. Так что в вашей интрижке нет никаких чувств. Он просто трахает тебя, Ника, но он…
- Замолчи!
- Тебе больно? Я знаю. Видел такое не раз. Он ведь никогда не остается с женщинами, которых увел. Просто по носу щелкнул парней и до свидания. Ты не исключение. Он меня на лопатки уложить хочет...
- Я тебе не верю!
- Не веришь? Неужели ты еще и в верность его поверила? Ха! - Ян едко усмехается и кивает, - Ну у меня для тебя новости: Сахаров верность не умеет хранить в принципе. Априори. У него каждый день новая женщина — еще один вопрос чести. Что ты ему сказала? Что сегодня ты дома?
Тушуюсь. Я и правда это сказала: мне предстоял серьезный разговор, и так как я рассчитывала на разум Хрусталева, то надеялась тихо собрать вещи и выехать завтра. Без спешки.
Он это явно понимает. Все-таки мы вместе давно, чтобы знать чужие мысли и просчитывать поступки…
- На что поспорим, что у него уже сегодня будет кто-то в постеле?
- Ты…
- Ника, я не желаю тебе зла, - говорит тихо, проникновенно, - Я люблю тебя. Знаю, что поступил херово, но мы все сможем исправить.
- Что ты несешь…
- Я не хочу терять наши отношения из-за глупости. Моей. Я в этой ситуации виноват, поэтому не злюсь. А не веришь? Убедись сама.
Не понимаю…
- Езжай к нему, - кивает Ян, - Там ты увидишь правду. Сахаров не тот, кем ты себе его нарисовала… Езжай и убедись в правдивости моих слов. А потом поговорим…
***
Я не знаю, что привело меня к Мишиному подъезду. Больное любопытство? Страх? Недоверие к такому внезапному счастью? Неуверенность в себе? Или все вместе? Но я здесь.
Захожу по данному Яном коду, поднимаюсь на его этаж, а когда заворачиваю в коридор…там, как по часам то, чего видеть я не хотела бы никогда…
Мишина дверь резко распахивается, так что я только волей случая и страстями в квартире, успеваю прижаться к стеночке в углу, чтобы меня не заметили.
Слышу обрывок разговора…
- ...Ты как был козлом, так им и остался!
- Пошла ты! - усмехается Миша, - Я вообще тебя сюда не звал. Сама приперлась!
- А ты будто не рад?
- Вали. Все уже. Мне добавить нечего.
- Понравилось?
- Конечно. Захочешь повторить? Всегда к твоим услугам!
Дверь шарахает о дверной косяк, а в догонку слышится, как ножом по сердцу.
- Импотент!
Мимо меня проносится злая девушка, как смерч, сметая все на своем пути.
И можно было бы оправдать его. Разговор —
