царем. Большинство поверило этому и радостно разошлось, с надеждою творя молитвы, — большинство, но не все: иные, придирчиво и пристрастно исследуя дело, не давали патрициям покоя и обвиняли их в том, что они, убив царя собственными руками, морочат народ глупыми баснями»[448].
Безусловно, сенаторы действительно могли убить Ромула во время бури, когда во время солнечного затмения сгустилась непроглядная тьма, и царская охрана со страхом разбежалась, а затем обмануть народ, заявив, что царь якобы вознесся на небо и стал богом. Однако зачем им нужно было так рисковать? Неужели сенаторы не могли найти другого способа избавиться от ненавистного правителя? С другой стороны, зафиксировано достаточно много случаев, когда людей уносил сильный атмосферный вихрь — смерч или торнадо, так что вышеописанный эпизод с вознесением Ромула в небеса не выглядит таким уж невероятным. Когда человек попадает в мощный смерч, у него мало шансов выжить, поскольку, поднятый потоком воздуха на сотни метров вверх, он будет в итоге сброшен на землю с чудовищной высоты.
Тем не менее недовольство первых граждан жестким стилем правления Ромула было хорошо известно римлянам и в итоге появилась вторая версия («криминальная»), согласно которой царя растерзали в здании сената или в храме разгневанные его высокомерием сенаторы[449]. По Плутарху, они «набросились на него в храме Вулкана, убили и, рассекши тело, вынесли по частям, пряча ношу за пазухой»[450].
Еще одну версию, в какой-то мере объединяющую две первых, приводит Дионисий Галикарнасский: «А иные сказывают, что он был убит в народном собрании новыми римскими гражданами, и что они напали на него в тот момент, когда разразилась вдруг буря и тьма опустилась, народ разбежался со сходки, и царь оказался без охраны. Поэтому день, в который стряслась беда, говорят, был наречен по обращению в бегство людей и в наше время зовется „Бегством народа“»[451]. Об этом же празднике Poplifugia («Бегство народа»), который однако справлялся не 7-го, а 5 июля и был посвящен вовсе не Ромулу, а победе римлян над латинами, пишут Варрон и Плутарх. При этом последний автор смешивает «Бегство народа» с праздником Капратинские (Капротинские) ноны в честь богини Юноны, который отмечался как раз 7 июля и сопровождался пышным ритуальным шествием к Козьему болоту (коза по-латыни capra), где, вероятно, римляне совершали жертвоприношения своему первому царю[452].
После гибели Ромула (от природного явления или от рук знати) сенаторам было необходимо успокоить народ и отвести от себя всяческие подозрения. Эту миссию с успехом выполнил Прокул Юлий — один из представителей рода Юлиев, переселившийся в Рим из Альба-Лонги. Он был близким другом Ромула, одним из самых знатных и уважаемых граждан Рима. По словам Плутарха, он «пришел на форум и коснувшись величайших святынь, поклялся перед всем народом, что ему на дороге явился Ромул, красивее и выше, чем когда-либо раньше, в ослепительно сиявшем вооружении. Испуганный этим зрелищем Прокул спросил: „За что, с каким намерением, о царь, ты сделал нас предметом несправедливых и злых обвинений, а весь город оставил сиротой, в безмерной скорби?“ Ромул отвечал: „Богам угодно было, Прокул, дабы мы, прожив долгое время среди людей и основав город, с которым никакой другой не сравнится властью и славою, снова вернулись на небеса, в прежнее наше обиталище. Прощай и скажи римлянам, что, совершенствуясь в воздержанности и мужестве, они достигнут вершины человеческого могущества. Мы же будем милостивым к вам божеством — Квирином“. Нравственные качества рассказчика и его клятва заставили римлян поверить этому сообщению; вместе с тем их душ словно бы коснулось некое божественное чувство, подобное наитию, ибо ни словом не возразив Прокулу, но разом отбросив подозрения и наговоры, граждане стали взывать к богу Квирину и молиться ему»[453].
Итак, Ромул покинул этот мир в возрасте пятидесяти пяти лет, в ноны июля (квинтилия), то есть 7 июля 716 года до н. э., процарствовав 37 лет[454].
В начале января 1899 года в Риме, на границе Форума и Комиция, недалеко от старых Ростр и знаменитой триумфальной арки императора Септимия Севера, археологами была открыта небольшая площадка, вымощенная черным мрамором и огороженная невысокой каменной оградой. Последняя явно указывала на священный характер этого места, куда доступ обычным людям был запрещен.
Под площадкой из черного мрамора археологи обнаружили слой земли около полутора метров толщиной, под которым скрывалась другая площадка, выложенная уже не мрамором, а желтым местным туфовым камнем. На этой туфовой площадке покоились два больших прямоугольных постамента (2,66 × 1,30 метра) на расстоянии чуть более одного метра друг от друга. Между ними стоял прямоугольный туфовый камень (29 × 52 × 72 сантиметра), вероятно, жертвенник. Неподалеку от одного из постаментов была найдена конусообразная полуметровая туфовая стела, а рядом с ней — невысокий, с обломанной вершиной, туфовый столб в форме усеченной четырехугольной пирамиды. На все стороны этого столба нанесены архаические латинские буквы, складывающиеся в любопытную надпись, которая относится к первой половине VII века до н. э. Надпись очень плохо сохранилась, но ученым все же удалось установить, что она представляет собой древнейший римский сакральный закон, упоминающий некоего царя.
Вдобавок вся туфовая площадка с постаментами была покрыта слоем из остатков жертвоприношений и обломков священных предметов VII–VI веков до н. э. Это были разнообразные керамические сосуды, бронзовые, костяные и терракотовые статуэтки, астрагалы, бронзовые украшения и оружие.
По мнению археологов, этот сакральный комплекс («Черный камень», Lapis Niger) был сооружен в VII веке до н. э. Позднее он был умышленно осквернен и разрушен галлами, захватившими Рим в 390 году до н. э., или, по другой версии, воинами этрусского царя Порсены в 508 году до н. э. Впоследствии римляне очистили его огнем и надлежащими жертвоприношениями, о чем свидетельствуют слои угля, пепла и фрагменты костей животных, а затем засыпали толстым слоем земли, покрыли черным мрамором и обнесли оградой. Кроме того, рядом с «Черным камнем» археологи обнаружили около двух десятков четырехугольных колодцев, которые в древности, вероятно, служили местами для жертвоприношений.
Открытый археологами сакральный комплекс почти сразу же был отождествлен с могилой-герооном Ромула, о котором пишут античные авторы. Например, Варрон уверен, что первый римский царь похоронен на Комиции близ Ростр, а Гораций упоминает «кости Квирина», вероятно, покоившиеся там же[455]. Комментатор Горация Акрон сообщает о двух каменных львах, установленных на могиле Ромула у Ростр[456]. Вероятно, статуи этих львов как раз и стояли на тех двух больших постаментах, которые были обнаружены во время археологических раскопок. Дионисий Галикарнасский, напротив, говорит, что у Ростр был погребен не Ромул, а Фаустул, на могиле которого и была водружена каменная статуя льва[457]. Фест же пишет, что на Комиции находится «Черный камень», обозначающий место смерти Ромула, но, поскольку
