притих - это вообще катастрофа. В общем, так молодость и пройдет. Станете страшными старухами, а муж будет потрахивать молодых и бездетных. Вам оно надо? Вы должны быть не чьей-то женой, а человеком! Это я вам, как Ува Хендрикс, хозяйка Блэкхевена говорю.
- Что-о-о?! - Я задохнулась от возмущения и собралась было ворваться в аудиторию, но кто-то схватил меня за руку и потащил прочь.
- Эй! - Я попыталась вырваться, узнала Шона и успокоилась. - Ты зачем меня увел? Она там мою репутацию портит! Ува Хендрикс так не выражается.
- Уверен, что это пока, - усмехнулся некромант. - Да ладно, не злись. Она учит их быть интересными и самостоятельными женщинами. Разве это плохо?
- Да, если они при этом ругаются, как портовые грузчики.
- Иногда в отношениях это даже полезно.
Махнув рукой, я тяжело вздохнула. Пусть делают, что хотят. Подумаешь, потом все удивятся, как изменилась Ува Хендрикс. Большего дурдома в этом приюте уже не случится.
Потом я сообразила, что мы с Шоном в кои то веки остались одни в пустом коридоре. И это мой шанс выпытать все, что меня волнует.
- Ты ко мне не заходишь.
- Извини. С этим делом навалилась куча работы. Я едва успеваю пару часов вздремнуть - и снова работа.
Мне показалось, он лукавил. Во-первых, некромант не выглядел уставшим. Во-вторых, если я хоть что-то понимаю в некромантской работе - а я, все же, не совсем глупая - то никаким образом к расследованию делишек Джебедайи не может быть привлечен человек, чья зона ответственности - умертвия и проклятья.
И, честно говоря, хватит с меня тайн и секретов.
- Шон, скажи правду. Что происходит и почему ты меня избегаешь?
Он вздохнул. Взъерошил темные волосы и вдруг стал похож не на серьезного мага, приближенного короля, а на мальчишку. Я порой забываю, что Шон Баумгартнер - самый молодой некромант всех времен.
- Меня переводят в Орхар. Послезавтра я уезжаю.
От неожиданности я лишилась дара речи.
- В каком смысле уезжаешь? Надолго?
- Навсегда, полагаю.
- Но за что?! Ты же раскрыл заговор! За что тебя наказывают?
- Я не раскрыл заговор, я его пропустил. Спал с женщиной, которая была связующим звеном между демоном и юными девушками. Но меня н наказывают, раскрывать заговоры все же не моя работа. Я принял решение сам.
И тут я второй раз удивленно открыла рот.
- Сам?
- Сам, - подтвердил Шон. - Я совершил слишком много ошибок. По моей вине погибли девушки, которых я любил.
- Не по твоей, ты не можешь отвечать за демона, ты был совсем мальчишкой.
- А еще одна стала вампиршей.
- И она не то чтобы страдает. Барбара - вампир по наследству. Она все равно им бы стала.
- Но не так болезненно и несправедливо.
На это я не нашла, что ответить. И, как в детстве, поджала губы, чтобы не дрожали от желания разреветься.
- Мне нужно начать все с начала. Попробовать не ломать чужие судьбы.
- А как же я? - вырвалось у меня.
Стало стыдно. Ненавижу ныть и жаловаться, но иногда просто невыносимо думать о том, что едва обретенные друзья вдруг снова исчезнут. Мяф растворился в магии, Барбаре не будет жизни в Вербии, Шон уедет… и Айван вместе с ним? А я останусь в проклятом доме, с кучей денег, понятия не имея, как жить дальше в новом качестве?
- Советник Эбернетти уже нашел тебе преподавателя. Тебя обучат использовать магию. Если захочешь, сможешь поступить на службу. Я оставлю тебе лабораторию для практики. И Айван будет рядом.
- Оставляешь на память?
- Он выбрал тебя. Говорит, от темных у него несварение. Ува…
- Ладно. - Я вытерла глаза тыльной стороной ладони. - Поступай, как знаешь. Мне все равно.
Я развернулась, чтобы уйти, но Шон в последнюю секунду удержал за руку. Ожидая сопротивление, он дернул, и я едва не упала ему на руки - еще не до конца прошла слабость.
- Прости, я забыл. Не злись на меня. Ты такая хорошая, Ува. Красивая.
- Теперь еще и богатая, - проворчала я, пытаясь скрыть волнение.
Я чувствовала тепло его тела и участившиеся удары сердца. Или его, или своего, понять не получалось.
- И богатая, - улыбнулся Шон. - Тебе тоже нужно начать все сначала. И ты увидишь, что вокруг есть много мужчин, которые не превратят твою жизнь в сплошное разочарование.
Но все они будут знать, что у меня есть деньги. Будут смотреть как на выгодную партию или, на худой конец, желанный трофей. Не будет больше веселых расследований, прогулок по кладбищам, пряток с вампиршей и раздела кровати.
У меня будет поклонник, муж, любовник… но не друг. Не тот, кто взял бездарную девчонку с улицы. Не тот, в которого она, как идиотка, так сильно влюбилась, что порой боялась даже смотреть на него - вдруг по одному взгляду все поймет?
А Шон, конечно, понял. Давно понял и сбежал от влюбленной дурочки на край света.
- Так бывает, - тихо произнес он. - Первая любовь почти никогда не заканчивается свадьбой.
А потом склонился к моим губам, опалив дыханием. Напомнив о том моем первом и единственном поцелуе на свадьбе. И о чувстве, возникшем где-то в груди. Одновременно приятном и пугающем.
Мне так хотелось ощутить его снова! Прикосновение губ, медленный поцелуй, распаляющий пламя внутри. Хоть еще один разок, чтобы запомнить.
И я почти сдалась, но…
- Нет уж. - Я уперлась ладонью в грудь Шона. - Я в эти игры не играю. Хочешь хорошую и красивую Уву - оставайся с ней. Можешь бросить работу и стать преподавателем - я не против. Но если ты собираешься уехать, я в этой драме участвовать не хочу.
И Шон… улыбнулся! Расплылся в довольной улыбке, как будто я только что не отшила его, а подарила пони!
- Ты будешь хорошей хозяйкой Блэкхевена, - сказал он. - Намного более хорошей, чем твоя сестра.
Вместо страстного поцелуя, от которого я отказалась по собственному разумению, мне подарили невинный и
