Собственно, это не стало для меня новостью.
— И я хочу, чтобы мы вели себя, как пара, — сухо добавил принц.
Я чуть не забыла, как дышать. Изображать возлюбленную наследника короля на глазах у всех! И Элрис тоже это увидит! Альтея, помоги мне.
— Но почему именно я? — мне никак не удавалось смириться с мыслью о том, что предстояло сделать. — В храме много красивых жриц, и каждая сочла бы за честь быть рядом с Вами. Причём совершенно бескорыстно. Вы же шантажируете меня тем, что можете рассказать о моих встречах с Вашим братом. Неужели так нравится использовать людей в своих целях? Я думала о Вас лучше.
— Мне нет никакой разницы, что ты обо мне думаешь, — холодно отозвался принц. — Я предложил то, что сильно облегчило бы твою жизнь, но ты, очевидно, хочешь и дальше оставаться зависимой от моего настроения.
Я попятилась.
— Вы специально хотите, чтобы эту роль сыграла я. Так Вы убъёте сразу всех зайцев. Сделаете больно Элрису, заставите его отвернуться от меня. Короля успокоите тем, что с жрицей у Вас не может быть ничего серьёзного. Ширфам покажете, что у короля уже есть достойная смена. А меня разменяете, как монетку, ведь наша тайна камнем висит и на Вашей душе. Как же хорошо Вы всё продумали! Только вот одно не учли. Я помогать не стану.
Ивеллиос нахмурился и приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но я его перебила.
— Можете хоть самолично бросить меня в тюрьму или отрубить мне голову. Мне уже всё равно.
Развернувшись, я побежала к двери, но принц догнал меня и схватил за запястье. Я дёрнула руку на себя, чтобы вырваться, но вместо этого оказалась лишь ещё ближе к Ивеллиосу. Другой рукой он обхватил мою талию и прижал к себе. В голову ударил терпкий аромат чёрной смородины.
Я трепыхалась в объятиях принца, как испуганная птичка, пока сил не оставили меня. Мужчина хладнокровно наблюдал за моими попытками, не говоря ни слова, и лишь когда увидел, что я успокоилась, он строго произнёс.
— Ты действительно очень умна, Селена. Но даже ты не увидела всей картины целиком.
— Что же я пропустила? Ещё чьё-то унижение?
Вместо того, чтобы разозлиться на меня, Ивеллиос смягчился.
— То, что…
В последний момент он замолчал и отвёл глаза.
— Не бери в голову, — когда он взглянул на меня, это был прежний Ивеллиос, холодный и безразличный ко всему. — Я ещё раз предлагаю тебе небольшую сделку, и в твоих интересах ответить мне «да».
Перемена в выражении его лица была такой разительной, что на мгновение я опешила и не смогла подобрать слов. Этим принц и воспользовался.
— Молчание — знак согласия, — он втолкнул в коридор, где уже поджидали стражники. — Забыл сказать, что времени на размышления у тебя нет.
Закатывать принцу сцену при посторонних я не стала. Думаю, он знал, что так и будет. Теперь я шла по коридору, глядя на то, как переливаются в колышущемся свете факелов плащи двух стражников, шедших перед нами. Ощущала мягкое прикосновение тонких пальцев к моей талии. Злилась, но не смела подать вида, что вот-вот готова была вспыхнуть от ярости.
Да как он посмел? Неужели Ивеллиос считал, что ему теперь всё позволено, раз он наследник короля? Почему он так меня ненавидел, и за что ненавидел Элриса? Тот ведь и мухи не обидел! Хшетов принц! Что подумает Элрис, когда увидит меня со своим братом? Он же еще прошлой ночью ясно дал понять, как болезненно воспринимает такие сцены. Я прикусила губу и попыталась справиться с подступившим к горлу комом. Хшет! Хшет! За что мне всё это?
Яркий свет внезапно ослепил меня. От неожиданности я прикрыла лицо рукой, а Ивеллиос, прижав ближе к себе, ввёл в залу, где слышался невнятный гул и стук столовых приборов по фарфоровым тарелкам.
При нашем появлении все как будто бы притихли. Ивеллиос вывел меня вперёд и, взяв за руку, поклонился. Я тоже присела в реверансе, склонив голову. Зрение постепенно привыкало к свету, и, когда я поднялась и подарила очаровательную улыбку тому, кто сидел перед нами, то увидела строгое лицо короля Миндартиса. При виде меня он нахмурился, но потом уголок его губ дрогнул, и король кивнул старшему сыну, приглашая сесть по правую руку от себя. Слева от него место уже было занято, и мне было страшно смотреть в ту сторону. Сердце билось, грозя выскочить, ладони тут же стали влажными. Ивеллиос уже увлёк меня за собой, и потому, к счастью, мне пришлось повернуться и последовать за ним.
Но не только из-за Элриса я чувствовала себя неудобно. Кроме прочего я никак не могла избавиться, что по моей коже ползают полчища муравьёв, цепляясь тонкими лапками за нежную кожу. Группа смуглых мужчин и женщин, сидевших напротив короля, пристально глядели на нас с Ивеллиосом, забыв про остывавшую в тарелках еду и тихо о чём-то переговариваясь. Ни Глада, ни того ужасного мужчины за столом я не нашла, и, наверное, это было к лучшему.
— Всё в порядке, — тихо прошептал принц, едва коснувшись губами моего уха. — Это как раз и есть наши гости. Можешь потом поблагодарить их за то, что ты сейчас именно здесь, а не в другом месте.
Я сжала кулаки под столом и с милой улыбкой наблюдала, как слуга ухаживает за мной: наливает в бокал вино, накладывает еду. На самом деле мне хотелось взять вилку и воткнуть её в лежавшую рядом на подлокотнике руку хшетового принца — настоящей причины, по которой я была сейчас здесь. И признаюсь честно, удержаться от этого стоило мне всего моего самообладания.
Ивеллиос дотронулся до моего запястья, привлекая внимание. Когда я повернулась к принцу, на его губах играла холодная улыбка, но глаза оставались всё такими же серьёзными.
— Селена. Ты отлично держишься. …И восхитительно выглядишь.
Я опустила ресницы и улыбнулась, сделав вид, что смутилась, а принц, задержав прохладные пальцы на моей руке, повернулся к отцу, и они о чём-то тихо заговорили. Шёпот напротив нас усилился, а я решила уделить пристальное внимание лежавшему на тарелке салату.
Позже атмосфера в зале стала
