картинами, статичными и анимированными. Где-то с минуту я осматриваюсь с открытым от изумления ртом.
Вкус Кристины мне очень нравится.
— Это ты писала? — спрашиваю я.
— Некоторые, — отвечает она. — Но по большей части это всё купленные. Мои, в основном, в спальне висят.
Я обращаю внимание на акриловую картину: женщина, похожая на Кристину, только старше, стоит среди леса. На ней жёлтое струящееся платье, касающееся подолом влажной от недавнего дождя травы.
— А вот это твоя, да? — я показываю на картину ладонью.
— Да. Это моя мама.
— Очень красиво. Ну, и мама у тебя красивая, и пишешь ты отпадно.
— Спасибо, — Кристина смеётся. — «Отпадно»… Так мои работы ещё никто не характеризовал.
Кажется, у нас с Кристиной больше общего, чем я думала. Сначала она произвела впечатление зубрилы. Я даже подумала, что её привлекательный образ — компенсация, а на деле она безвкусно одетая серая мышка в брекетах и толстенных очках. Но нет, человек с таким чувством прекрасного обязательно будет красив. Причём хоть в брекетах, хоть в очках.
— Я тоже пишу картины, — говорю я. — Сейчас работаю над космическим пейзажем.
— О, круто! — восклицает Кристина. — Сфоткаешь, покажешь потом?
— Он пока скучноватый. Я пока ещё не разглядела красоту космоса.
— Я могу тебе в этом помочь, — говорит Кристина. — Чай будешь?
— От помощи не откажусь, а вот чай… смысл-то? Я всё равно его не почувствую.
Кристина наливает заварку в стакан и заливает водой из графина.
— Как хочешь, — говорит она. — А я всё время что-нибудь ем и пью. Знаешь, мне кажется, иногда получается обмануться и что-то ощутить.
— У тебя фантазия побогаче, наверное, — я присаживаюсь в кресло. — А тогда я тем более согласна на помощь с картиной.
Кристина смеётся, и на душе становится легче. На миг я подумала, что она заманила меня сюда, дабы гадостей наговорить, поугрожать — настолько меня смутило отсутствие в квартире её друзей. Но теперь я вижу: она искренне мне симпатизирует.
— А где твои друзья? — спрашиваю я.
— Ты про Вадима? — Кристина садится на диван напротив.
Мне кажется, я краснею. Хорошо, что здесь этого не видно.
— Да… эм… вообще. Про всех.
— Не дошли. У кого тренировка, кто дрыхнет. Так что мы вчетвером. Тебя что-то смущает?
— Да нет, почему? Просто удивилась.
Надо сказать, вдвоём… простите, вчетвером, наверное, даже лучше. С Кристиной очень интересно. От непринуждённого диалога мы переходим к обсуждению более тяжёлых тем: близкие, планы на жизнь. Я узнаю, что Кристина, как и Вадим, будет научным стажёром на Венере. А она в свою очередь считает, что на венерианских базах обязательно пригодится талантливый дизайнер.
Да, диалог становится тяжеловатым, но меня это нисколько не обременяет. Кристина оптимистична, и немножко заряжает своим оптимизмом и меня. Один раз она спотыкается, теряет уверенность, когда вспоминает, что Амальгама может убить нас прежде, чем мы приземлимся. Но быстро меняет тему.
А тему она меняет на вопрос про мои отношения с Вадимом. Приплыли, блин.
— А что у нас с Вадимом? — я всеми силами пытаюсь изобразить негодование.
— Да я же вижу, что он тебе нравится, — говорит Кристина. — И мне кажется, ты ему тоже.
— Ой, да чего ты? У него есть Алиса.
— И что?
Я в ступоре. Она правда считает меня хорошей парой для Вадима, или просто хочет насолить Алисе?
Или стравить конкуренток?
Кристина по-заговорщицки улыбается.
— Да, он хороший, — говорю я. — Видно, что умный, ответственный. И это бесконечно мило, когда он пытается делать вид, что я ему не нравлюсь.
— Да-а-а. У Вадика на лице все эмоции написаны, как бы он ни старался их скрывать. Ну так бери его, раз у вас это всё взаимно.
Так… что?
— Ты предлагаешь мне увести его у Алисы? Да как я могу?
— Я тебя умоляю! Они всего-то третий день знакомы.
— А я с ним — первый.
— Ну вот. Вы, по сути, на равных.
И ведь не поспоришь. Я не считаю себя какой-то там стервой, но если подумать…
Почему бы и нет?
Алиса никому ведь не нравится. Может, Вадим просто не замечает очевидного? Потом сам же спасибо скажет за то, что я его спасла. К тому же, поменяйся мы с Алисой местами — я уверена, она бы даже раздумывать не стала, смела бы меня с дороги к чёртовой бабушке.
И почему вообще я вечно должна стоять в очереди за собственным счастьем, постоянно плестись за кем-то, собирая крохи?
Я могу взять своё!
— А что ты думаешь об Алисе? — спрашиваю я.
И только стоит нам обсудить её, как она появляется в квартире собственной персоной.
— Так и знала, что ты здесь! — визжит она. — А ну иди сюда, тварь!
Алиса буквально вломилась сюда. Она вся бешеная, какая-то взъерошенная, того гляди и лопнет от злости.
Я сижу ошарашенная, даже пошевелиться не могу. Алиса яростно выпучила на меня глаза, она выглядит как какая-то злобная ведьма. Нависает надо мной и орёт, а я и не знаю, что ответить.
— Что случилось? — спрашиваю я.
— Ой, будешь делать вид, что не понимаешь, да? Ты лезешь к моему парню!
— С чего же ты это взяла?
Мне даже врать не надо. Я к нему пока ещё не лезла. Но Алиса что-то чувствует. Ну или додумывает.
Кристина хватает Алису за локоть.
— Так, всё, пошла отсюда, — говорит она и пытается вывести Алису.
Но Алиса сильнее, чем кажется: даже с места не сдвигается.
— Руки убрала! — Алиса отталкивает Кристину, и та падает.
Аврелия помогает ей встать и интересуется, всё ли с Кристиной в порядке. Андрей пугливо забивается в угол.
— Не надо только в дурочку играть! — продолжает Алиса. — Я тебя насквозь вижу! Вадим же умный и хороший, правда? И весь такой ответственный, о судьбах мира переживает!
На секунду я теряюсь. Она что, как-то подслушала наш разговор? Хотя нет, как бы она это сделала? Но я же буквально только что говорила те же слова! Мы что, настолько похоже с ней мыслим?
Кажется, этот момент настал. Я могу и дальше оставаться добренькой девочкой-припевочкой, а могу взять и наконец отстоять себя.
Я встаю с кресла
