и делаю шаг к Алисе, с вызовом глядя в её бешенные глаза.
— А что, если так? — спрашиваю я.
Алиса начинает медленно ко мне подходить.
— Не крутись вокруг него, — говорит она. — Исчезни из его жизни. Тусуйся с его друзьями сколько влезет, но когда он приходит, ты уходишь. Никаких созвонов и переписок. Поняла?
Она уже стоит почти вплотную ко мне.
— Иначе что? — спрашиваю я.
— Иначе я тебе волосы вырву, — шипит Алиса.
— В виртуалке-то? — я усмехаюсь. — Ну валяй.
Алиса надувает ноздри и сжимает кулаки. Кажется, сейчас что-то будет.
Внезапно Аврелия встаёт между нами.
— Я не дам тебе тронуть мою подругу, — говорит она.
Алиса громогласно смеётся.
— Тоже мне, друзей себе завела! Может, ещё с микроволновкой подружишься?
Аврелия, всегда такая спокойная и учтивая (ну ладно, почти всегда) отвечает холодным угрожающим тоном:
— Микроволновка не воткнёт тебе меч в шею.
Аврелия хватается за рукоять меча. Алиса молчит, её глаза бегают: она смотрит то на меня, то на Аврелию.
Боится. Не смерти, конечно — какая в виртуалке смерть? Но этот меч в шею будет для неё унижением. Алиса должна сказать последнее слово и уйти самостоятельно, только так она почувствует себя победительницей.
— Я всё сказала, — говорит она. — Молись, чтобы мы не встретились один на один.
Алиса уходит и со всей дури хлопает дверью.
— Вот теперь она точно сучка, — говорит Кристина. — Пойду закрою дверь.
Кристина выходит, а я подхожу к плачущему Андрею, что так и стоит в углу.
— Андрей, не бойся, — я сажусь перед ним на корточки. — Всё хорошо. Плохая тётя ушла.
— Она… такая… злобная.
— Злобная-злобная! — я наигранно хмурюсь. — Но мы её прогнали, и теперь всё хорошо.
Я обнимаю Андрея и поворачиваюсь на Аврелию.
— Спасибо, что помогла, — говорю я.
— Не за что, — отвечает она. — Друзья должны друг друга выручать.
Эх, Аврелия… И ты говоришь, что ты не человек? Да в тебе человеческого побольше, чем в некоторых людях.
#007 // Больше никаких сомнений // Вадим
Этот момент разделит мою жизнь надвое.
Сколько раз она уже вот так делилась? Умерла мама — жизнь разделилась на до и после. Случился антропоцид — снова разделилась. Потом я сел на корабль, оказался в космосе — теперь я больше никогда не увижу Землю, и это ещё одна красная черта, разделившая мою жизнь на две части.
Но каждый раз это были независящие от меня обстоятельства.
Сейчас же я собираюсь сделать то, что может быть воспринято как диверсия.
Меня всего трясёт. Я в одном шаге от красной линии, после которого назад пути уже не будет. В руке я тереблю флеш-ключ, который теперь открывает любые двери, ведь свои файлы я заменил на файлы с ключа охранника. Нет, надо его убрать. Он мне пока не нужен.
Вместо него я достаю слегка помявшийся листок и разворачиваю его. На нём текст переписки с Афродитой, QR-код и цифровая подпись — длинная последовательность символов. Чую одним местом, из-за этой бумажки у меня могут начаться проблемы. Сразу возникнет вопрос, откуда я знаю про диверсию Ртути. С другой стороны, Артур же откуда-то знает. Слухами, как говорится, земля полнится. Да и вообще, эта распечатка — мой единственный легальный пропуск в техотсек, других вариантов у меня нет.
Вот вроде бы, не из-за чего беспокоиться. Я знаю проблему, о которой не знают они. Но слишком многое может пойти не так: возникнет, например, вопрос, что за программу такую я запустил на сервере. Или эти два кретина-охранника из нашего отсека на горизонте появятся. И тогда я окажусь в очень неприятном положении.
Ладно, будем надеяться на лучшее.
Я стою прямо перед дверью технического отсека. Здесь коридор заканчивается стеной, и обычно никто, кроме охраны, туда не ходит. Чуть выше разъёма для флеш-ключа — наверняка я мог бы теперь открыть эту дверь — расположен звонок. Надо только нажать — и всё, я сделаю окончательный шаг в неизвестность.
Спокойно, Вадим, спокойно. Всё будет хорошо. Наверное.
Я набираю полные лёгкие воздуха и медленно выдыхаю. Ну всё.
Нажимаю на кнопку.
И где-то с минуту я стою и слушаю абсолютную тишину. То ли никто не реагирует, то ли стена звукоизолирована.
Наконец, дверь открывает толстый дядька-охранник лет сорока на вид.
— Добрый день, — говорит он, растеряно рассматривая меня с головы до ног.
— Здравствуйте, — отвечаю я. — Меня зовут Крылов Вадим Константинович, я администратор Афродиты. Вот, посмотрите.
Я передаю охраннику лист бумаги, и он бегло просматривает его. Думал, он просканирует QR-код, но вместо этого он отдаёт мне лист и спрашивает:
— Что тебе известно о диверсии?
— Ну… это… слухами земля полнится.
— Мы приглашали системного администратора. Он заверил нас, что никаких изменений в Афродиту внесено не было.
Интересно. Либо сектант очень хорошо замёл следы, либо тот админ имеет какое-то отношение ко Ртути, либо…
Либо Амальгама водит нас за нос. Но какой в этом смысл? Да и не могу я на такое полагаться, у меня нет права на ошибку.
— Думаю, вам не повредит мнение ещё одного администратора, разве нет? Простите, я очень забеспокоился, когда до меня дошли эти слухи. Один человек и ошибиться может.
На миг охранник задумывается.
— Как тебя, говоришь?
— Крылов Вадим Константинович.
Охранник достаёт планшет и начинает в нём ковыряться.
— Крылов… Крылов… А, вот.
Пару раз посмотрев то на планшет, то на меня, он удовлетворённо кивает и говорит:
— Заходи.
По эту сторону двери ничего принципиально не менятся. Такой же пустой, мёртвый коридор. Только двери встречаются чуть реже.
— Дай-ка бумажку, — говорит охранник.
Я отдаю распечатку, он сканирует QR-код камерой планшета и прячет лист бумаги в карман.
— Безопасность прежде всего, сам понимаешь, — говорит он. — Пошли.
— Конечно. Потому я и здесь.
Над первой же дверью по правую руку я замечаю табличку «Серверная». Охранник открывает её флеш-ключом и рукой приглашает меня войти.
Внутри оказывается небольшая комнатка, примерно с мою каюту размером. В углу стоит сам сервер: герметичный шкаф метра два высотой. Снаружи простенький и, судя по заляпанности, сенсорный экран, а также полочка с клавиатурой и мышью.
А всё остальное пространство занимают диван, деревянный стул и столик с электрочайником,
