Фиро вскочил в тот момент, когда шипастая дубина готовилась расплющить его о камни. Отскакивая и на ходу стирая с лица залившую глаза кровь, он уставился на громадные ножищи великана. До колен их защищали поножи, но мощные, перевитые мускулами бедра оставались открытыми. Собрав все силы, мертвец метнулся по краю бассейна, оказавшись на приступе почти у самых ворот, прыгнул и повис на ремне, держащем понож противника. Огр не успел среагировать. Хрустнула пронзаемая клинком плоть, и как не крепка была толстая кожа, сталь оказалась прочной, а удар сокрушительным…
Огр заорал, и крик этот был полон бессильной болезненной ярости. Он брыкнул ногой, сбрасывая на приступок назойливого врага, и, не сумев удержать равновесие, рухнул задом в воду, которая моментально забурлила, взволнованная месивом почуявших кровь сорных рыб.
Мертвец поднялся, пристально и спокойно глядя на то, как бьется посреди бассейна чудовищный огр. Мутная вода окрасилась бордовой кровью, монстр ревел и в агонии лупил дубиной, сбивая приступы и поднимая вокруг себя сонм рубиновых брызг.
Крепче сжав в руке оружие, Фиро снова прыгнул. Оказавшись на закорках у обезумевшего монстра, он размахнулся и всадил меч ему в глаз…
— Наша кара! Наш бедный Герт! — загремело отовсюду негодующе и громко, — ты поплатишься за это, дерзкая лайка! Исчезнешь, сгинешь, уйдешь в небытие…
Воздух закрутился водоворотом черного дыма, который, словно змея охватил мертвеца тугими кольцами и начал давить, неожиданно став материальным и плотным.
— Хочешь задушить того, кто давно не дышит? — прохрипел Фиро, высвобождая руку и пытаясь разжать железную хватку на горле.
— Мы разорвем тебя на куски и скормим рыбе, и тогда то, что есть ничто, станет тем, чего нет!
— Я вижу тебя, ведьма! — раздалось сверху.
Хватка разжалась, черный дым растворился в воздухе, завис едва видными клоками возле стен.
На лестнице, сжимая в руках свой неизменный арбалет, стоял Франц. Его глаза не отрывались от золотого прицела в виде кошачьей головы.
— Я знаю кто ты, ведьма! Тебе не укрыться! — крикнул он, медленно поворачиваясь в поисках цели.
— Что ты о нас знаешь, незваный гость. Как смеешь нам приказывать на нашей земле. Игния наш город. У нее наше имя. Игния — это есть мы!
— Это я уже понял, но, все равно, спасибо за подсказку, Игнир…
Звонко щелкнула тетива, выпуская в полет стрелу с серебряным наконечником. Она свистнула в воздухе, направленная в место, кажущееся на первый взгляд абсолютно пустым, и, достигнув цели, исчезла, словно растворившись в пустоте, а через миг взгляду сыщика предстала скорченная фигура человека, пораженного в левое плечо.
— Арестуйте его, — опуская оружие, отдал приказ сыщик, и люди Аги, спустившиеся в колодец следом за ним, осторожно двинулись в сторону того, кого никогда бы никогда не сочли ведьмой.
— Вы уверены, господин Аро? Ведь такого не может быть? — рискнул возразить один из егерей, — как мужчина может оказаться ведьмой?
— Вы слышали о том, что ведьма имеет привычку переворачивать все с ног на голову? — довольный удачей, Аро повторил слова, услышанные когда-то от Эллавии, — Игнир — не мужчина, вернее, раньше таковым не был. Превосходная работа неизвестного анатомиста, который, похоже, оказался самородком в своем ремесле…
— «Перешить» женщину в мужчину, — тревожно покачал головой егерь и тут же плюнул себе за спину из-под левой руки (суеверный жест, защищающий от беды), — избавь нас от подобного, создатель.
— Ради мести идут и не на такое, — задумчиво пожал плечами Франц, брезгливо осматривая останки поверженного огра, — Фиро, вы в порядке? — вспомнил он про мертвеца, который, с неподдельным интересом разглядывал плененную ведьму.
— В полном. Надо иди в туннель.
— Хорошо, — кивнул Франц, — двинемся туда.
Отправив гонца к шерифу Аге, и оставив ведьму-юношу на попечение его людей, Франц двинулся следом за Фиро в темный туннель. Когда слабо освещенное пространство впереди открылось им россыпями сокровищ, сыщик пораженно переглянулся с мертвецом, который тут же устремил свой взгляд на возвышающуюся впереди карету из золота.
— Там, — еле слышно произнес он и пошел вперед, утопая ногами в золотых монетах, словно в зыбучем песке.
Мертвец поднялся на гору сокровищ, осторожно принюхиваясь, прошел мимо замерших в позах бешеной скачки мертвых коней и встал возле открытой настежь двери драгоценного экипажа. Внутри он увидел желтый оскаленный скелет, укрытый клочьями золоченых, расшитых самоцветами одежд. Перед ним на коленях стояла Таша, ее руки касались скрюченных пальцев древнего трупа, а губы шевелились, бормоча заклинание.
Франц подоспел следом и замер изумленный, поравнявшись с мертвецом.
— Что вы делаете? — вырвалось у него непроизвольно.
— Он звал того, кто умеет говорить с мертвыми, — не поворачивая головы, ответила девушка, — я могу это сделать…
Наступила тишина, которую тут же нарушил шуршащий звук. Рука скелета поднялась и указала на стоящих возле входа в его обиталище людей.
— Подойдите… — прошамкал безгубый рот, — подойдите ближе…
Таша вскрикнула от неожиданности и попятилась назад. Налетев спиной на Фиро, повернулась к тому лицом и моментально вцепилась в руку мертвеца.
— Ты и есть — Золотая Карета? — спросил сыщик, делая шаг вперед.
— Я носил это имя, когда был живым, — клацнул зубами скелет, — а теперь я лишь прах, укрытый пылью сокровищ из прошлого…
— О чем ты хотел говорить? — поинтересовался Франц, догадываясь, каков будет ответ.
— О погребении. Я уже много лет томлюсь здесь без сна и покоя. Никто не приходил в это место по своей воле. Став призраком, я сам отправился к стенам города, но никто так и не последовал за мной…
— Город жил в страхе перед ведьмой, что захватила этот лес, — пояснил Аро.
— Игнетта… — прошипел бывший разбойник, издавая непонятный звук, похожий на тяжелый вздох, — здесь ее владения, вам следует быть осторожнее… Мой друг, белый зверь этих лесов, что привел вас сюда, сдержит ее, но это продлится недолго…
— Ведьма повержена. Мы заберем тебя отсюда и погребем с честью, — склоняя голову, заверил мертвого Франц, — но окажи нам последнюю честь, поведай одну из тайн прошлого: расскажи о человеке, известном как Белый Кролик — Хапа-Тавак.
— Хапа-Тавак… — повторил скелет, царапая длинными острыми ногтями золотую парчу подлокотника, — он — существо страшное и неведомое, хоть и носит облик человека. Хапа-Тавак пришел в южные земли, когда все они, от Темноморья до Алого Лема принадлежали не Королю, а вашему покорному слуге… Высокий человек, невероятно высокий, сначала я даже принял его за эльфа, он никогда не брал в руки оружия, но сила его крылась не в клинках. Его магия была столь смертоносной, что все враги, рискнувшие напасть на него падали замертво, не успев вынуть из ножен мечи. Он был мне достойным противником, и стал достойным другом. Достойным, но не верным… Хапа-Тавак пришел сюда ни с проста: он искал что-то в этих землях и лишь перед самой смертью я узнал, что это была за драгоценность — невзрачная трава, цветущая раз в год перед полнолунием. Когда я узнал его тайну — мое будущее решилось. Хапа-Тавак не щадил никого…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
