оскалился. – Я узнал, в каком доме ты живешь. Тебе повезло, что караимы скрыли, кто ты на самом деле.
Она хотела ответить, но промолчала.
– Я же ничего не стану скрывать, если ты не отдашься мне, – продолжал полицай. – Так что выбирай сама: либо приходишь ко мне сегодня ночью – я дежурю в комендатуре, либо завтра ты будешь болтаться на виселице.
– Лучше виселица, – девушка сжала кулаки. – Да, лучше умереть.
– Я бы на твоем месте не торопился, – остановил ее Рагим. – Зачем умирать в расцвете лет? Подумай.
– Я сказала: лучше виселица, – Роза топнула ногой. – Если нужно, я могу проследовать туда сейчас, – она развернулась и направилась к Дому культуры.
Он растерялся. Эта девчонка постоянно показывала характер, и полицай ничего не мог с этим сделать.
– Хорошо, – вдруг согласился он. – Своей жизнью ты вольна распоряжаться сама. Но как быть с теми, кто приютил тебя, кто назвал своей родственницей? Ты жаждешь и их смерти?
Девушка задрожала.
– Ты не посмеешь, – ее трясло. – Ты не сделаешь этого.
– Правда? – Он улыбнулся и подмигнул ей. – Давай проверим.
Она в бессилии опустила руки.
– Негодяй.
– Да уж какой уродился, – парировал Рагим. – Ну, что мы решили?
Она ничего не ответила.
– Уже лучше, – констатировал татарин. – Ступай домой и хорошенько подумай обо всем. Если сегодня ночью ты не придешь в комендатуру, завтра на виселице будет болтаться наша караимская семья.
Он развернулся и зашагал в сторону площади. Девушка зарыдала. Вынырнувшая из кустов Мария погладила ее по голове.
– Я все слышала, – прошептала она. – Не беспокойся о нас. Сегодня ночью мы все сбежим к партизанам. Тебе не придется выбирать между этим негодяем и нашей жизнью.
Роза крепко обняла ее.
– Убежим все, – всхлипывая, твердила она. – Обязательно убежим.
Взявшись за руки, они пошли к дому.
– Сегодня Яков зашифрует документ, – говорила Мария. – Думаю, ему придется немного задержаться здесь, а потом он присоединится к нам.
– Да, да, – кивала девушка.
Придя домой, они все рассказали матери Марии. Та тут же согласилась с дочерью.
– Бежать необходимо, – сказала она. – Не ровен час, кто-нибудь узнает, что сюда ходили партизаны, и нас не пощадят. Наверное, с нами придется бежать и Якову. Черт с ним, с документом. Скажем партизанам – пусть нападают, – она бросила взгляд на дочь. – Маша, собирай вещи. Роза, помоги ей.
Караимка достала с антресолей старый чемодан, и они с дочерью принялись кидать туда белье и теплую одежду.
– Когда сегодня придет Дмитрий? – поинтересовалась мать.
– Обещал в полночь, – ответила Мария.
Как только стемнело, женщины стали ждать Якова. Он должен был прийти из комендатуры, но почему-то не шел. Мать заволновалась.
– Мой сын никогда не задерживался, – сказала она. – Что могло случиться?
Мария пыталась ее успокоить.
– Мама, немцы сейчас сидят словно на раскаленных углях. Может быть, они пакуют архив, а Яков им помогает.
Ида села на кровать и прижала руку к груди.
– Сердце, – выдохнула она. – Как болит сердце, – женщина решительно встала. – Я пойду к комендатуре. Что-то подсказывает мне, что с моим сыном случилась беда.
Она резко встала и пошатнулась. Мария и Роза бросились к ней.
– Мама, мамочка, – шептала Мария, но женщина отодвинула ее и прошептала побелевшими губами:
– Девочки, посидите дома. Не нужно ходить за мной.
Она вышла, покачиваясь, и Мария, набросив платок, устремилась за ней.
– Не хочу оставлять ее одну, – пояснила она.
Роза тоже надела косынку.
– Я с тобой.
Они тихонько шли за Идой, которая неуверенно продвигалась к комендатуре. Толстый полицай преградил ей путь:
– Куда прешь?
– Здесь работает мой сын, Яков, – прошептала женщина. – Он до сих пор не пришел домой. Не знаете почему?
Полицейский хмыкнул:
– Яков, говоришь? Здесь работал? Рагим! – вдруг крикнул он. – Поди сюда.
Из здания вышел молодой стройный татарин.
– Чего тебе? – грубо спросил он.
– Тут баба пришла, – пояснил толстый. – Какого-то Якова спрашивает. Не тот ли это Яков, которого ты сегодня в овраге…
Услышав это, Ида побелела, с тревогой ожидая слов Рагима. Ее Якова убили. Но за что?
Рагим сошел со ступенек и подмигнул тетке.
– Так это был твой? Не знал. Ну, да делу не поможешь. Иди ставь ему свечку. На небесах твой Яков.
Женщина сжала кулаки:
– Вы убили его?
– Так приказали мои хозяева, – Рагим смотрел ей прямо в глаза. – А я, знаешь ли, привык их слушаться. Слишком много знал твой сынок. Вот и помер раньше времени.
Ида, заревев, как раненая тигрица, кинулась на него и вцепилась ногтями в лицо. Рагим оттолкнул ее, но она снова подбежала к нему.
– Сволочи, изверги!
Толстый полицейский достал пистолет и, прицелившись, выстрелил. Пуля попала женщине в голову, и она упала, заливая землю своей кровью. Толстый равнодушно убрал пистолет.
– Старуху унесешь сам, – сказал он Рагиму. – И теперь ты мой должник. Она чуть не разорвала тебе лицо, – он вытер пот. – Кстати, а за что шлепнули ее сыночка?
– Он шифровал для немцев какую-то карту, – ответил татарин, равнодушно пиная труп женщины. – Слушай, пойдем выпьем шнапса. А ее я потом приберу.
Они скрылись в комендатуре. Оцепенев от ужаса, девушки сидели в кустах, не в силах сдвинуться с места. Первой опомнилась Мария.
– Мама, мамочка!
Она хотела подбежать к женщине, но Роза удержала ее.
– Стой! Они убьют и тебя. Пойдем домой. Как только придет Дмитрий, мы сразу же убежим с ним.
Мария попыталась вырваться, но Роза оказалась сильнее.
– Я не пущу тебя туда.
Наконец после недолгой борьбы караимка сдалась и позволила увести себя домой. До самого вечера она не сказала ни слова. Роза, сначала пытавшаяся с ней поговорить, тихо села в углу. Что она могла сказать подруге в утешение?
Дмитрий пришел в полночь. Мария по-прежнему сидела неподвижно, как изваяние, и даже не дернулась при появлении жениха.
– Что с ней? – испуганно спросил партизан.
Роза все рассказала ему, не забыв упомянуть и про Рагима.
– Как видишь, нам нельзя здесь оставаться, – заметила она. – Мы уходим с тобой.
Дмитрий сразу согласился:
– Конечно. Но как мы поведем Марию?
– Если нужно, понесешь ее на руках, – бросила девушка.
Дмитрий подошел к любимой и погладил ее черные волосы:
– Машенька!
Девушка моргнула, но ничего не ответила.
– Машенька, – повторил парень, – сейчас мы уведем тебя к нам в лес. Тебе нечего больше бояться. Все твои мучения кончились.
Он поднял ее на руки и кивнул Розе:
– Пойдем.
Девушка послушно отправилась за ним.
Партизанский отряд стоял на склоне крутой горы в густом крымском лесу. Они довольно долго пробирались сквозь заросли деревьев, пока не оказались на узкой тропинке.
Из-за толстого ствола дуба на дорогу вышли две темные
