от ужаса и молить о смерти, однако сейчас удалось узнать его реакцию на встречу с чистым варпом.
И она оказалась довольно любопытной — находясь внутри корабля, небольшие куски были слишком малы, чтобы как-то повлиять на работу поля Геллера, однако машина предупреждала меня, что если поднести его ближе к генератору, то уже могут начаться сбои.
Теоретически, этот камень можно использовать в качестве оружия для ведения войны внутри Имматериума, что уже открывает интересные перспективы, однако ещё нужно посмотреть, как демоны бы отреагировали на прямое воздействие этого материала, имеющего потенциал стать одним из самых критически необходимых орудий.
В любом случае, это не будет быстрой работой, так как камень являлся очень загадочным материалом, и с нуля создать систему, работающую на непонятных мне принципах, не так уж просто даже с моими способностями. Хотя и нет ничего невозможного, если потратить на задачу достаточно времени.
А потому, именно изучая его состав на всех уровнях, и проводя его под всеми возможными сканерами, я привёл первое путешествие в другом измерении. Порой приходилось отвлекаться на административные вопросы по выдаче приказов команде корабля, однако это всё мелочь по сравнению с управлением целой планетой. И подобный «отдых» у меня был ровно до того момента, пока брешь в другую вселенную вновь не открылся и не привёл нас к точке путешествия.
Зета-тринадцать-си, вращавшаяся вокруг большой красной звезды, являлась довольно впечатляющим миром — даже с орбиты было видно, что вся его поверхность покрыта океанами стали и бесконечными заводами, возвышающими до самой стратосферы. Здесь не было видимых источников воды и остатков дикой жизни — лишь искусственные строения, созданные человеческой рукой. И это просто прекрасный показатель величия человеческого разума и желания упорядочивать дикий мир, пусть и не самый лицеприятный.
Два спутника, окружавших планету, также были серьёзно изменены руками рода людского — их поверхность покрылась красно-оранжевой паутиной огней, показывающей сердца цивилизации и самые активные производственные зоны.
Также вокруг них вращались орбитальные станции защиты от противников из космической пустоты, где также могли остановиться корабли, слишком большие для космопортов. Целые сотни километров техники и стали, бдящие на орбите планеты, также укатанной в металл.
Даже ещё не достигнув поверхности планеты, я слышал голоса миллионов машин, работающих в унисон. От самой сложной техники, занимающих целые континенты и поддерживающих саму возможность существования жизни на стальном шаре без дикой природы, где просто не могли жить миллиарды без соответствующих системы очистки воздуха, воды и убора отходов, и даже контроля за температурой, до более мелких заводов и фабрик, до мелких «духов» транспортов и ручного оружия.
Они также радовались самому факту жизни на подобной планете, где почитали каждый винтик. Очевидно, машинам нравились люди, поддерживающие их работу и заботящиеся о состоянии техники.
Сам факт наличия подобного сознания у машин давно смущал, однако хотя бы тот факт, что это не было псайкерством меня несколько расслаблял. Я проводил эксперименты с Чёрным камнем, и несмотря ни на какое количество материала, мои способности общаться с техникой не ослабевали, а голос машин оставался столь же громким. Хотя это ещё сильнее сбивало, так как просто становилось неясно — как я могу общаться с неодушевлёнными объектами?
Первоначально мне казалось, что у меня просто есть возможность разговаривать с примитивными искусственным интеллектом, однако подобное отвергал тот факт, что у обычных винтовок и пушек также имелось подобие сознания, пусть и сильно примитивное. Сами мыслительные способности машин зависели от их возраста, вот только даже у только появившейся техники, созданной лично мной, имелся слабый голос.
Теорию того, что это всё является моим простым безумием, я даже не рассматривал. В моих силах было приказывать технике без каких-либо слов, как и проворачивать с ними куда более впечатляющие фокусы, не особо важные до встречи техножрецов.
Остаётся лишь верить в то, что существуют силы и энергии, пока что не открытые мной, что позволяли подобные чудеса. Возможно, именно общение с Механикумом прольёт свет на эту тайну, ведь очень скоро мне удастся переговорить с их первым членом, занимающем серьёзное место в культе Машинного бога.
...
Механикум был довольно специфической организацией, чей лидер и мессия откровенно презирал все религии, и лишь им уделял толику своего внимания и признания. Многие поспорили, что слишком малую, так как кроме первого явления на Марс и показа чудес, он лишь заказывал больше орудий и солдат, прекратив доносить вести Машинного бога, однако каждый достаточно опытный магос также признавал, что во вселенной слишком много идиотов.
Хотя с приземления Омниссии на Марс прошло меньше века, уже появились первые голоса, жалующиеся, что владыка Терры обращается с ними как со слугами, а не союзниками, которыми они являлись.* Пока что эти голоса тихи, однако с каждым годом их становится всё больше и больше.
Но несмотря на то, что многие считали техножрецов слепыми фанатиками, лишь пирующими на информационном богатстве Тёмной эпохи, именно они были истинным хранителем того огня, что оставили после себя гении прошлого, а потому могли действовать рационально, даже когда реальность не совпадала с их желаниями и верованиями.
Как-никак, именно Механикум владеют крупнейшей коллекцией человеческих знаний в галактике, а также обладают тысячами тысяч блестящих умов, являющимися гениями во всех сферах, без которых просто невозможно представить промышленность и науку тридцать первого тысячелетия.
И все они объедены одной вещью — верой в превосходство человеческого разума. Хотя вместе с ней и приходит как осознание многих истин про устройство мира, так и некоторая слабость перед особыми религиозными знаками.
А потому когда все машинные духи на целом мире-кузне cтали вести себя чересчур активно, начав работать на невероятных доселе уровнях и тем самым значительно повысив производительность, никто сперва не понял, что произошло. Однако флотилия в небесах скоро принесла ответ.
Чем ближе гигантский корабль, возглавляющий целые армии, приближался к планете, тем ярче и очевидней была реакция духов машин. Многие жрецы посчитали, что сам Омниссия решил прибыть к ним, а потому экстренно начали подготовку к священнейшему из событий. Однако реальность оказалось не сильно хуже их размышлений.
Линкор типа «Глорианы» не стал опускаться на поверхность, ибо ещё ни один из космопортов не оборудован для подобного инженерного чуда, однако челнок с подобного колосса также был огромен и смог занять одно из самых крупных из доступных мест. И когда уже он приземлился на поверхность, десятки тысяч людей встречали, как уже стало очевидно, сына Императора.
Первыми из корабля вышли космические
