он, вообще, не против перекусить и человеческими младенцами? – проворчал Филипп, и они рассмеялись, все-таки эта теория звучала слишком безумно.
Тем временем впереди показался особняк Агнии. Старушка сама вышла их встречать. Она с гордостью показала распустившийся цветок и несколько маленьких росточков вокруг.
– Смотри, Элион, – Агния приобняла ее за плечи, как любимую внучку. – Только рядом с тобой он начал оживать. Ты сделала меня такой счастливой этим садом. Теперь я все время с теплом вспоминаю о моем Уилле…
– Уилле? – нахмурился Филипп.
– Уилле-старшем, – пояснила Агния. – Моем покойном муже, внука назвали в честь него.
– Ах, в честь дедушки… – мрачным тоном процедил Филипп.
Он уже был готов разразиться тирадой про то, что дедушки – это зло, вспомнив Солара. Хотя на самом деле Филипп уже помирился с отцом. Пускай и не простил до конца, и отношения у них стали более жесткие. Но возможно, для Филиппа это даже полезно? Все-таки характер закаляется, когда мужчина проходит через испытания. А в начале знакомства, когда Элион только попала в этот новый для нее мир, Филипп казался ей гораздо более мягким, слабым и безвольным, чем был сейчас. Он повзрослел… Как и она. И это было заметно в нем и внешне, в более резких, огрубевших чертах лица, и внутри. Даже голос у Филиппа стал более низким и бархатным, чем прежде.
– Как там Уилл? Мы с ним давно не виделись, – спросила Элион с любопытством, проходя в сад.
Филипп справился с обязанностями «папы года» блестяще: посадил детей на траву. Дети завизжали от радости, когда огромная собака Агнии, встретившая их на дорожке, тут же принялась вылизывать их лица. Филипп только рукой махнул. И недовольно воззрился на Элион.
– И слава богу, что давно не виделись, – негромко буркнул Филипп.
Но она услышала. И улыбнулась. Что ж, все течет, все меняется… И только ревность Филиппа остается неизменной. Пусть и не такая отравляющая, как раньше.
– Уилл отправился путешествовать, – сказала Агния и вздохнула с теплом. – Все не сидится этому неугомонному на месте! Ну, ничего… Вот вернется Софи из академии, обучится магическому искусству и приструнит этого сорванца!
– Могу одолжить ей веревку, чтобы связать его, когда будет тащить под венец, – мрачно пошутил Филипп.
– Вы просто их мало знаете! Они созданы друг для друга! Она такая хорошая девочка, очень домашняя, благовоспитанная, а мой Уилл только кажется повесой, на самом деле они идеально дополнили бы друг друга… – наивная трескотня Агнии грозила затянуться надолго.
– А далеко ли он отправился путешествовать? – полюбопытствовала Элион, наблюдая за тем, как активно цепляется ручками ее сын за длинную шерсть собаки и пытается вскарабкаться на нее.
– Ой, точно не знаю, но путешествует он на корабле! – в глазах Агнии светилась радость.
Еще бы! Сама она никогда в своей жизни не видела моря, дальше здешнего рынка в городе не выбиралась. Зато внук повидает свет!
– Пускай будет осторожен, – с фальшивой любезностью проговорил Филипп. – На море сейчас небезопасно. Пираты, знаете ли, промышляют.
Элион отмахнулась от злобного мужа, который прикрыл глаза и замечтался. Наверняка, о том, как Уилла украдут пираты и продадут в рабство. И он перестанет маячить рядом с ней как ее друг.
– А что же Софи? Учится в академии? – с любопытством проговорила Элион, переводя разговор на безопасную тему.
– Да, она писала мне письмо! – радостно сообщила Агния. – Ей очень хорошо даются магические науки! А как вы поживаете? Как твой малыш?
Она тепло улыбнулась, тронув живот Элион. Та уже носила более свободные платья, но в складках ткани было видно, что он уже округлился. Филипп с улыбкой приобнял Элион за плечи. Ему до сих пор не верилось, что скоро у их малышей появится братик или сестричка! Даже злобные мысли об Уилле из головы вылетели.
Элион закусила губу, чтобы не рассмеяться. Ведь Софи написала ей парочку писем. В которых рассказывала, что у нее полно поклонников в магической академии, да только она старается думать об учебе. Потому что уже обожглась на «любви» и теперь осторожничает. Но Элион повеселилась, читая ее истории о двух молодых людях, которые помимо того, что соперничали за ее сердце, еще и враждовали между собой. Род одного из аристократов был очень древний и благородный, и из поколения к поколению передавалась «традиция»: старший сын обязательно нарывался на дуэль! Правда, в этой магической академии дуэли были запрещены. Но вражда между мальчиками шла нешуточная! Все-таки Софи – очень красивая девушка.
– О, малыш отлично. Все ждут его появления на свет. И мама, и папа, и… дедушка, – последнее слово Элион произнесла тише и покосилась на Филиппа, боясь, что разбудила в нем дурные воспоминания.
– Да, все ждут, когда он появится на свет, – задумчиво, чуть отстраненно проговорил Филипп.
Он погладил Элион по животу, глядя куда-то в пустоту. Вспоминая события последних месяцев.
Поначалу Филипп упрямился и говорил, что знать отныне не желает отца, что он для него пустое место. Но Солар не сдавался. Иногда они пересекались у Андреаса и его жены Ребекки. Там, за семейными ужинами, Солар вел себя безупречно. Больше не было никаких попыток соблазнить Элион, поухлестывать за ней. Напротив, Солар смотрел виновато. Что на нее, что на Филиппа.
И со временем Филипп не выдержал. Когда Солар после такого ужина увел его в полутемный кабинет Андреаса, чтобы поговорить наедине. Точнее, попросить прощения. Искренне. За то, что чувства к Элион так вскружили ему голову, что он не подумал о последствиях. О том, какую боль может причинить родному сыну. Солар ведь хотел простой интрижки, а может, и просто одной ночи с красивой девушкой. А в итоге, влюбился. Он говорил так открыто, с раскаянием в глазах, что Филипп согласился дать ему шанс. Но напоследок перехватил за рубашку, грозно глядя в глаза и шипя: «Но отец, если ты обидишь Элион хоть одним словом, в ту же секунду ты станешь мне чужим человеком. И пеняй на себя. Она не виновата в том, что случилось! Поэтому лучше забудь о той ночи. Раз и навсегда».
Наверно, это попытались сделать все? Оставить прошлое в прошлом и двигаться дальше. Туда, где его и Элион ждали приятные хлопоты с ожиданием и рождением малыша, а Солара… что ж, роль дедушки – это тоже неплохо?
Чай остыл, пирожные
