– Мой господин, – ответил толмач, прошептав что-то купцу, – воевода Степан ит-Кирей из рода Кобзевых, посланник великой державы, называемой «Союз Советских Социалистических Республик».
Загадочные слова веско пали в тишину.
– По какую сторону стоячих камней находится твоя держава? – спросил наследник Терован, требовательно вглядываясь в лица купца-посланника и толмача. Лейв промедлил с ответом.
– По ту, которой в вашем мире нет, – проговорил он наконец.
– Значит, вы – ши, – заключил наследник.
Дружинники за его спиной напряглись. Староста хотел было шарахнуться, но вспомнил, что рядом стоят чужестранные дружинники, чью страшную волшбу он уже имел несчастье лицезреть. Не стоит оскорблять могущественных демонов.
– Если так вы зовете пришельцев из стоячих камней, – ответил толмач, – то да. Друид, от которого я научился вашему языку, тоже употребил это слово.
– Не тот ли друид, чье имя Тауринкс? – переспросил Терован.
– Тауринкс ит-Эйтелин. – Толмач кивнул и снова нашептал что-то своему господину. Тот зашипел в ответ.
– Хорошо, что вы не стали отпираться, – насмешливо произнес наследник, подходя ближе.
Староста Тоур не мог не заметить, насколько жалкими кажутся посланники-ши рядом с владетельским сыном. Дело было даже не в странных куртках грязного цвета – старший, Степан, расцветил свою таким количеством золотых украшений, что придворному под стать, а не купцу. Просто в Тероване, да и в его дружинниках, ощущалась некая душевная сила – возможно, то был отсвет присущего им колдовского дара. И лишенные его ши казались по контрасту пустыми и слабыми. А может, дело было в том, что каждый из дружинников привык чувствовать за спиной свое войско, а за ним – владетельскую силу, а за ней – могущество Серебряной империи. Пришельцы же не могли надеяться ни на что подобное – ибо кто слыхал о державах среди не знающих Серебряного закона?
– Иначе о договоре между нами не могло бы идти и речи, – продолжил наследник. – Так чего вы хотите, ши?
Лейв торопливо передал его слова своему господину, и тот недоуменно воззрился на Терована.
– Мы хотим торговать с вами, – перевел толмач его ответ. – А еще – через вас связаться с вашим императором.
Странный оборот «связаться» удивил Тоура, но староста сообразил, что демоны не намерены заковывать владыку Эвейна в кандалы.
– Мы можем торговать с ши, – раздумчиво произнес наследник. – В этом нет бесчестья. Так делалось… в годы Конне Доброго и в годы Лориса Корабельника тож. Но кто сказал вам, что император захочет говорить с чужинцами?
– Разве при его дворе нет посланцев иных держав? – вежливо полюбопытствовал старший демон. Наследник расхохотался.
– Верно, вы и впрямь ничего не знаете об Эвейне Серебряном! – ответил он, отсмеявшись. – Иначе ведали бы, что во всем мире нет держав, кроме него!
Посланник и толмач воззрились на него с одинаковым удивлением на лицах.
– Но довольно, – проговорил Терован. – Не мне судить, каково будет решение императора. Возможно, среброрукий захочет побеседовать с вами или даже открыть вам путь в эвейнские земли. Но посылать ли ему весть и торговать ли с вами здесь – то пусть решает мой отец, владетель Бхаалейн.
– Тогда, простите, коун, зачем мы встретились здесь? – с натянутой улыбкой поинтересовался посланник.
– Я должен был решить, не ущемят ли чести нашего рода переговоры с вами, – безмятежно ответил наследник. – Мой отец встретится с вашими вожаками, демоны. Завтра в полдень, у ворот кирна Бхаалейн.
Он развернулся и легким шагом направился к своему коню.
– Мы даже не успели предложить ему дары, – пробурчал майор Кобзев в спину уходящему.
Лева покачал головой. Его тревожили дурные предчувствия.
– Не взял бы, – ответил он.
– Все берут, – убежденно проговорил Кобзев. – Даже наши берут.
– Этот не взял бы, – повторил Лева. – У него… принцип.
* * *
Это было одно из лучших полей во всем владении Дейга. Плодородная земля, не заболоченная и не каменистая, давала щедрые урожаи из года в год, невзирая на капризы небес. Была какая-то злая ирония в том, что именно ему предстояло стать местом будущей битвы.
Линдан наблюдал за продвижением врага с опушки. Черные повозки с огненными сердцами – чародей ощущал ритмичное биение пламени в каждой из них – выкатывались по дороге со стороны лагеря вокруг стоячих камней и останавливались одна за другой при виде грозного, недвижного строя дружинников.
– Ты думаешь, твои солдаты остановят их? – спросил Бран.
Торион помедлил с ответом.
– А разве это имеет значение? – ответил он. – Как я могу пропустить их через мои владения без боя? Ты же видел их. Они полны обмана и самодовольства, готовы поклясться чем угодно, чтобы нарушить слово и вонзить в спину кинжал. Готовы покупать покой убитых серебром…
– Ответь мне, Торион, тебя больше волнует уязвленная честь или все же благо твоей земли? – поинтересовался Бран, не потрудившись понизить голос. Такие вопросы не задает владетелю подданный, но может задать племяннику – дядя, и Линдан ощутил стыд оттого, что оказался невольным свидетелем семейной беседы. А отойти он не имел права. Помимо того что в войске Дейга он оказался единственным огневиком и ему вменялось прикрывать своего владетеля от свинцовых шариков, – мало ли когда может пригодиться его второй талант?
– Какое благо я смогу дать моей земле, если подчинюсь этим пришельцам? – парировал Торион ат-Дейга.
Бран пожал плечами.
Вражеские солдаты засуетились вокруг повозок – приглядевшись, Линдан увидел, что не черные, а скорей тускло-зеленые. Следить за передвижениями ши было трудно вдвойне: их странная одинаковая одежда не позволяла отличить рядового от воеводы и скрадывала очертания тел, затаившихся в густых хлебах.
И тут с дальнего края поля донесся перестук.
Линдан выставил огневой щит, даже не задумываясь. Защелкали, испаряясь, свинцовые снаряды.
– Вероятно, они сейчас раздумывают, почему мы не падаем, – удовлетворенно заметил Торион.
Молодой наймит попытался представить себе, как это должно выглядеть со стороны противника – недвижный строй, которому полагалось рассыпаться под ударами незримых глазу стрел… Но в их положении была и оборотная сторона. Строй дружинников не был широк – иначе Линдан вовсе не сумел бы прикрыть его, – но даже при том ел ли не все силы молодого мага уходили на поддержание преграды, и долго он не мог ее сохранять. Торион тоже понимал это.
– Вперед, шагом – марш! – скомандовал он.
Строй двинулся вперед, и вместе с ним двинулись Линдан и оба Дейга. Перед ними горел сжигаемый барьером хлеб. Дым уносился вверх, в ясное синее небо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
