— А вы уверены, что бандитов Найта заинтересовала? — спросил ошарашенный и явно растерявшийся Собти.
— Уверен, — отрезал Ольшес. — Им нужен человек, говорящий с морем — и такой, о котором не знали бы власти. Эти люди, как вы и сами прекрасно знаете, себя не рекламируют. Теперь бандиты нашли наконец такого человека, кроме шустрой бабули. Неужели вы думаете, что они выпустят девушку из виду? Нет, на нее поставлены слишком большие деньги. Старуха ненадежна, и им нужен запасной вариант. Они ведь не понимают разницы — им что говорить, что подслушивать, все едино. Да кроме того, они совершенно уверены, что сумеют заставить Найту делать то, что им нужно.
Он посмотрел на Собти — и ему стало жаль молодого человека. Да, гонщик был личностью незаурядной, он сумел создать серьезную организацию, он действительно искренне заботился о благе страны, но… молодость есть молодость. Недостаток опыта в конце концов сказался. Опыта и неких моральных принципов. И теперь инспектору придется распутывать всю эту ерунду.
На решение нескольких мелких задач Даниилу Петровичу понадобилось несколько часов, и, когда он, оставив гонщика в двух кварталах, прежним путем, через крыши, вернулся в пансион, день уже клонился к вечеру. Убедившись, что с Найтой все в порядке, Ольшес спустился вниз.
Мадам Арсин он нашел в ее собственной гостиной. Мадам явно не хотела, чтобы возвращавшиеся домой жильцы заметили, что она нервничает, и потому заперлась на ключ. Но инспектор проявил настойчивость, и мадам пришлось впустить его.
Ольшес сразу приступил к делу.
— Мне кажется, мадам, у вас небольшие неприятности, — заговорил он. — И несмотря на то, что вы сами в них виноваты, я готов оказать вам посильную помощь. Заметьте, я не стану требовать от вас платы.
Мадам уставилась на него, и в ее маленьких глазках мелькнуло нечто такое, что Даниил Петрович поежился. Нет, мадам не примет ничьей помощи. Ну и ладно. Это ее дела, ее проблемы. Лишь бы Найту оставила в покое.
— Хорошо, — тут же сказал он. — Я все понял. Но мне, видите ли, не нравится, что вы впутали в свои авантюры мою родственницу. И я надеюсь…
— Она совершеннолетняя? — тут же перебила его мадам.
— Да, — ответил Даниил Петрович. — Но тем не менее…
— Тогда без вас разберемся, — отрезала мадам
Арсин, величественным жестом указывая инспектору на дверь.
Инспектор послушно вышел. Что ж, подумал он, вам же хуже, мадам. Все, что было необходимо самому Ольшесу, всегда было при нем. Ну а вещи Найты придется просто в очередной раз бросить, прикидывал инспектор, поднимаясь на второй этаж. .Ничего, купить ей новый гардероб труда не составит. Он на секунду задумался — не связаться ли ему прямо сейчас с орбитой, не предупредить ли ребят, что на планете есть некая подозрительная особа, способная пробить мыслью защитное поле космического крейсера, — но решил, что с этим придется пока подождать. В конце концов, мадам Арсин интересовалась не кораблем, как таковым, а лично им, инспектором, поскольку он представлял собой угрозу ее благополучию. Правда, нельзя было исключить и того, что ее поле распространяется ненаправленно, что флуктуации могут зацепить и весьма отдаленные объекты, а потому, начни мадам воевать здесь и сейчас, то кто знает, где и кому достанется… но связь с крейсером заняла бы не меньше пяти минут, а Оль-шес уже всем своим существом чувствовал приближение опасности. Время не ждало.
Но оказалось, что времени у инспектора нет совсем.
Он еще не успел подойти к двери комнаты Найты, как внизу раздался грохот. Кто-то колотил ногами в парадную дверь пансиона.
Глава 13
Ольшес рывком распахнул дверь:
— Найта! Нам нужно уходить.
Девушка, сидевшая на диване с книгой в руках, подняла голову и спокойно посмотрела на инспектора
— Зачем? Куда?
— Послушай, — взмолился Ольшес, —сейчас не до разговоров. Скорее пошли! — И не подумаю, — твердо произнесла Найта, откладывая в сторону книгу. — Сначала потрудись объяснить мне, что происходит.
— А ты не слышишь?
Парадная дверь явно слетела с петель. Снизу, из общей гостиной, донеслись крики перепуганных пансионеров.
— Что все это значит? — вздернула брови девушка.
— Это значит, что и мадам и ты представляете немалый интерес для неких не слишком положительных и не слишком обремененных этическим багажом личностей, — сказал Даниил Петрович. — И эти личности в данный момент заняты тем, что добывают мадам. А потом придут за тобой.
— Зачем я им?
— Затем, что им нужны дарейты, дурочка. Найта резко встала и шагнула к Ольшесу:
— Они что, рассчитывают, что я…
— Да! Бежим скорей!
Но они опоздали.
По лестнице уже грохотали чьи-то тяжелые башмаки. Инспектор и девушка оказались в ловушке.
Ольшес мгновенно запер дверь изнутри и придвинул к ней тяжелый шкаф. А потом бросился к окну, чтобы выяснить, какова обстановка на улице перед домом.
И тут…
Внизу раздалось несколько оглушающих взры-вов, но прозвучали они настолько странно и необычно, что инспектор сразу понял — бандитские бомбы или гранаты тут ни при чем. Это разъяренная мадам пустила в ход свою силу. Возможно, она и сама не до конца понимала, на что способна, но , Ольшес уже догадался, чего ждать дальше. Он метнулся к Найте и вместе с ней упал на пол в самом дальнем от двери и окна углу. И оказался прав.
Следующий взрыв раздался в коридоре, и дверь, небрежно смахнув придвинутый к ней шкаф, с жутким звоном и грохотом вылетела в окно. А внизу ей удалось, похоже, прихлопнуть кого-то из тех бандитов, которые остались снаружи, потому что на улице тут же послышался дикий вопль. В коридоре заполыхало пламя. Даниил Петрович подхватил Найту на руки и, окружив себя и девушку колпаком защитного поля, побежал сквозь огонь. Девушка от ужаса не могла произнести ни звука. Она лишь крепко зажмурила глаза и прижалась к Ольшесу.
Лестница горела, но это было сущей ерундой по сравнению с тем, что инспектор увидел внизу.
Среди буйных языков пламени, в которых потрескивали клочья взорвавшихся тел и обломки мебели, неподвижно, словно окаменев, стояла мадам Арсин. Ее седые волосы растрепались, крохотные глазки налились кровью, и она, закусив нижнюю губу, удовлетворенно оглядывала руины собственного пансиона. Но, завидев Ольшеса с девушкой на руках, мадам ожила.
— Оставь девчонку! — приказала она, бешено уставясь на инспектора.
— Вот уж фигушки, — пробормотал Даниил Петрович, не сбавляя шага.
Мадам покраснела. И, раскалясь от злобы, она метнула в Ольшеса мощный заряд черной энергии. Но Даниил Петрович уже достаточно рассердился и потому церемониться со взбесившейся ведьмой не стал. Он мгновенно отбил заряд, направив его точно в грудь старухи. Мадам Арсин взвыла… и взорвалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
