слышится детский визг и вводит меня в ступор.
— Мотя! — раздаётся девчачий голос. — Отдай мою куклу, мне её бабушка с дедой Степой подарили!!!
— Твоя кукла хочет на моей машине покататься! — заявляет детский мальчишеский голос.
— Мотя, отдай, отдай мою куклу! — снова кричит девочка и по голосу, кажется, что она вот-вот расплачется.
— Так, Илья, извини, минутку подожди, — просит Лука, и дальше его голос звучит приглушенно. — Матвей, возвращай куклу Злате. Это её вещь. Нельзя без спросу брать чужие вещи и тем более забирать! И извинись перед сестрой.
— Но Барби хочет покататься на машине! — восклицает мальчик.
— Это ты так решил или Злата? — строго спрашивает мой друг.
— Я…
— Хорошо, Матвей, тогда я забираю у тебя машинку, потому что я решил, что она больше не хочет, чтобы ты её катал.
На несколько секунд воцаряется тишина, а потом слышится шуршание.
— Злата, держи, — тихонько бурчит мальчик, — прости.
— Молодец, Мот, а теперь оба марш в гостиную, ещё пять минут на поиграть, а потом спать! — командует Лука, и тут же слышится удаляющийся топот ног.
Друг подносит телефон к трубке и его голос звучит более четко:
— Да, Илья, прости, надо было кое с чем разобраться… Так, о чем мы говорили?
— У тебя дети? — удивленно спрашиваю у Луки напрямую. — Сколько им?
Неужели, я так много пропустил, оградившись от всех своих связей в России? На меня резко обрушивается чувство вины. У него кипела и во всю бурлила жизнь, а я ничего из этого не знал. Но почему он с девушкой ещё не в браке? Или, может, это вообще от предыдущего брака?..
— Ты всё слышал, да? — смеется друг. — Мот, конечно, иногда прям включает эгоиста, всё ему подавай, всё по его воле, а Златик отдувается, но твёрдо стоит на своём. Они на самом деле стоят друг друга. Ух… а когда вместе объединяются, то всё, их не остановит ровным счетом ничего. Я иногда не представляю, как их горячо любимая мама с ним справляется…
— Так тебя нужно было поздравить с отцовством ещё несколько лет назад? — пытаюсь разобраться в ситуации я, всё ещё ничего не понимая.
Лука несколько секунд молчит, а потом выдаёт следующее:
— А знаешь, что, Илюх, приезжай ко мне на свадьбу через две недели и сам всё увидишь своими глазами. Я вас познакомлю и всё объясню. А то мы с тобой столько лет дружили, потом жизнь нас развела по разным странам… В общем, я с удовольствием с тобой поболтал бы как в старые добрые времена. Приезжай, я тебя приглашаю на свою свадьбу! Если у тебя есть девушка, то и её привози — место обеспечу.
— Хорошо, Лука, — соглашаюсь я. — Спасибо за приглашение! С удовольствием приеду.
— Вот и прекрасно, через две недели жду в Сочи, все координаты скину здесь же, — радостно отвечает друг. — Тогда давай, на связи. Доброй ночи тебе, а мне надо мелких укладывать, пока бабушка со Степой не вернулись из театра.
— Доброй, — отвечаю я, и друг отключается.
Отвожу телефон в сторону и бездумно смотрю в пустоту перед собой.
Как же много я пропустил? Домой за последние шесть лет всё пару раз прилетал повидаться с семьей. С Максом очень редко общаюсь. Знаю только, что он все также в Швейцарии живёт и работает. Возможно, мой заграничный отпуск и вакуум затянулся слишком сильно, да и подустал я от Германии. Не пора ли вернуться на Родину?
Лия (34)
Крепко беру за руки Мотю и Златика. Научена горьким опытом. Двойняшек нельзя оставлять ни на секунду — мало того, что они бьют огромное множество посуды, так они ещё могут разбить то, что сделано из прочного непробиваемого материала. Два безумных ураганчика. Но самых любимых ураганчика. К тому же, приметы говорят, что посуда бьётся к счастью, а мне для моих маленьких ничего не жалко — пусть бьют себе на здоровье, только желательно дома.
Опускаю взгляд на детей и вижу двух ангелочков с ореолами из светлых волос и горящими восторгом и энтузиазмом глазами. И вот как на них злиться?
Беру себя в руки, изо всех сил скрываю улыбку и строго говорю обоим:
— От меня — ни на шаг!
— Ну, ма-а-ам… — начинает вырываться Матвей.
— Если, конечно, вы не хотите как можно быстрее увидеть дедушку, то…
— Хотим! — хором кричат дети и теперь уже сами сжимают мои руки, а я тихонько выдыхаю — кажется, у нас есть шанс выйти из аэропорта и не вляпаться в неприятности. Главное, чтобы их терпения хватило дождаться Луи, а он в свою очередь быстро нашел наш багаж.
Мужчина не заставляет себя ждать и уже через пару минут подходит к нам с двумя чемоданами.
Я расплываюсь в измученной улыбке — перелёты с детьми отнимают немало сил, хорошо хоть, лететь из Москвы в Сочи совсем недолго, да и ураганчики подросли — раньше было в разы тяжелее.
— Готовы к встрече с дедушкой? — спрашивает Луи на английском.
— Да! — радостно отвечают Матвей со Златой. Сейчас у них практически не возникает проблем с иностранным языком. В отличие от того, что было полтора года назад, когда Луи только появился в нашей жизни. Сыграло роль то, что мы с Луи между собой всегда говорим на английском, и то, что я отдала их в англоязычный сад. Это и в будущем должно им намного облегчить жизнь — смогут свободно общаться на двух языках. А если ещё попросить Луи с ними общаться на французском… Правда, я переживаю, что уже поздновато, и большая нагрузка будет. Надо будет очень хорошо это обдумать в ближайшее время.
— Мама, давай быстрее! — тянут меня за руки вперед дети. Дедушек они обожают, причем обоих, и Степу, и папу. Просто с папой мы видимся реже за счет того, что живём в Москве, а он так и продолжает жить в Сочи.
Стоит двойняшкам увидеть силуэт деда, как они тут же вырываются из моей хватки и бегут к нему со всех ног.
— Дедушка! — кричат хором так громко, что прохожие оборачиваются на нас, мельком замечаю на их лицах улыбки и сама начинаю сиять.
— Заждался я вас тут очень сильно, — отвечает папа, обнимая маленьких, сидя на корточках.
— Давненько не виделись, — отвечаю я. — Кажется, последний раз был на новый год?
Отец сажает Мотю на одно плечо, Златика на второй плечо и встает во весь рост.
— Папа! — ругаюсь я. — Тяжело же, поставь на место, они уже взрослые и тяжелые, а ты со своей больной спиной…
— Лия, как я могу
