практически любой школы, но сильно ограничены в мане и силе заклинаний, – Седерик немного помолчал, вспоминая, что он еще знает об этих недомагах.
– Говорят, это последние ученики учеников имперских магов, основы магической мощи Империи. Но наши радужники не идут ни в какое сравнение с описанием тех чародеев. Да, не спорю, они намного выносливей любого из магов и прилично владеют оружием. Также за счет большого магического арсенала могут некоторое время вести магическую дуэль.
Седерик, прищурившись, нарисовал в воздухе полупрозрачную фигуру, бегающую по огромной арене. Фигурка прыгала, крутила сальто, изящно уходила от огромных глыб льда, изредка отвечая на магические атаки невидимого противника.
– У них неплохая реакция, я даже помню, как наставник Чжо увернулся от арбалетного болта, не говоря уже про ледяные копья и пламенные плевки! Но у них есть одно большое НО. Маны у этих ребят – кот наплакал, и в продолжительной стычке на открытом пространстве они обречены. Радужники, превосходя остальных магов во всех сферах, кроме интеллекта, проигрывают один на один профессионалу или любому сильному магу. Наш ректор, конечно, не теряет надежды вырастить из этих ребят антимагов или магов-универсалов, выделяя под это направление огромные деньги, но пока все тщетно. Среди последнего набора есть пара радужников, и они, дай Сеть памяти, выигрывают каждую десятую дуэль.
Седерик вздохнул, развеивая иллюзию.
– Даже не так, они проигрывают девять схваток из десяти. Жаль пацанов, упорные ребята, тут ничего не скажешь. Но пока что все без толку, – Седерик побарабанил пальцами по столу. – Знаешь, если бы сейчас государство бросило все ресурсы на создание нескольких отрядов радужников – это было бы выигрышно. У нас помимо ректорского гранта есть куча льготных программ и поблажек для тех, кто захочет вступить на этот путь развития. Но большинство, предполагая, что он тупиковый, идут в обычные стихийники. Включая и меня. Быстрый прогресс, быстрый результат. Личный успех и могущество, если ты понимаешь, о чем я.
Алексей кивнул, это было ему знакомо. Все и сразу, желательно еще и на халяву! Единицы готовы были пахать здесь и сейчас ради смутной перспективы получить результат спустя пару лет.
Он взглянул на Смайла, который, отвечая его мыслям, левой рукой почесывал большую букву S, вышитую на груди, а правой поправлял красные трусы, надетые поверх синих лосин. Алый плащ, словно флаг Советского Союза, гордо реял у него за спиной.
Улыбнувшись, Алексей вспомнил, как в детстве он с одноклассниками спорил, кто круче – Бетмен, Супермен или Человек-паук. Большинство мальчишек были на стороне Кларка Кента, потому что он летает – раз, он нереально сильный – два, у него лазеры из глаз – это не просто три, это вааааау! Еще треть кулаками была готова доказывать верховенство Питера Паркера, ведь он сильный – раз, у него реакция – два, и паутина – не вааау, конечно, но тоже круто – три.
И лишь парочка ребят, включая Лешу, безуспешно пыталась объяснить, что на самом деле самый крутой супергерой – это Бетмен. Ведь он простой человек, без сверхспособностей, и он сам сделал из себя супергероя. Но стоило кому-нибудь из оппонентов сказать: «Так он мажор, мама-папа наследство оставили» – у Леши опускались руки.
Против этого аргумента было не поспорить. Уже потом до парня дошло, какой Волей нужно обладать, чтобы, будучи сиротой, не только не просрать батюшкино наследство, но и преумножить, а потом еще возглавить и масштабировать свою финансовую империю.
Бетмен в каком-то смысле был его ориентиром личного успеха и сейчас он, похоже, нашел нескольких человек, решивших поставить свою жизнь на кон успеха. Ну или как вариант, они просто дурачки, которые не знают, что и зачем делают. Дальнейшей его путь стал более четким – познакомиться с радужниками и попасть в поле зрения руководства Академии.
– Седерик, – вернулся к разговору Алексей, – а чему ты сможешь меня научить сейчас, каким заклинаниям и как вообще происходит процесс обучения?
– Думал, уж не спросишь, – улыбнулся маг. – Да прям здесь и покажу. Теория у тебя несколько своеобразная, будто сотню разных школ смешали воедино, но все равно должен уловить быстро. Итак, есть три типа заклинаний: атакующие, защитные и поддерживающие. Огненные шары ты создавать умеешь, но я все же тебе покажу классический вариант. Вот смотри…
Глава 30
– …Создаешь эфирный каркас, вплетаешь в него огненную нить и, напитывая маной, бросаешь.
Свои слова Седерик проиллюстрировал действиями, создав небольшой фаербол и бросив его в окно. На боку повозки, стоявшей у входа, распустился лепесток огня, тут же сменившийся пятном сажи.
«Ну в принципе, я так и делал, – подумал завуч. – Только побыстрей как-то, напрямую, что ли?».
– Поначалу поэтапно создаешь, потом он сам будет с рук срываться, когда до автоматизма доведешь, – продублировал мысли Алексея Седерик. – Теперь посложнее. Вот, скажем щит. Тут надо быть аккуратным. Если ты хочешь, чтобы он сжигал стрелы, то ты – покойник в первую минуту боя.
Алексей вопросительно поднял бровь.
– У тебя банально не хватит сил создать и удерживать настолько мощный щит, чтобы он на лету стрелы сжигал. Это теоретически возможно, но на практике – бессмысленный расход маны и глупость несусветная.
– Понял, – кивнул Алексей, напряженно размышляя. – Но тогда получается, огненный щит бесполезен и, по сути, не нужен?
– Нужен, еще как нужен, – не согласился Седерик. – Представь, на тебя летит облако мошкары или пылевой смерч. Твоя стена с легкостью сожжет насекомых и все пылинки с песчинками. Но, скажем, булыжник или арбалетный болт она не удержит.
– Понятно, – протянул Алексей.
Похоже, принцип экономичности, культивируемый Цитаделью, отразился и на Академии магии. Ведь и вправду проще иметь в арсенале несколько десятков щитов, каждый из которых требует, скажем, две условные единицы магии, чем один универсальный, но который жрет все десять.
– Слушай, Седерик! – он вспомнил стычку в Пустыне. – А почему мой щит разлетелся осколками от удара скорпиона?
– Осколками? – переспросил Седерик.
– Ну да. Я сделал зеркальный щит, стрелы он отразил отлично, а вот удара клешней не пережил.
– Знаешь, – наморщил лоб Седерик, – думаю, удара клешней пустынного скорпиона вообще никакой щит бы не пережил, удивительно, что он его вообще задержал.
– Почему?
– Почему-почему. Как думаешь, отчего маги так редко ходят в пустыню на Вылазки?
– Им это без надобности, – уверенно ответил Алексей. – Во-первых, и так в городе деньги хорошие зарабатывают, во-вторых, не хочется время тратить на поиск ингредиентов, проще купить их у авантюристов.
– Ну и это тоже, – согласился Седерик, – но главная причина, про которую местные не в курсе, – воздушник понизил голос, – это практически полная невосприимчивость к магии скорпионами. С ними только водники неплохо справляются, но в пустыне им тяжко, особенно если резерв маленький. Опытные маги, конечно, этого скорпиона одним ударом прихлопнут, но опытным и в городе неплохо живется.
– Ясно, – задумчиво протянул Алексей, – то есть мне нужно сразу в заклинание закладывать, против кого оно предназначено?
– Что-то типа того.
