ее, это сообщение от миссис Эббот.
«Дорогие студенты Иллюмен Холла!
Знаю, сегодня вы испытали сильный шок, но хочу заверить вас, хоть я и опечалена тем, что история нашего Иллюмен Холла подходит к концу, самые захватывающие главы ваших жизней еще впереди.
Перемены всегда пугают, но вас будут поддерживать на каждом этапе пути. Надеюсь, что, сколько бы времени вы ни провели здесь, будь то несколько месяцев или много лет, мы предоставим вам необходимые средства, чтобы справиться с переменами бесстрашно и гордо. Чтобы справиться с вашими понятными затруднениями, прошу, нажмите на эту ссылку, чтобы увидеть свой индивидуальный план жизни после закрытия Иллюмен Холла.
Искренне ваша,
миссис Эббот, директриса».
– Воу, она быстро реагирует, – говорю я Араминте. – Думаешь, она знала, что новость появится сегодня?
– Как? Думаю, миссис Эббот, слава богу, просто всегда идет на шаг впереди. Надеюсь, это всех успокоит. Вот черт… Бонни бомбардирует меня сообщениями. Мне лучше пойти проверить, как она. Не возражаешь?
– Иди.
Пока Минти спешит прочь, я наблюдаю за ней. Зная теперь, что ее возможность наложить вето на продажу дает ей еще один повод для убийства… Если бы она как-то узнала об этом в прошлом году… Я перехожу по ссылке и вижу, что принята в одну из лучших лондонских драматических школ, где со следующего года начну обучение в шестом классе.
– Матерь божья, – шепчу я еле слышно. Миссис Эббот действительно идет на шаг впереди. Должно быть, она знала, что разоблачение приближается. Вспоминаю свой разговор с Эдисоном. Не он ли предупредил моего отца?
Если все это – моя вина, у Айви будет еще одна причина ненавидеть меня.
Появляется новое сообщение, на этот раз от Тедди.
«Ты слышала?»
«Слышала… ну не дико ли?»
«Не могу представить, что школы больше не будет. Ты уже знаешь, где будешь в следующем году?»
«Похоже, что в Лондоне».
Я медлю прежде чем отослать вторую часть сообщения.
«Недалеко от тебя».
«Совсем недалеко. Может, это и не такая уж печальная новость?»
Он добавляет подмигивающий смайл. Это заставляет меня улыбнуться.
«Не слышал ничего об Айви?», – осмеливаюсь спросить я.
«Ничего. Ей это не понравится.
Пойду проверю, как она».
Меня пронзает неожиданная вспышка ревности, глубокая и грубая. Несмотря на то, что я знаю об отношениях Тедди и Айви, знаю, что они друзья, и, конечно, вполне естественно, что он хочет поговорить с ней… На самом деле я хочу, чтобы он убедился, что с ней все в порядке, раз уж я не могу. Но эмоции все еще кипят.
Должно быть, мне действительно нравится этот парень.
Направляюсь к учительской, надеясь перехватить его. Уже чувствую, как изменилось общее настроение, школа непостоянна, как зимняя погода. Ученики собираются в шумные группы, делятся своими письмами и обсуждают, кто куда принят на следующий год.
Сообщение миссис Эббот притушит огонь, который пытается разжечь Айви.
Но я думаю, что она так просто не сдастся.
36
Одри
Удивительно, как все может измениться за неделю. Миссис Эббот пытается утопить нас всех в Рождестве, чтобы заставить забыть шокирующую новость о закрытии школы, ставшую достоянием общественности. С тех пор, как я осознала мотив убийства Лолы – тот факт, что своим голосом она могла остановить продажу школы, – я хотела поговорить с Айви. Несмотря на ее мерзкие слова. Но, несмотря на то что я все еще хочу вернуть нашу дружбу, она так и не простила меня, и каждый раз при встрече я читаю на ее лице гнев. Однажды я окликнула ее по имени в коридоре, и она развернулась на каблуках, чтобы уйти в другую сторону.
Но вместе с чувством вины за свои подозрения я также чувствую облегчение. Теперь, когда я не вязну по колено в подземных ходах и тайнах сорок, жизнь стала проще. Я снова выплыла на поверхность, скольжу вперед, ни о чем не заботясь. Да, отчасти чувствую страх перед тем, что сокрыто в глубоких водах подо мной, и знаю, что вокруг кружат акулы истины. Но игнорировать все – это то, что я отлично умею. Поверхностность – вот чего от меня ждут. Я надеюсь на это, и общение с Араминтой, Бонни, Кэти и компанией делает все проще. Мы с Тедди без остановки обсуждаем наш следующий совместный год в Лондоне. Он уже все распланировал, и это звучит волшебно: прогулки по Южному берегу, обнимашки в уютном пабе в Мэрилебоне, совместное поедание воздушных вафель в Чайнатауне. Это похоже на потрясающую мечту, которая должна стать явью. Школа, декорированная перед концертом, выглядит нарядно. Все в изысканных фиолетовых, серебристых и зеленых тонах. На больших деревянных дверях огромные венки, а на перилах лестниц сосновые гирлянды, наполняющие коридоры восхитительным ароматом. Вокруг картинных рам появились волшебные огоньки – такого никогда не увидишь в музее, но это – Иллюмен Холл. Здесь нет правил. Могу себе представить, почему папа хочет изменить это. Я вдруг думаю о школе как о потенциальном свадебном зале, отеле, спа-салоне. Уже вижу, как ее наводняют блогеры-путешественники. Я делаю фото для инсты, позируя на фоне декораций, и счетчик лайков сразу же начинает крутиться.
Зал театра претерпел одну из самых больших трансформаций. Теперь я знаю, почему миссис Эббот делает все возможное для приглашенных родителей, которые одновременно являются инвесторами продажи. Прямо над сценой висит красивая звезда, обрамленная с обеих сторон двумя большими гирляндами. Сверкающие безделушки усыпаны ароматными сосновыми иглами.
Но в ярком свете софитов трудно понять, как это все будет выглядеть. Только мы с Бонни наблюдаем за частной генеральной репетицией для Минти.
Араминта не хочет опозориться перед Айви, поэтому будет петь под минусовую фонограмму. Ее исполнение определенно стало лучше, но хореография все еще дается ей с трудом. Ей никогда не стать актрисой Бродвея – или, я полагаю, Вест-Энда, – если она не сумеет комбинировать эти простые движения. Даже Бонни кажется немного расстроенной, хотя стирает это выражение со своего лица всякий раз, как Араминта смотрит на нее.
Араминта вновь начинает с верхней ступени, но, спускаясь, выкрикивает мне, чтобы я остановила музыку, и расстроенно топает ногой.
– Кажется, у меня просто не получается. Может, придумать что-то попроще? – кричит она со сцены.
– Ты смотрелась потрясающе, Минти, – говорит Бонни. – Но честно, ты могла бы просто стоять там, и звучало бы невероятно. Зачем тебе все остальное? Мне кажется, нас вообще не должно
