— Я не мог поступить иначе. Любовь истинной пары абсолютна и безусловна.
— Ты, — она кашлянула, прогоняя волнительную хрипотцу, — ты меня любишь?
— Конечно, малышка, — Харальд обхватил руками её личико и сладко-сладко поцеловал.
— Но ты ведь меня совсем не знаешь, — несмотря на отговорки, сердце сделало кульбит, а мысли о комфорте и прочих достижениях современной цивилизации перестали казаться настолько острыми.
— Я знаю твою душу — она светла и прекрасна, в твоих глазах отражаются звёзды, аромат сводит с ума, а тело — само совершенство. Мой волк тебя принял, несмотря на то, что в тебе нет звериной ипостаси — почуял боевой дух. Всё остальное — мелкие детали, на которые у нас будет уйма времени. Я открыт перед тобой, откройся и ты мне, любимая!
Последняя фраза окончательно сорвала все её предохранители. Она потянулась к Харальду всей своей сущностью: душой, телом, разумом, который выкинул белый флаг капитуляции. Ну а что, попробуй, поспорь с такими весомыми аргументами!
Их губы встретились, руки обвились вокруг тел, прижимая их как можно теснее. Прикоснуться друг к другу каждой клеточкой кожи, познать друг друга как можно ближе, глубже — вот, к чему стремились их существа. Самое удивительное, что при такой колоссальной разнице в росте и прочих параметрах, они идеально друг другу подходили. Словно действительно когда-то были единым целым, которое кто-то разделил (не совсем поровну, да), а сейчас они наконец-то нашли свою вторую половинку.
- Ах! — Рената выгнулась, поражаясь той силе, с которой реагировала на его прикосновения.
Хотя он ещё даже одежду с неё не снял! Впрочем, Харальд затягивать с обнажением не стал — быстро избавился от басурманских одежд. И дело было не в том, что он хорошо разбирался в их особенностях, нет, его крепкие руки попросту умели мастерски её рвать.
— Постой! — Рената остановила страстного муженька, когда он вознамерился надругаться над шароварами. — Я хочу взять их с собой — в них очень удобно ходить и заниматься йогой.
Что такое йога, Харальд не имел понятия, но раз его любимая просит, то почему бы и нет? Он позволил ей самой снять последнюю деталь одежды, после чего между ними не осталось никаких преград.
— Ты прекрасна! — он аккуратно, словно величайшую драгоценность, погладил её грудь, отчего у неё перехватило дыхание, скользнул ниже, уже куда смелее подхватил под попку, приподнял над полом и понёс в сторону кровати. — Ты — самое лучшее и чудесное, что могло со мной произойти!
Он продолжал шептать ей на ушко безумные приятности, бережно уложил на спину, закинул умопомрачительные ножки себе на плечи и показал, как сладко быть его женой. Показывал долго, со вкусом, доводя до экстаза, заставляя кричать от наслаждения, биться в конвульсиях невыносимого удовольствия. Взмывать в небеса, парить в невесомости и всё это без ветра, а от горячих прикосновений… везде!
Сам он тоже не отставал от любимой — растворялся в удивительной неге. В её нежности, мягкости, поражался, с какой страстью она принимает его, раскрывается, отдаёт всю себя до потери сознания. Он даже испугался, когда Рената отключилась. Потряс её, получил невнятный взмырк, успокоился, что жива, и тоже… отрубился.
Это был долгий путь. Тяжёлый. Полный неизвестностей. Хвала Небесному Волку, он закончился благополучно, более того, его пара его окончательно приняла — и то была настоящая победа, учитывая обстоятельства её происхождения. Завтра же его ждали новые испытания: дорога домой, борьба с Повелителем Моря, бремя власти. Хотя, что это он вперёд забегает? Для начала нужно хотя бы добраться до Волховьи, сесть на драккар и достигнуть Архельдора. И для того, чтобы успеть в срок, ему требовалась помощь. И дай-то бог, чтобы ему в ней не отказали!
На ранней зорьке северяне собрались в путь. К тому моменту Айтбай успел окончательно убедить Батыр-хана разойтись с двуликими миром и отпустить их, не предпринимая попыток убить, и даже простимулировал побыстрее собрать откуп. Правда, от кобылиц Харальд отказался — недосуг ему было с ними возиться, надо было срочно плыть в Архельдор. Посему он взял только драгоценности и меха, а вместо кобылиц попросил Айтбая помочь с воздушным путём.
— Не меня тебе просить об этом, — улыбнулся Айтбай. — Твоя жена с ним тоже дружбу водит.
— Что? — похоже, Харальду только и предстояло в этой жизни, что поражаться своей ненаглядной. — Ты и это умеешь?
— Прости, я не успела тебе рассказать, — Рената зарделась, вспомнив, чем именно они принялись заниматься, вместо того, чтобы продолжить разговор.
— Я не виню тебя, — он тепло улыбнулся, отчего Алтынай, тоже пришедшая к северянам с утра пораньше, успокоилась.
Она прониклась к неугомонной прорицательнице искренней симпатией и переживала, как же та выкрутится из неудобного положения. Но оказалось, что выкручиваться не надо!
— Ну что, все готовы к отбытию? — Рената взглянула на остальных волоков, которые отлично выспались в соседней юрте, а также помылись и подкрепились.
— Да, — отозвался Кьярваль, многозначительно подмигивая ей.
Мол, от судьбы, то есть от них, волков, не убежишь.
— Тогда я начинаю, — попаданка хмыкнула, в глубине души поражаясь, сколько раз их сталкивала судьба, многозначительно намекая о предназначенности.
Удивительно, но это действительно так! Не будь тех злосчастных грибов в кармане, всё могло случиться ещё там, на поляне. Она совершенно точно помнит, как потеряла голову от одного его вида, не то что прикосновений! Правда, рефлексия могла быть куда сильнее, нежели сейчас, когда они столько пережили, впрочем, вопрос родителей никуда не делся. Пусть Рената согласилась со сменой постоянного места жительства, но вернуться домой хотя бы раз обязательно хотела! Заодно познакомить Харальда со своей роднёй — пусть знают, что она в порядке и связала судьбу с хорошим человеком. И пусть, как он вчера сказал о ней самой, она не знала о Харальде многих подробностей и нюансов, но душой он был чист и искренен, а всё остальное — детали.
Встряхнув головой, Рената отодвинула приятные мысли в сторону, сконцентрировалась на процессе и позвала своего необычного приятеля.
Песня ветра, как и
