— Ты че, падла? Рамсы попутал? — Покраснев еще больше взревел толстый. И вдруг ойкнув совершенно по-бабьи, присел и развернувшись на полусогнутых кинулся к железным гаражам.
Худой испуганно отпрыгнул от пожилого. — Опять твои штучки, пенсионер?! Ты завязывай такое, понял!
— Ты давай за дружком беги, вдруг там бумажки подтереться не будет. Поищешь для него. И вообще Солома, не правильный ты человек. Разочаровал ты меня сильно. Разочаровал и огорчил донельзя. Из-за таких как ты и веру в человечество потерять можно. Проиграл так держи фасон, не кабенься, не серьезно это. Делом каким лучше займись, чем с протянутой рукой честных сидельцев встречать. Свои прознают про твои выкрутасы, так под шконкой в следующий раз жить будешь.
— Ты! Павлик совсем… — Начал говорить худой зло сузив глаза, но осекся увидев подошедших почти вплотную к ним парней. — Чего надо?! — Раздраженно выдал он уже глядя на Сергея с Саней.
— Шоколада! — Усмехнулся глядя ему в глаза Серый, и демонстративно посмотрел на свою швейцарскую Омегу, которую так и прихватизировал «покрасоваться» из общих вещей. — Некогда нам тут разговоры разговаривать.
Макаров увидел как поначалу приоткрылся рот и удивленно расширились глаза пожилого, когда он вперил на несколько секунд свой взгляд в Сашу. Будто очень удивился увидев кого-то из старых знакомых, но потом быстро совладал с собой.
Худой быстро глянул на гаражи, за которыми так стремительно скрылся его приятель и оглядел подошедших. Перед ним стояли два молодых человека в темных костюмах, только поверх на одном была надета добротная кожаная куртка, а на втором новое кашемировое пальто, до колен. Оба как минимум в хорошей физической форме, только один чуть ниже его, второй с ним вровень, но оба пошире в плечах будут. Да и вышли из тонированного вместительного микроавтобуса, так что сколько внутри еще человек, не ясно.
Увиденное видно впечатлило Солому и он решил не переть буром и не отвечать. Сунув обе руки в карманы своего поюзанного пальто, он исподлобья наблюдал за дальнейшим развитием ситуации. А чего встревать, да нарываться? Может эти двое тоже за небезызвестным пенсионером прибыли. Все-таки тот за мошенничество сидел, так что вполне реально мог им денег задолжать. Может братки, а может мусора, в любом случае на рожон неча лезть, даже с пером в кармане.
— Ну чего, поехали? — Спросил Саня у молчавшего короткостриженного мужчины. — Или у вас дела какие? — Кивнул он на притихшего худого.
— Делов у нас никаких нет. — Мотнул головой тот, которого худой называл, то Павликом, то пенсионером. — Только не совсем разумею по какой надобности мне с вами и куда ехать надо? Вы хоть для начала обзовитесь, чьих будете? — Было видно, что появление двух неизвестных персонажей напрягло его гораздо сильнее предъявлявшего за деньги Соломы. И он тоже исподлобья буравил ребят своими серыми глазами больше уделяя внимания Александру.
— Да не напрягайся, дядя. Во-первых мы тут по твоей же просьбе. Во-вторых мы не чьих. Я Александр, а это Сергей. — Саша сделал паузу и видя все еще ничего не понимающего стриженого, пояснил. — Ты письмо Генриху Конрадовичу писал? Вот мы и приехали с тобой пообщаться. Тебе от лэра Вардиса привет кстати, Аркадор. — Выделил он интонацией последнее имя.
После этих слов висящее между ними и пожилым напряжение совершенно сошло на нет. Аркадор облегченно выдохнул. И совершенно по-дружески хлопнув Сашу по плечу, кивнул и сказал. — Ну тадать, едем парни.
Развернувшись он бодро зашагал к их машине, но на полпути будто вспомнив, развернулся к так и молчавшему Соломе. — А бумажку для приятеля все ж таки поищи, а то совсем нехорошо получится. — И развернувшись, продолжил движение к машине.
— Ладно, земля круглая, еще свидимся. — Буркнул худой. Но как-то вполголоса, скорее для проформы, чтобы за ним осталось последнее слово и поковылял в противоположную сторону. Но сделав несколько шагов и стрельнув глазами на садящихся в машину людей, все же изменил направление и пошел к металлическим гаражам высматривая за ними своего пузатого корешка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ну чего, познакомимся заново? — Весело спросил их стриженый с заднего сиденья. — Я Аркадор. Ну это вы и сами знаете. Как бишь вас? Саша и…
— Сергей. — Напомнил ему Дубровин свое имя и спросил сам. — А чего тебя доходяга этот то Павликом, то пенсионером называл. Кто это такой кстати?
— Хех, а доходяга и есть. — Усмехнулся стриженый. Помолчал несколько секунд и пояснил. — Шалупонь всякая местная, возомнили себя авторитетами. А сами… — Махнул он рукой в сердцах.
— А от тебя чего хотели? — Не отстал Серый.
— Денег Солома в карты проиграл, вот и пришел нахрапом свое стребовать. Еще и бычка-переростка с собой привел.
— Ну ваще беспредел какой-то! — Покачал головой Сергей. — Карточный долг — долг чести, если уж проиграл, чего возбухать? Не умеешь — не садись. Сколько этот Солома вам проиграл, интересно знать.
— Золотые слова, Сережа! У картишек, нет братишек. — Аркадор неуловимым движением достал самодельную колоду. — Может в двадцать одно раскинем, пока едем?
— Ух, ты! Стиры! — Восхитился Серый. — Настоящие тюремные? Я в детстве о таких мечтал.
— Так попытай удачу и может так стать, что буквально через минуту твоя детская мечта наконец сбудется. Вот они какие. Смотри. Почти новенькие — муха не сидела.
— Нее, не умеешь, не берись. — Отмахнулся Сергей. — Да и не везет мне, на деньги если.
— Жаль. — И Аркадор выжидающе посмотрел на Сашу, но тот только отрицательно помотал головой.
— Очень жаль. — Повторил он. — Подарить не могу, так как оная колода дорога мне как память о днях проведенных в неволе, да и выиграл я ее. А может махнем не глядя? Вот, скажем на ваши часы, молодой человек? Должна же сбыться мечта детства.
Саня с Сергеем одновременно засмеялись.
— Ха! А у вас, губа не дура! Эти часы стоят как две таких машины. — Похлопал Саша по панели. — В карты играть мы с вами не будем. Вы кстати, так и не ответили. Почему, то Павлик, то пенсионер и сколько вы умудрились выиграть у Соломы? И как он вам вообще деньги отдал, вы же в это время в следственном изоляторе находились?
— С такими играть особой мудрости не надо, так что сподобился выиграть. А карточный долг — будь любезен, отдай в трехдневный срок. Сообщи друзьям, родственникам, займи если у самого таких денег нет. И кинь на карточку какую укажут. Из Сизо позвонить не проблема, были бы деньги. Поэтому насчет долгов там строго. — Аркадор ткнул пальцем себе за спину. — Вот Солома и пролетел как фанера над Парижем, заторчал сорокет. Там понятно рассчитался, а тут вон как его жаба придавила болезного, за такие-то деньги. — И пояснил. — Это же не город, тут это крупная сумма.
— Фью-ю. — Присвистнул Сергей. — Хороший выигрыш. И я думаю не у него одного выиграли? А сколько всего колобашек набили?
— Не у одного. — Согласно кивнул пожилой мужчина. — А сколько всего, вопрос не корректный. Но отвечу, так: если скромно жить, то на полгода вполне хватит. А если вас, молодой человек, одолевает зависть, предлагаю все же сыграть, попытать удачу. Вдруг повезет? А? — Подмигнул он Сергею. — Было нашим, станет вашим.
— Ну кому-то и сорока, на полгода хватит. — Не сдался Серый. — Вон пенсионеры и на меньшее живут. Но играть мы с вами не будем.
— Так я и есть пенсионер. По возрасту уж точно. — Усмехнулся стриженый.
— Нам вас как звать? — Вступил в разговор Саша.
— Я же представился. — Удивился мужчина. — Так и зовите- Аркадор. А Павел Дмитриевич, это я по документу. — Извлек он из кармана потертое свидетельство о рождении. — Хотя можете и мастером звать, если по имени не хотите.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Гм, так может, нам вас и звать Павел Дмитриевич, если в свидетельстве так? А если Аркадор, то как по отчеству?
— Давайте, ребятки вы сами про себя расскажите? Кто вы, да откуда? Откуда про Генриха узнали и откуда про Вардиса? И кто из них вас за мной послал? А я уж решу, как вам меня потом звать и далеко ли мы с вами поедем.
