Читаем без скачивания Семь дней - Деон Мейер

– И что дальше?

– Когда Котко услышал, чем она занимается, то сразу изъявил желание приобрести пакет акций «Гарьеп» для своего клиента. Он спросил, не поможем ли мы ему провести сделку.

– И вы, очевидно, ответили: да, конечно.

– Капитан, подобные услуги – наш хлеб. Мы помогаем заключать контракты.

– Кто был его клиентом?

– «Магаданзолото». Русская добывающая компания.

– Когда вы выяснили, что Котко – русский?

– В тот же вечер.

– В Йоханнесбурге?

– В Сандтоне.

– Какая разница?

Прёйс не ответил.

– А когда вы узнали, что он связан с криминалом?

– Мы провели проверку; компания ЗИК оказалась чистой.

– А «Магадан»?

– Против мистера Арсения Егорова выдвинуты обвинения, но они пока не доказаны.

– Ясно. Значит, он для вас – «мистер» Егоров. Кстати, когда вы узнали, что против него выдвинуты обвинения?

– В понедельник.

– А точнее?

– 20 декабря.

– Ханнеке Слут говорила вам, что Котко звонил ей в субботу?

– Да.

– И в понедельник?

– Да.

– Что он ей сказал?

– Он собирался в Кейптаун и хотел пригласить ее поужинать.

– Что она ответила?

– Сказала, что занята. Готовится к переезду на новую квартиру. А на Рождество уезжает к родителям.

– Все это она передала вам?

– Да. Она подозревала, что Котко… влекут к ней не только коммерческие интересы.

– Коммерческие интересы, на хер… И что дальше?

– Дальше мы пригласили его к нам. Переговоры прошли в среду, 22 декабря.

– В котором часу?

– Утром. С десяти до двенадцати.

– Несмотря на то что вы уже знали о его связях с криминалитетом?

Прёйс едва заметно кивнул.

– И Котко к вам приехал?

– Да.

– Что дальше?

– Он предложил, чтобы мы представляли интересы ЗИК в приобретении пакета акций «Гарьеп минералз». Мы приняли предложение и обсудили структуру расходов.

– И сколько по результатам сделки перепадало вам?

Прёйс отвел глаза в сторону.

– Сколько? Ну?

– Пятнадцать, – нехотя ответил юрист.

– Миллионов?

– Да.

– Боже правый! Вы знали, что в тот день Котко звонил ей три раза, днем и вечером?

– Да.

– То есть фактически преследовал ее.

– Да.

– И даже не заикнулись об этом, когда мы вас спрашивали! Потому что по-прежнему помогаете Котко купить акции и боитесь, что не получите свои пятнадцать миллионов! Нет, вы скорее позволите убийце разгуливать на свободе, чем расстанетесь хоть с одним центом! Вы не представляете, до чего вы мне противны! Котко был в Кейптауне 18 января – в тот день, когда погибла Слут?

Прёйс поджал губы и отвел глаза в сторону.

Купидон понял, каким будет ответ.

44

Выйдя из крошечного кабинета для допросов, Купидон позвонил Грисселу:

– Бенни, ты где?

– На шоссе N1, еду на работу.

– Котко был в Кейптауне 18-го, в тот день, когда убили Слут. Он приезжал и в «Силберстейн», вел с ними переговоры. В первой половине дня он виделся со Слут. Они взялись провести для него сделку. И похоже, он здорово запал на нее.

– Господи! – воскликнул Гриссел.

– Бенни, Котко – тот, кого мы ищем!

– Но какой у него мотив?

– Месть. Она ему отказала. Не захотела с ним трахнуться.

– А как же орудие убийства? Зачем он положил его на пол? Что он хотел у нее отобрать? Вчера ты спросил: «А что у нее было?»

– Может, он просто хотел убедиться, что она умерла…

– Учитывая наше положение, нам понадобится больше серьезных улик.

– Понимаю. Ладно. Не волнуйся, я разберусь. И загляни, когда приедешь.

Купидон нажал отбой и вернулся в кабинет для допросов. Он увидел, что Прёйс деловито набирает текстовое сообщение.

– Что вы делаете?

– Сообщаю своим коллегам, где я.

– Если я узнаю, что вы, мать вашу, проронили хоть слово насчет того, о чем я вас спрашивал, я вас посажу!

– Хотите прочесть? – Прёйс встал и подошел к Купидону с телефоном в руке. Купидон прочел:

«Я у Ястребов. Отмените все на сегодня».

– Ладно, отправляйте.

Прёйс нажал кнопку «Отправить сообщение».

– За что он ее убил? – спросил Купидон.

– С чего вы взяли, что ее убил именно он?

– С того, что многое сходится. Что у нее на него было?

– О чем вы?

– По вашим словам, вы знали, что Котко был связан с организованной преступностью. Может быть, вы… как бы поизящнее выразиться… попробовали на него надавить? Захотели отхватить кусок пирога пожирнее?

– Нет. Мы такими вещами не занимаемся.

– Ну да, как же!

– Мы такими вещами не занимаемся.

– Тогда за что он ее убил?

– Не знаю…

Такой ответ Купидона не убедил.

– Помяните мое слово, я добьюсь разрешения ознакомиться с результатами вашей юридической проверки, и, если выяснится, что вы еще что-то скрыли от нас, вам предъявят обвинение в том, что вы чините помехи органам правопорядка! Я вас, мать вашу, в порошок сотру!

Прёйс сел, но глаза у него бегали от стола к стене и обратно. Он молчал.

Купидон достал телефон:

– Ладно, раз вы сами так хотите.

Он позвонил.

– Погодите, – сказал Прёйс.

– Что?

– Обычная юридическая проверка почти ничего не показала.

– Но?..

– Мы решили… подстраховаться. Поэтому попросили Ханнеке копнуть поглубже.

– И что?

– Она наняла частную компанию, которая должна была навести справки о Котко. Это было в январе… «Джек Фишер и партнеры».

– Джек Фишер – козел! Ну и что?

– Они выяснили, что он из КГБ.

– Кто, Котко?

– Да.

– КГБ – это русская секретная служба?

– Да. Он возглавлял Африканское бюро КГБ. В восьмидесятых годах. Еще до падения Берлинской стены.

– Господи!

– Вот почему он знаком со столькими членами нашего теперешнего правительства. А позже, в девяностых годах, он стал телохранителем Арсения Егорова.

– Его «силовиком».

– Что-то вроде того.

– И все?

– Нет.

– Ну так говорите!

– Котко любил пытать людей… Еще тогда.

– Пытать?

– Совершенно верно. При допросах.

– Как же он их пытал?

– Штыком… в задний проход.

Придя к бригадиру Мани, Купидон ввел начальство в курс дела.

Впервые с начала расследования Гриссел ощутил знакомое покалывание внутри. Проснулось его чутье. Вот оно, наконец-то!

– По словам Прёйса, Слут знала о том, что Котко в прошлом служил в КГБ, – сообщил Купидон. – Сам Прёйс поручил Слут навести о Котко дополнительные справки. Она заказала досье «Джеку Фишеру и партнерам». Но он не думает, что Слут могла шантажировать Котко полученными сведениями. Она ведь была самой главной фигурой, Котко поручил свою сделку фирме «Силберстейн» именно потому, что она ему понравилась.

– Во всяком случае, все это косвенные улики, – сказал Мани. – Их нельзя будет использовать в суде.

– Бригадир, наверное, насчет штыка Джек Фишер не выдумал, – заметил Гриссел. – Надо будет выяснить, кто их источник.

– Джек Фишер больше не дружит с ЮАПС, – с сомнением произнес Мани.

– Можно навести справки в другом месте, – ответил Гриссел. – Если Котко питает слабость к штыкам и прочему холодному оружию, наверняка об этом известно кому-нибудь в Йоханнесбурге. У него своя модель поведения.

– Бенни, тебе придется пропустить его через мясорубку, – сказал Ньяти.

– Есть, сэр!

Мани по-прежнему был настроен скептически.

– Раз Котко служил в КГБ, он не испугается. Кроме того, у него большие связи. Нам надо получить доказательства того, что он побывал на месте преступления. Неопровержимые доказательства, которые можно подвергнуть экспертизе!

Все понимали: сейчас у них никаких неопровержимых доказательств нет.

– А имеем мы право выписать ордер на обыск? – спросил Ньяти. – У него дома и на работе…

– Пока нет, – ответил Мани. – Давайте подождем еще несколько часов и посмотрим, что будет. Кстати, о снайпере. Вернер, сколько у тебя людей?

– Бригадир, половина моих подчиненных сейчас в участке «Тейбл-Вью», – ответил Дюпре.

– Постойте-ка… – сказал Мани. – У Джека Фишера работают несколько опытных детективов. Может быть, кое у кого из них осталась обида на ЮАПС. Наводя справки о прошлом Котко, они могли случайно выяснить, что он заплатил Джону Африке. Раздобудьте список служащих Фишера и передайте в ЦУИ – пусть проверят, нет ли среди них владельцев ружей 222-го калибра, фургонов «киа»… В общем, все.

– Да! – воскликнула Мбали. Глаза у нее загорелись. – И заодно пусть проверят электронную почту Фишера. Вдруг кто-то из его сотрудников посылает сообщения с анонимного ящика? После того как я допрошу Прёйса, я сама поговорю с Фишером!

– По-моему, к Джеку лучше послать дядюшку Скипа Скиперса, – возразил Мани.

– Почему? – возмутилась Мбали.

– Потому что он много лет назад был командиром Джека Фишера. Мбали, мы применяем метод кнута и пряника, но сейчас время пряника.

Мбали кивнула, но было видно, что она недовольна.

– Бригадир, я хочу оштрафовать Прёйса. За чинение препятствий правосудию, – заявил Купидон.