- Это вы их хорошо построили, - ухмыльнулся Миллер. - Надо было еще и по зубам дать, чтоб не баловали!
- Так и дали, герр Миллер! - радостно сообщил один их стражников. - Заодно и по шее приложили!
- Ну, вставайте, да живо марш в камеру! - рявкнул Конрад. - Руки не опускать! А вам что, поддать еще надо? - крикнул он Хайнцу и Вольфу. - Приложите-ка им, ребята, чтобы шевелились побыстрее!
Приложили, причем приложили так, что оба влетели в распахнутые двери вперед всех и с размаху влепились в противоположную стену. Затем загнали нас и захлопнули дверь, припечатав ее тяжеленным засовом. Ну вот мы и в Хопре...
Опустив руки, я размышляла о том, что оказывается подобный прием передвижения арестованных с руками за головой уже знали пятьсот лет назад, а мы-то думали, что он был изобретен только в 20 веке. Камера была невелика, от силы квадратов двадцать с жидкими кучками соломы по углам и без всяких признаков освещения. Под потолком - два крошечных зарешеченных оконца, выходящих во двор замка, в которые и кошка не пролезет. Остается только лежать и ждать своей участи.
- Кретин! - первым очухался Хайнц, затряс головой и перекатился набок, затем подтянул ноги и кое-как уселся у стены, упираясь ногами в пол. - Раньше надо было дергать, когда еще шли сюда! А ты все твердил - мешки, мешки! Вот и притащились за ними... головой в петлю!
- Ты идиот, Хайнц, - Вольф тяжело заворочался на полу, пытаясь встать. - Петер, развяжи мне руки! Куда ты побежишь, не имея за душой ни пфеннига? Да тебя через час солдаты поймают и отделают так, что забудешь, куда бежал...- он закашлялся, выплевывая солому. - Ради них мы уже сорвались один раз, так стоило ли бросать то, что было в руках?
- Если бы деньги были у меня в руках, я бы на тебя и не оглядывался, бежал бы сразу, как представилась возможность, - фыркнул Хайнц.
- Возможность? - захохотал Вольф, икая и дергаясь всем телом, пока сзади возился Петер. - Да кто тебе дал бы ее, ты, пустоголовый болван! За три дня дороги тебя уже накололи бы не раз на пику, вздумай ты только сделать шаг в сторону. Не считай других глупее себя!
- Вот мы и сидим теперь тут, такие умные, как мыши в сундуке, где забили все дыры! Стоило бежать так далеко, чтобы принести все на блюдечке эрсенцам, и себя и наши деньги! Послушался тебя...- рыжий запрокинул голову и с тоской поглядел на чуть светлеющий прямоугольник окна.
- Надо было быстрее соображать, а не топтаться тогда, у выхода из башни! - рявкнул Вольф. - Троих пацаны уложили, а ты все копался, как грабитель в сундуке у ростовщика, вот и приложили нас сразу.
- Сам ты копался как старая баба! - разозлился Хайнц. - Если бы не эрсенцы, мы вполне могли бы отбиться от Дитца! Откуда они только взялись на наши головы, прах их возьми! И ведь не просто так явились, будто караулили нас!
- Меня тоже занимает вопрос, откуда они узнали, что мы в Эрсене? - подал голос Петер, скручивающий веревку, снятую с Вольфа. - Место глухое, хоть бы один огонек был виден поблизости, а ведь поди ж ты, вышли прямо к нам!
- Горцы и доложили, - Вилли посмотрел в окно, но ничего не увидел и лег на охапку соломы. - Гонца послали.
- Э-эх! - Стукнул кулаком по стене в бессильной злобе Петер и зашипел, облизывая разбитые в кровь костяшки. - Все отобрали... я бы им всадил нож в горло и рука бы не дрогнула!
- В живот. - Спокойный тон Вилли даже напугал нас, - и провернуть, чтобы мучились подольше перед смертью. Я так все время делаю, когда мне не нравится тот, кто выступает против.
Инстинктивно захотелось уползти как можно дальше от этой компании головорезов и я потихоньку поглаживала спину, где под рубашкой был спрятан стилет. Его не нашли при обыске - на моем поясе не было ножен и снимать его не стали, а догадаться, что кинжал был заткнут сзади, не додумались. Если что, это моя последняя надежда и отдавать ее вольфовцам было бы крайне неразумно. Пока они переругивались между собой, сводя счеты и обвиняя друг друга в совершенных ошибках и просчетах, Гунтер подсел ко мне.
- Марта, ты устала? - голос парня был тих и непривычно заботлив. - Давай, ложись с нами, втроем все же теплее будет. Если ты не против, я бы... словом, я бы лег с тобой, чтобы согреть тебя.
- Спасибо, Гунтер. Но только чтобы согреть, здесь каменный пол и соломы так мало. - Ноги от долгой ходьбы уже не болели, они привыкли и теперь удивлялись, почему это им предоставили такой длинный отдых в целый вечер и еще ночь? Я сняла сапоги, скрутила с ног длинные полосы тряпок, заменяющих носки, и растирала мышцы. В темноте можно было стащить и надоевшую до чертиков войлочную шапку, от души почесав голову и проветрить волосы. Облысею я совсем скоро от такой жизни...
- Если бы тогда они не вышли на нас, то мы уже давно ушли бы в Эрсен по той дороге, - завозился рядом Лукас, укладываясь поудобней. - Не повезло нам, что нарвались на них.
- Надо было сразу решаться, а мы тянули, думали, что вместе легче будет пробираться до границы, - раздраженно заметил Гунтер. - Сколько раз себе говорил - принял решение, не тяни, действуй, и вот что получилось!
- Ребята, от того, что вы тут будете препираться и поминать прошедшее, лучше не будет. Не надо горевать по разбитому стакану, так говорят у меня на родине. Надо как-то выкручиваться из этого положения, - пристроившись поудобней, я почувствовала, как рука Гунтера осторожно обняла меня за плечи. Стало тепло и уютно, немного погрызла совесть и я дала ей зарок, что больше такого не повторится, это только сегодня... иначе уж очень холодно спать на полу...чесслово! Совесть не поверила, но немного успокоилась.
- Можно было бы и в Эрсене остаться, если б все хорошо сложилось, - мечтательно сказал Лукас шепотом. - Они только были бы рады арбалетчикам, вон как разглядывали наши игрушки! А еще я по дороге слышал, что они укрепляют свои границы и люди им всегда нужны.
- Вот и осталось только, что мечтать! Так бы уже полгерцогства бы прошли, не понравилось - пошли бы в свободные кантоны, я слышал, что там вообще епископов нет, а службу в церквях несут патеры, которые при случае могут и дубину в руки взять, благословясь перед святым образом.
- Чтобы патеры да сами по себе, без епископов? - удивился Лукас. - Быть того не может!
- Говаривали, что они собираются все вместе и выбирают среди себя старшего, который и представляет каждый город, а главный у них называется кардиналом.
- Да какая разница, как они там друг друга называют, вот взбредет этому кардиналу в голову, что нельзя людей лечить, они тоже все хором кинутся лекарей изводить, а мы страдай от этого!
- Нет, они там по-другому эти вопросы решают, совет общий собирают и кардинал ихний не может сам один все решать, пока все не посоветуются. Так что зря ты ругаешься, Лукас, не везде такие правят, как в Кобурге! А коли ты мне не веришь, то скажи, много в Айзенштадте людей, пришедших с того же Эрсена или вольных кантонов? Я лично о таких не слыхивал даже, а что от нас бежали - слышал и не раз. Потому и поверил сразу, когда Марта о том солдате сказала, что предупредил ее, это ты за юбку Гретхен цеплялся...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
